– Вы, наверное, утомились, – сказала леди Каттилара, в очередной раз удивляясь Лисс. – Такое тяжелое испытание!

– Да, но я люблю свою работу, – весело ответила Лисс, хлопнув ладонями по грязному плащу. – Мне дают коня и стараются поскорее унести ноги у меня с дороги.

Иста ухмыльнулась. Действительно, веская причина для радости.

Но все-таки получается, что Ферда отправился выполнять не совсем бессмысленное задание, хотя и не встретил Лисс по пути. Рейна надеялась, что сейчас он уже добрался до Маради, вскоре обнаружит своего брата с медведем внутри и его спутника под опекой храма.

Лисс, собираясь вести своего пони вслед за Горамом, раскланивалась во все стороны.

Иста мягко сказала:

– Когда моя горничная позаботится о пони, ей, как и мне раньше, будет нужна ванна. И прошу ей тоже выдать одежду. Все ее вещи, как и мои, украли джоконцы.

Даже несмотря на то, что весь скромный гардероб Лисс умещался в седельную сумку, Иста решила, что носы фрейлин леди Каттилары вынесут запах лошадей и пота простой девушки.

– И молю задать мне корм, милая рейна! – крикнула Лисс через плечо.

– Он будет достоин твоей безумной скачки, слава которой дойдет до самого Кардегосса в моем следующем письме, – пообещала Иста.

– Главное, чтобы побыстрее, а меню – на ваше усмотрение!

Лисс долгое время провела в конюшне, но в конце концов явилась в новые покои Исты. Дочери мелких местных лордов, фрейлины Каттилары, которые чуть не надорвались, прислуживая вдовствующей рейне, отнеслись к обслуживанию Лисс с меньшей серьезностью. Но ванну девушка принимала под строгим присмотром Исты. Лисс то и дело таскала с подноса куски хлеба и сыра, оливки и сухофрукты и одну за другой осушала чашки теплого травяного чая. Ее курьерскую форму отдали слугам, чтобы они ее как следует выстирали.

Наряды Каттилары подходили Лисс и по возрасту, и по росту лучше, чем Исте, разве что для девушки-курьера глубокие вырезы на груди могли показаться слишком откровенными. Лисс смеялась от восторга и благоговения, помахивая струящимся изящным рукавом, и Иста улыбалась этому восхищению непривычной роскошью.

Еще один человек был искренне рад появлению Лисс; служительница-медик наконец могла поручить кому-то ухаживать за ранами Исты и вернуться к семье и своим обязанностям в храме. Лисс еще не успела высохнуть, а служительница уже закончила давать указания, вручила девушке кучу бинтов и мазей, собрала вещи, получила от Исты щедрое вознаграждение за труды и умчалась домой.

Обед был накрыт в небольшой зале, окна которой выходили во двор с фонтаном в виде звезды; за столом собрались исключительно особы женского пола во главе с леди Каттиларой. Ни один стул не был по традиции оставлен пустым.

– А лорд Эрис не будет сегодня обедать? – спросила Иста, усевшись по правую руку от марчессы. «Он вообще когда-нибудь обедает?» – Думаю, небольшой жар, который его мучает, вас тревожит.

– Его военные походы тревожат меня куда больше, – со вздохом призналась леди Каттилара. – Он взял с собой отряд и отправился патрулировать северную границу. Мое сердце не найдет себе места, пока он не вернется. Когда он уезжает, я готова умереть от страха за него, но я всего лишь улыбаюсь, и он ни о чем не догадывается. Если с ним что-нибудь случится, я, наверное, с ума сойду. Ой. – Чтобы скрыть свой промах, она пригубила вино из кубка и подняла его перед Истой. – Я уверена, вы все понимаете. Я бы хотела, чтобы он всю жизнь был рядом со мной.

– Но разве военные подвиги не делают его еще более… – «прямо таки потрясающе» – привлекательным? Удержи его дома, и он, возможно, утратит то, чем вы так восхищаетесь.

– О нет, – серьезно ответила леди Каттилара. Отрицая сказанное, но не споря с этим, как заметила Иста. – Я прошу его писать мне каждый день, когда он в отъезде. Если бы он забыл, я бы рассердилась на него, – уголки ее губ приподнялись, глаза весело сверкнули, – на целый час, наверное! Но он не забывает. В любом случае он должен вернуться к ночи. Я буду сидеть в северной башне и смотреть на дорогу. Когда появится его конь, мое сердце сначала остановится, а потом забьется в тысячу раз быстрее. – Ее лицо затуманилось в предвкушении.

Иста поспешно засунула в рот огромный кусок хлеба.

Еда была отличной. Леди Каттилара или ее повар не стали пытаться подражать изыскам или тому, что они считали изысками кухни Кардегосса, и подали свежую простую пищу. Сегодня на столе было больше сладостей, что Иста нашла отнюдь не лишним, а Лисс исключительно одобрила, взяв себе внушительную порцию. В этом окружении девушка вела себя очень тихо, и рейна сочла это страхом перед таким обществом. Иста подумала, что с большим удовольствием выслушала бы рассказы Лисс, чем местные сплетни. Когда рейна и ее горничная наконец сбежали от дам и вернулись в квадратный каменный дворик, Иста сказала Лисс об этом и пожурила за стеснительность.

– Верно, – согласилась девушка. – Думаю, это из-за платья. Я чувствую себя разиней среди этих благородных девиц. Не знаю, как они управляются с этими одежками. Мне казалось, что я вот-вот что-нибудь на себя переверну или порву что-нибудь.

– Давай пройдемся по колоннаде. Я, по совету служительницы, разомну свои ссадины, а ты поучишься правильно шуршать шелками, чтобы не ударить лицом в грязь. И расскажешь мне о своих приключениях подробнее.

Лисс, как положено леди, сбавила шаг и подстроилась под темп прихрамывающей Исты; они двинулись по аллее. Иста осыпала девушку вопросами о ее путешествии. Не то чтобы Исте было нужно подробное описание масти, недостатков, преимуществ и повадок всех лошадей, которых Лисс сменила за последние несколько дней, но голос девушки казался музыкой, и было совершенно не важно, о чем она говорит. Сама Иста могла мало что рассказать о своих приключениях, уж конечно, не то, как они с джоконцами ели конину и что она воспринимала происходящее как наказание. Совсем не хотелось вспоминать зеленых мух, слетающихся отведать запекшейся крови.