— Если не секрет… почему ваши пути разошлись? — все же осмелилась спросить я.

— Не секрет, — пожал он плечами. — Когда нам стукнуло по семнадцать, Ричард решил поступить на службу в ВМС, прошел спецподготовку и стал морским котиком. Спецназ, элита ВМС.

Последние слова Джейсон произнес с тихой гордостью за друга, а я опустила глаза, чтобы спрятать удивление — значит Барретт бывший военный, спецназовец, вот откуда и жетон, и шрам, и татуировка, и эти его лаконичные жесткие приказы.

— Вы давно встречаетесь с Ричардом? — внезапно услышала я мягкий голос Джейсона и резко вскинула на него взгляд.

“Нашу связь можно было назвать чем угодно только не отношениями, в которых люди встречаются”, - мысленно нахмурилась я.

Не зная что ответить, я смутилась, но, пытаясь сохранить спокойствие на лице, отрицательно покачала головой, а Джейсон коротко кивнул, будто подтверждая свои мысли.

В зале повисла тишина, и я, чтобы поскорее уйти от темы наших с Барреттом “отношений”, вновь спросила об их детстве.

— Так из-за чего вы подрались с Ричардом?

Но Джейсон не успел ответить, так как в фойе послышался звук открывающегося лифта, и спустя несколько секунд на пороге появился Барретт.

Джейсон, завидев друга тут же поспешил к нему, а я, боясь нарушить эту сцену, застыла, внимательно наблюдая за встречей мужчин. На первый взгляд в поведении Барретта при виде товарища мало что изменилось — может быть, только едва заметная улыбка на губах и похлопывание по плечу. И все же, мне показалось, что для Барретта Джейсон был кем-то особенным: его взгляд был более внимательным, его рукопожатие более крепким а его тихое “Ты как?” более теплым и участливым. А Джейсона и вовсе было не узнать — его глаза радостно сияли, и он словно вновь стал тем одиннадцатилетним мальчишкой, который хотел поделиться со своим лучшим другом Рэддом новой порцией драгоценного металлолома.

Понимая, что мое присутствие здесь совершенно ни к месту, я хотела уйти в свою комнату, но все же оставалась неподвижной, чтобы не привлекать к себе внимания и не нарушать немногословную мужскую встречу двух товарищей. Правда эта сцена длилась совсем недолго, и уже через полминуты Барретт прошел к барной стойке, чтобы налить себе минералки, а Джейсон, вернувшись на свое место, произнес:

— Я тут немного понастальгировал в присутствии мисс Харт, и в ее компании время пролетело незаметно.

Повернув голову в мою сторону, Барретт бросил на меня спокойный взгляд, и более никак не отреагировав на слова друга, лишь коротко кивнул, будто принял к сведению, а Джейсон продолжил:

— Мисс Харт интересовалась почему мы с тобой подрались, — усмехнулся он и внезапно обратился ко мне: — А вы как думаете, из-за чего?

— Не знаю, — честно призналась я, преодолевая смущение перед Барреттом и вступая в разговор: — Вероятно, что-нибудь не поделили?

— Можно сказать и так, — усмехнулся Джейсон. — Мы подрались из-за девчонки.

Мне стало так интересно, кто победил в этой схватке за сердце девушки, что я, несмотря на свое смущение перед Барреттом, не удержавшись, спросила:

— И кого она выбрала?

— Она никого не выбирала, — внезапно вмешался в разговор Барретт, отвечая спокойным равнодушным голосом, — выбирали ее мы. От нее ничего не зависело, и она бы осталась с тем из нас, с кем бы мы посчитали нужным.

— Все так и было, — подтвердил Джейсон, кивая. — А мы пришли к выводу, что мужская дружба и интерес к машинам гораздо выше какой-то четырнадцатилетней девчонки, которая раздавала авансы нам обоим.

Внезапно телефон Барретта завибрировал, и он, достав его из пиджака, вышел в фойе, тихо отдавая очередное короткое распоряжение.

В зале вновь воцарилась тишина, и я, все еще пытаясь разобраться в этом непростом человеке, решила расспросить о его детстве и о его родителях.

— Надеюсь, Ричарду не сильно досталось от родителей за порванный рукав ветровки?

— Нет, не досталось, — отрицательно покачал он головой, желая еще что-то сказать, но на пороге гостиной вновь появился Барретт.

— Нам пора, — бросил он Джейсону и, посмотрев на меня, добавил: — Дуглас закажет тебе ужин.

— Ричард, пусть и мисс Харт поедет с нами, — предложил Джейсон.

— Нет, нам нужно поговорить о делах, — возразил Барретт, и уже через полминуты я вновь погрузилась в гулкую тишину пентхауса.

Поднимаясь к себе в комнату, я прокручивала в голове наш с Джейсоном разговор, и у меня то и дело вставала перед глазами картинка одиннадцатилетнего мальчишки в разорванной куртке, отчего на ум приходил образ Тома Сойера с его единственным воскресным костюмом, который назывался “тот, другой”.