– Сейчас станет лучше, – бархатный шёпот с лёгкой хрипотцой и перебирающие пряди мужские пальцы отдались в солнечном сплетении низкой вибрацией. Избегая прикосновения, Савитри невольно подалась ближе к мужчине и наткнулась губами на своевременно поднесённый стакан с водой. Вцепившись в него как в спасательный круг, девушка вскочила и жадно осушила его до дна, не заботясь о реакции начальника. Не до того ей было. Импульсы взбудораженного тела требовали успокоения, и она изо всех сил цеплялась за привычные действия – сжать стакан, чтобы почувствовать свои пальцы, сделать большой глоток холодной воды, чтобы унять непонятный жар. Но этого было мало. Поэтому, допив последние капли воды, она обернулась к сосредоточенно наблюдающему за ней мужчине и поблагодарила:

– Спасибо большое, – хотелось одного – бежать. Но сбегать было нельзя. Снова всплыло перед глазами заплаканное лицо Суниты, и она через силу повторила свою просьбу: – Разрешите мне попробовать. Я обещаю, что я справлюсь.

Во время её краткой речи Джаеш засунул руки в карманы и сделал шаг назад. Удар сердца – и озабоченное выражение лица сменилось бесстрастным. Ему не понравилась своя реакция на дурноту подчинённой. Единственные, кто до этого мог похвастаться его заботой, были членами его семьи. А тут эта настырная девчонка… Неужели он действительно флиртовал с ней? Нашедшее на него безумие явно было следствием тяжёлого дня. Хочет выполнять функции секретаря – на здоровье. Лишь бы это не вредило основной работе. Слишком большая ответственность лежала на плечах вчерашней школьницы. Правда, пока она справлялась. А обязанности секретаря он снизит до минимума. Вот и решение вопроса. Мысль о том, что теперь она всегда будет перед глазами, вызвала тёплую волну неясного чувства, но он не собирался больше позволять каким-либо эмоциям по отношению к этой девушке брать верх над его невозмутимостью.

– Хорошо. Но не в ущерб основной работе. Поймёшь, что не справляешься, не хватает времени – скажи, я подыщу замену. Позвони Суните, я подпишу заявление на отпуск. А сейчас иди, уже поздно, – он демонстративно взглянул на часы, старательно игнорируя её радость, вспыхнувшую в глазах и словно озарившую солнечным светом его кабинет.

– Спасибо! – выпалила девушка то, что он без труда прочитал в её взгляде. Крутнувшись на месте, она взметнула водопад окончательно освободившихся и рассыпавшихся по спине волос. Уже у двери обернулась, перед тем как выскочить из кабинета.

– Я справлюсь, обещаю.

Уже стих звонкий стук джутти девушки, донёсся тихим звоном отчёт лифта, закрывшего двери, а Джаеш всё ещё стоял, глядя на закрытую дверь и, не осознавая этого, улыбался…

Лифт был скоростным, но казалось, что он еле ползёт. Джаеш нетерпеливо постукивал пальцами по поручню, мысленно поторапливая бесчувственный агрегат. Нет, спешить ему было некуда. Он возвращался на работу после обеденного перерыва, который провёл дома по настоянию Чарви. Даже редкий гость Шантивана – Шьямал – и тот присутствовал на трапезе, рождая удовлетворённую улыбку на лице сестры. Вот только беседа на семейном обеде в очередной раз вертелась вокруг женитьбы. Нани [7] держала слово, не трогая своего внука напрямую, но находила тысячу и один способ повернуть разговор в нужное ей русло. В самом деле, не могло же так совпасть, что за какие-то тридцать минут, который длился приём пищи, при Джаеше были обсуждены не менее пяти девиц на выданье с перечислением их красоты и прочих достоинств. В конце концов, нани тоже была Сингх, а если учесть жизненный опыт и присущую ей женскую мудрость, которую вполне можно было назвать хитростью, то самым благоразумным для внука было бы сдаться. Так думала Ракмини, украдкой поглядывая на него, проверяя, не разозлился ли он на очередной демарш сплочённой в данном вопросе женской половины семьи. Джаеш привычно отмалчивался, хотя следовало бы поторопиться, поскольку срок, отведённый бабушкой, истаивал с каждым быстротечным, загруженным делами и событиями днём. Конечно, он мог проигнорировать матримониальное желание бабушки, как десятки раз до этого, но в этот раз что-то удерживало его от чёткого обозначения позиции неискоренимого холостяка. Если бы он верил в предчувствия, он решил бы, что именно оно понуждало его молчать. Казалось, что этот вопрос разрешится сам собой. К тому же, если уж жениться, то жену он себе выберет сам, поэтому он и не вслушивался в бабушкины описания кандидаток в невесты. В конце концов, у него был на примете неплохой вариант, хотя он не был уверен, что не сошёл с ума, рассматривая, пусть и чисто гипотетически, одну взбалмошную особу в качестве будущей жены.

