Затем Ревик задался вопросом, может, он спит, и ему снятся воспоминания.

Звук сделался громче.

Лошади.

Ревик открыл глаза. Повернув голову, он прищурился от яркого солнца и увидел, как три лошади лёгким галопом въезжают в ворота. Похоже, они быстро приближались к нему — судя по тому, как звук постепенно нарастал в его сознании.

Первая лошадь остановилась возле ступеней, и Ревик уставился в широкое обветренное лицо всадника. Он не знал его в отдельности. Он не знал и остальных, вопреки их сходству друг с другом.

В любом случае, он ожидал бы вертолёта от Балидора — но не трёх гигантских дикарей на косматых лошадях с длинными гривами.

Глядя на их лица, он напрягался все сильнее. Он узнал широкие азиатские черты лица, бездонные черные глаза. Не считая цвета радужек, все они обладали идентичной, почти альбиносовой внешностью. Их белые волосы спутались и скатались, отчего густые косы за их спинами приобрели желтоватый оттенок.

Версианцы.

Ревик в последний раз видел их в детстве, может, подростком.

Он наблюдал, как они по очереди смотрят на него с лошадей.

Тот, что казался лидером, и два его сопровождающих обменялись жестами рук. Затем тот, кто из троих выглядел самым молодым, грациозно спрыгнул с лошади и взбежал вверх по лестницам.

Ревик чувствовал, как ноги видящего заставляли дрожать дерево, к которому он был прикован, а затем дверь в дом захлопнулась. Он посмотрел на остальных.

— Помогите мне, — сказал он на прекси. Его голос прозвучал хриплым, сиплым шёпотом. Он обращался к лидеру, видя, как тёмные глаза равнодушно остановились на нем. — Пожалуйста. Они забрали мою жену. Пожалуйста. Помогите мне.

Лидер спешился из седла, спрыгнув так же легко, как и первый мужчина, несмотря на его внушительные габариты. Когда он встал перед Ревиком, до того дошло, что мужчина, наверное, мог убить его одним резким пинком по горлу.

Версианцы обычно были кочевниками, и довольно воинственными. Контрабандисты. Оппортунисты. Большую часть времени они не соблюдали Кодекс. Когда они ему подчинялись, это была другая версия, не та, в которой воспитывали Ревика. Они занимались контрабандой детей и женщин. Они склонны образовывать свои кланы, игнорируя клановые законы других видящих и состязаясь между собой. Последние сотню с лишним лет они заключали союзы с людьми так же часто, как и с братьями-видящими.

Судя по лошадям хороших кровей, которых Ревик различал под косматыми гривами, а также по органическим винтовкам, которые он заметил на их сёдлах, эти трое, должно быть, неплохо жили.

— Этот дом мой, — сказал он на прекси. — Я отдаю его вам. И все в нем. Это будет законно, — он показал в сторону реки. — Там лошади. Они тоже мои. Взрослые. Один тяжеловоз. Как минимум один чистых кровей. В общей сложности десять.

Лидер улыбнулся. Он посмотрел на другого мужчину, который наклонился на луку большого тибетского седла, всматриваясь в лицо Ревика. Он показал на органическую повязку и сказал что-то, чего Ревик не разобрал. Лидер улыбнулся, ответив что-то на языке, в котором Ревик узнал искажённую форму прекси вперемешку с мандаринским наречием. Они говорили с таким сильным акцентом, что он различал лишь отдельные слова и несколько фраз.

Тот, кто оставался на лошади, говорил больше.

— (какое-то ругательство)… здесь, чтобы ограбить его. (мужчина рассмеялся и сказал что-то, чего Ревик не разобрал)… знает о…? (что-то ещё)…Мост? Тот же, кто… (ещё что-то неразборчивое)

Ревик застыл при упоминании Элли.

Лидер, похоже, не заметил. Он фыркнул, показывая утвердительный жест.

Тот, что на лошади, снова заговорил.

— …не говоря уж… (что-то ещё, похоже, ругательное)… приказы? (что-то ещё)… мертва? Она не могла… (тут он тоже что-то упустил)… несколько тысяч в его… (Ревик почти уверен, что тут прозвучало слово «армия»).

Ревик посмотрел на них. Он снова начал перетирать древесину ступеней цепями, почти бессознательно.

Если они знали, кто такая Элли, возможно, они пришли вовсе не помочь ему.

Где, бл*дь, Балидор?

Третий версианец вышел из дома, сбежав по ступеням. В ответ на ровный взгляд лидера он показал отрицательный жест. Лидер фыркнул, затем посмотрел на Ревика. Его тёмные глаза были совершенно лишены эмоций.

— Ты Дигойз Ревик? — спросил он на прекси с сильным акцентом.

Ревик поколебался. Он посмотрел на этих троих, затем решил, что у него нет роскоши скрытничать.

— Да, — ответил он, показывая утвердительный жест.

Лидер смерил его взглядом, затем жестом обратился к младшему из трёх версианцев. Ревик застыл, пытаясь отодвинуться всем телом назад, когда самый маленький из гигантов снял с седла сильно модифицированную органическую винтовку. В стволе также имелась органика, а это подразумевало боеприпасы крупного калибра. Ревик уставился на оружие, когда мужчина снял винтовку с предохранителя и упёр её прикладом в плечо.