— Это моя мама, ее зовут…

— Мадонна! — вспомнила Саша. Вот на кого похожа женщина. Такое же лицо, как на знаменитой картине Леонардо.

— Ее зовут Лиза, — кивнул Алессандро, — можно мы войдем?

Все еще ошеломленная, Саша посторонилась.

— Вы же… вы же сын Алдо? Тот самый, который вроде бы умер двадцать лет назад еще младенцем? То есть Алдо удалось? Удалось прооперировать вас в прошлом?! С ума сойти! Только сегодня ночью выкладывал нам свои планы… И вот вы здесь. Уже взрослый. А вы? Вы помните себя все эти двадцать лет? Или раз! и очнулись?! И что, кстати, с вашим отцом?

Выдохнувшись, Саша без сил опустилась на диван рядом с Игорем, до сих пор не проронившем ни слова. Саша спохватилась. А Игорь же вообще ничего не знает о событиях сегодняшней ночи! И не понимает ничего, ведь пришедшие говорили на итальянском. Она выжидающе смотрела на мать с сыном, ведь зачем-то они пришли?

— Я, Саша рос все эти двадцать лет, не зная своего отца. Мама рассказывала, что когда-то в детстве я был смертельно болен. И медленно умирал у нее на руках. Мама жила со мной вдвоем, Алдо сразу сказал, что никогда не женится, но сына воспитать поможет. И в один из тоскливых беспросветных вечеров он вдруг появился, заявив, что прибор, который он принес собой, сейчас совершит чудо, и я стану здоровым. Долго колдовал над колыбелькой, затем выпрямился, сказал, что теперь все будет хорошо. А потом предупредил, что у него есть еще одно срочное дело, спросил, где здесь близко есть приют для сирот и ушел. Больше я никогда его не видел. Мама рассказала мне потом, когда я подрос, что наутро вышли местные газеты, пестревшие заголовками о похищении мальчика из приюта, о погоне, о перестрелке с полицией, в которой похититель погиб. И фото похитителя. Моего отца.

Еще он оставил письмо для меня на столе, предупредив, если он не вернется, чтобы открыли его на мое двадцатилетие.

— То есть… — Саша ожесточенно дернула себя за волосы, стало больно, зато от резкой боли она начала хоть что-то соображать, — Алдо смог изменить прошлое, но сам не вернулся. Она понимающе покачала головой, — не смог. Его убили полицейские. Что это за история с похищением?

— Мы не знаем. Брак с мамой ведь был неофициальным. Мама не имела права на информацию. Так вот. Неделю назад мы открыли письмо в положенный срок. Там оказался ключ от банковской ячейки. В банковской ячейке я обнаружил дневник отца. Он вел его много лет. Там было и про Орден, и про Зеркало, описание плана по моему спасению и вашу роль в этом плане. И мечты… как мы с ним встанем во главе Ордена. Заканчивался дневник словами: «Я иду, сынок».

— А еще, еще там было вот это, — Алессандро раскрыл ладонь, на которой лежал перстень с зеленым камнем.

— Чего вы хотите? — хриплым от возбуждения голосом спросила Саша.

— Я хочу сказать вам спасибо, — спокойно сказал Алессандро, — если бы вы не помогли моему отцу, меня бы не было на свете. Не знаю, почему из прошлого выбрались вы, а отец нет, и если честно, знать не хочу. Желтый камень, как я понимаю, остался где-то в прошлом вместе с моим отцом?

Саша с облегчением осторожно кивнула.

— А зеленый теперь достанется мне. Я буду работать на Орден.

Мать Алессандро подошла к Саше и протянула ей маленькую иконку, на которой была изображена Мария с младенцем на руках.

— Это твое. Когда у тебя будут дети, эта иконка будет защищать их. Спасибо тебе.

Проводив семью Морани, Саша стала быстро, перескакивая с одного на другое рассказывать мужу, что с нею произошло, пока он спал.

Оба вздрогнули от громкого требовательного звонка телефона. В окошечке высветилось «куратор». Подумав секунду, тихим, словно больным, голосом, подняв вверх руку, призывая Игоря к тишине, она ответила:

— Да, слушаю.

— Саша? С вами все в порядке? Сегодня стало известно, что синьор Алдо Морани исчез ночью. Его никто не видел, и телефон его недоступен. Я позвонил в ваш отель, но там мне сказали, что вы вернулись только под утро. Что происходит?

Безмятежно зевнув прямо в трубку, Саша закатила от восторга глаза:

— Не знаю, Илья. Мы были вчера на выставке, Алдо тоже там был. С охраной. Весь такой важный. Мы пообщались с ним немного, но о своих планах он нам не рассказывал.

Саша не беспокоилась, что кто-то расскажет Илье о ночном путешествии. Она всегда сможет подправить воспоминания охраны и Марата с помощью перстня.

Услышав, как в трубке запиликал отбой, Саша повернула к Игорю торжествующее лицо.

— Орден в панике. Сначала от инфаркта умер Риффальди. Теперь Алдо исчез. А с ним исчезло Зеркало прошлого и перстень с желтым камнем!

Игорь ласково обнял ее за плечи и начал быстро складывать вещи в дорожную сумку.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь, Саша. Мы уезжаем домой.

Оставалось еще одно дело. В эту минуту Саша шла по подземному коридору лабиринта Кампуса. Впереди в неярком свете покачивалась в такт ходьбе мужская спина. Хантер. Хантер привел ее сюда, отключив перед этим все камеры на пути. После своего выздоровления он прошел обучение, все проверочные тесты и работал теперь в службе безопасности Кампуса. Саша позвонила ему, едва они с Игорем приземлились в аэропорту Москвы. Узнав, что ей требуется помощь, Хантер без колебаний и расспросов согласился помочь. Сейчас он стоял перед серым облаком и потрясенно молчал. Украдкой оглянувшись на него, Саша, шагнула вперед, рассчитанным движением выливая жидкость в Зеркало.