Тем не менее сейчас он спешил на работу именно для того, чтобы увидеть этот вариант. Савитри. Неприязнь к вздорной девчонке истаивала с каждым днём. С каждой новой чёрточкой характера, открывавшейся ему в мелочах. Свежесть, невинность, очарование, темперамент, ум – опасное сочетание и вызов для мужского эго. Она нравилась ему, и даже больше. Уже неделю она заменяла Суниту и, надо отметить, делала это неплохо. Но главным было то, что всё это время Джаеш наблюдал за девушкой. В приёмной, в кафе, даже у здания офиса, когда она отчитывала моторикшу, когда он не пропустил девочек-школьниц на пешеходном переходе. Наблюдал и против воли восхищался. Её отзывчивости, честности, детской нетерпимости к несправедливости, доброте и лучезарному характеру. А ещё красоте. Девочка расцвела в одночасье, сбросив свои чудные одёжки, оказавшиеся данью детской договорённости с сестрой о том, что они всегда будут носить вещи, выбранные друг для друга.

В первый же день, увидев Савитри в приёмной в уже привычном, но от того не менее раздражающем виде школьницы, Джаеш вызвал Амана и приказал отвести Савитри на склад, чтобы она выбрала себе не менее десятка сари, ленга-чоли и анаркали – на свой вкус. А предоставление одежды для неё замотивировали тем, что секретарь главы корпорации, по роду своей деятельности встречающий важных клиентов, обязан выглядеть в тренде последних коллекций компании. Савитри, подумав, согласилась с этим требованием, но поставила условие, что носит предоставленную корпорацией одежду только в офисе, а вне его имеет право одеваться по своим возможностям. Джаешу было интересно, какой стиль подберёт себе девушка. И он не разочаровался, найдя подтверждение её хорошему вкусу. Савитри сочла, что анаркали наиболее подойдёт для того, чтобы соответствовать стилистике компании, так как индоевропейское направление коллекций «DC-дизайн» объединялось в этом традиционном наряде с западным стилем одежды. Хотя и не смогла устоять перед несколькими простыми, но великолепно оттеняющими её юность и красоту сари. Волосы она теперь носила распущенными, собирая боковые прядки неброскими изящными заколками. И настолько это преображение изменило девчонку, разом превратив её в ослепительную красавицу, что мужчина замер, увидев её впервые в новом образе. И вот уже неделю пребывал в этом состоянии.

– Наконец-то! – барабанная дробь пальцами в темпе mollo allegro стихла одновременно с остановкой кабины лифта. Подняв голову и скрывая свое нетерпение от самого себя, он шагнул в приёмную. Глаза обежали пустое пространство, задержавшись на сумочке. Савитри была здесь, но её здесь не было. Нахмурившись, Джаеш направился к своему кабинету, но остановился, сделав пару шагов. Россыпь колокольчиков звонкого смеха он узнал сразу, как и сразу понял, откуда он доносится, едва бросил взгляд на распахнутую дверь, ведущую в кабинет своего заместителя. Не медля ни секунды, он изменил траекторию движения, совершенно не задумавшись о цели своего визита. Весело переговаривающиеся Аман и Савитри не сразу заметили своего начальника, замершего мрачной тучей на пороге. Они сидели в зоне отдыха, расположившись на соседних креслах, и рассматривали что-то на столе, остававшееся невидимым зоркому взгляду Джаеша. Неслышно, мягко ступая, он приблизился к свободно чувствовавшим себя молодым людям и опёрся руками о спинку кресла, на котором сидела девушка. Позволил себе вдохнуть нежный аромат, действующий на него прямо-таки медитативно, и спросил, успешно скрыв недовольство близостью Савитри и Амана:

– Чем вы тут занимаетесь? – голос прозвучал ровно, но Савитри дёрнулась, вскакивая с кресла. Оказывается, она незаметно сняла джутти – другие, новые – и теперь запнулась о них, совершенно позабыв о препятствии под ногами. Тихий вскрик потерявшей равновесие девушки и две столкнувшиеся мужские руки, протянутые, чтобы поймать падающее тело. Хотя, вернее будет сказать, рука Джаеша уже охватила талию девушки и теперь притянула её к мужской груди. А Аман, опоздавший на долю секунды, зачерпнул воздух, и вместо того чтобы поймать запястье Савитри, впечатался в дорогую ткань рукава модного пиджака своего начальника. Секундная заминка успевшей испугаться Савитри была потрачена на обмен взглядами между мужчинами.