— Как вы посмели это сделать? — Тимея Торрел ворвалась в дом и зыркнула на сыновей глазами.

— Мама, — произнёс Леннокс с лёгким упрёком в голосе.

— Молчи, — Тимея стремительно захлопнула дверь, и я заметила, как Лоренц напрягся ещё сильнее. — Я вас вырастила, люблю и желаю вам только лучшего, о вы так меня благодарите?

Она возмущённо выдохнула.

— Вы в канун Рождества оставляете меня одну и позорите перед гостями. Вы вообще понимаете, что натворили? — она по очереди посмотрела на своих сыновей. — В гости пришли примус и его семья. Это большая честь, а вы оскорбили наших гостей, просто взяв и исчезнув.

— И я сделаю это снова, — ответил Адам не менее яростно. — Ты заманила меня под предлогом, что хочешь помириться, а оказывается это вовсе не входило в твои планы. Ты продолжила там, где остановилась. Пойми, наконец, я не женюсь на Скаре.

— А ты должен наконец понять, что погубишь самого себя, — сообщила Тимея Торрел с отчаянием в голосе. Казалось, что она вот-вот заплачет. — Для тебя и этой плебейки нет будущего.

Я с сомнением посмотрела на Тимею Торрел и крепко сжала губы. И что мне ответить? Что она права, и я сама это отлично знаю? В этом обществе для нас нет будущего, а мы недостаточно быстро продвигались вперёд, чтобы изменить его. На данный момент казалось, что борьба для нас с Адамом будет пожизненной, по крайней мере до тех пор, пока Бальтазар и его семья всё время встревают.

— Не впутывай сюда Сельму, — загремел через комнату голос Адама. — Я больше не собираюсь говорить с тобой на эту тему. Либо ты примешь моё решение, либо в будущем каждый продолжит идти своим путём, а сегодня ты снова доказала, что дальше от примирения, чем когда-либо прежде.

Тимея многострадально посмотрела в потолок.

— Как долго мне придётся ещё ждать, пока ты наконец поймёшь, что заблуждаешься, а вы, — она зыркнула на Леннокса, Рамона и Торина, — вы должны поддержать меня, вместо того, чтобы поощрять младшего брата сознательно бежать навстречу своей погибели.

Она обвела взглядом комнату.

— Торин сделал отличный выбор, и пришло время готовить свадьбу. С решением Рамона я тоже могу жить, хотя он мог бы сделать выбор получше, — холодный взгляд Тимеи остановился на Дульсе, у которой чуть не отвисла челюсть. — А ты, Леннокс? — она укоризненно взглянула на своего старшего сына. — Ты хочешь совершить ту же ошибку, что и твой брат и связаться с плебейкой? — она снисходительно посмотрела на Лиану. — У тебя отличные возможности для карьерного роста, теперь, когда ты можешь уйти из Чёрной гвардии. Ты мог бы начать работать в палате сенаторов. Ладислав Энде сделал нам хорошее предложение. Через десять лет ты мог бы уже стать сенатором. Почему в вас нет и искры амбиций? — она по очереди посмотрела на своих сыновей.

Наконец Леннокс сделал шаг в сторону своей матери.

— У нас нет амбиций, потому что существуют более важные дела. Морлемы вернулись, а Бальтазар есть и остаётся непредсказуемой опасностью для всего общества. Я воин Чёрной гвардии и сражаюсь за то, чтобы обеспечить людям мир и безопасность, — он не переставал смотреть матери в глаза. — А что касается Лианы, она замечательная женщина, смелая, порядочная и бескорыстная. Для меня было бы честью, если бы она выбрала меня. Мы все взрослые, мама. Ты должна перестать заботиться о нас, потому что это уже больше не забота. Ты пытаешься перенести свои нездоровые амбиции на нас. До сих пор я проявлял к тебе терпение. Ты была так воспитана и считаешь, что делаешь вcе правильно для нас. Но ты ошибаешься, если думаешь, что мы не знаем, чего хотим. Каждый из нас самостоятельно принимает решения, и тебе придется принять их.

Адам кивнул, так как Леннокс сказал все абсолютно правильно. Рамон и Торин тоже понимали это, но пока не решались даже громко вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы кивнуть в знак согласия. Все настороженно смотрели на Тимею Торрел. Изменит ли она свою точку зрения или будет продолжать этот бессмысленный спор и тем самым еще больше отдалит от себя сыновей?

Я внимательно наблюдала за ней. На ней было надето зауженное темное платье, а длинные волосы как всегда собраны в сложную, высокую прическу.

Наброшенное на платье меховое пальто подчеркивало ее аристократический вид, великолепно описывающий сущность Объединенного Магического Союза. На женщинах и мужчинах наподобие Тимеи Торрел держалась вся система, и своих детей они тоже пытались воспитывать в том же духе, как воспитывали их.

Я вдруг стала гордиться Адамом и его братьями. Они были теми, кто отважился пойти против этого поколения и отказался от слепого послушания. Таких как они и Ширли должно быть намного больше.

Однако Ширли, казалось, не так уж спокойно восприняла слова, брошенные ей Тимеей Торрел.

— Вы, маленькая ядовитая гадюка, — сердито зашипела она, сверкая глазами на Тимею Торрел. — Никакой свадьбы не будет, никогда. У нас с Торином ничего не получится. Мы расстаёмся.

Она скрестила руки на груди, с вызовом глядя на Тимею.

Тимея мгновенно побледнела.

— Нет, — испуганно выдохнула она.

Единственные приемлемые отношения одного из её сыновей только что разрушились.

— Что ты говоришь? — Торин ошеломлённо смотрел на Ширли, как и мы все.

Ширли мягко улыбнулась.