Брэдфорд заёрзал на месте.

— Сэр, мы уже об этом говорили. Моё восхищение вами как патроном настолько высоко, что я буду подчиняться без всяких формальностей.

— Спасибо Брэдфорд, не хочу попусту тратить время, перейдём к делу.

Меддоуз позвонил секретарю и заказал кипяток для себя и стакан отменного виски для Брэдфорда. Он вручил Брэдфорду письмо. Письмо являлось петицией, подписанной несколькими сотнями человек. Родственники, друзья, случайные волонтёры жаловались на волокиту в деле некоей Хелен Рэй, студентки ФБР, пропавшей более года назад в округе Спенсерхуд. Внимательно прочитав письмо Брэдфорд вернул его Меддоузу. Тот аккуратно спрятал письмо обратно в конверт.

— А вот копия дела. Посмотрите хотя бы самую малость.

Когда Брэдфорд оторвался от стопки бумаг, Меддоуз глядел на него с мольбой.

— Понимаете какое дело. Там, — он показал пальцем на хрустальную люстру, — просят взять дело под личный контроль.

— Под ваш контроль?

Меддоуз печально улыбнулся.

— Не удивляйтесь, мой друг. Давление общественности, жалобы генеральному прокурору, жалобы Директору — в конце концов девчонка из ФБР, но это не самое главное. Оппозиция искусно манипулирует этим кейсом, чтобы создать проблемы одному очень хорошему человеку. Догадайтесь кому?

Брэдфорд лишь пожал плечами. Тогда Меддоуз написал что-то на обрывке бумаги и отправил его через стол Брэдфорду. Присвистнув, специальный агент посмотрел на Меддоуза.

— Я всё понял, сэр. Дело застряло в мёртвой точке и судя по действиям, а точнее бездействию местной полиции, там и останется. Моё присутствие вряд ли что-то изменит, но…

— … Но позволит старому пердуну Меддоузу на всех углах кричать, что задействованы лучшие силы.

Брэдфорд слегка смутился, а Меддоуз громко и заразительно рассмеялся. Успокоившись, он серьёзно посмотрел на Брэдфорда.

— Мне не нравятся дела, где слишком много шума. Потушите искорку, пока она не спалила чьи-то брюки.

Пейн наконец разрешил сделать привал. Уставшие, голодные люди валились с ног. Не было сил готовить еду. Жадно ели консервы запивая газировкой, перекусив немедленно засыпали. Шериф оглядел свою команду.

Рори Макгоуэн — лучший стрелок и следопыт. Пейн побаивался его.

Саймон — исполнительный, расторопный, немногословный. Верен шефу и никогда не лезет не в своё дело. К сожалению туповат. Пейн снова пожалел что так и не смог найти подход к Мэддиген. Принципиальная курица стоила всего отдела. Пейн не хотел с ней расставаться, но это было неизбежно. Они не могли ужиться друг с другом, Мэддиген становилась опасной, часто лезла туда, куда не надо и скорее всего догадывалась о тайной жизни шерифа.

Альфред Хогг — обычный отморозок с улицы, выполнявший грязные поручения. В команде он совсем недавно, Пейн приберегал Хогга до времени, когда придётся свалить на кого-то всё это дерьмо. Альфред хорошо владел ножом, не брезговал никакой работы и был безоговорочно предан шерифу.

Пейн посмотрел на седовласого курносого мужчину, надвинувшего на глаза ковбойскую шляпу. Гиллан, заместитель прокурора. Пейн втянул его, чтобы прикрыть свой тыл. Он изучал Гиллана почти год, прежде чем предложить ему войти в дело. Гиллан был падок на женщин, жаден и любил деньги. На охотах почти ничего не делал, но шериф всегда щедро платил ему, несмотря на недовольство других. Уж кто кто, а Пейн понимал почему кресло под ним всё ещё не шатается. Пейну было страшно даже подумать как отреагирует Гиллан на предложение свернуть их «бизнес».

Бабби — ещё один отморозок под стать Альфреду. Он провёл за решёткой большую часть своей жизни. Бабби знал всех преступников в округе и Пейн держал его в качестве стукача. Получая очередную благодарность за высокую раскрываемость, Пейн всегда вспоминал лисью морду старика со стальными мускулами. Если в округе было слишком тихо, шериф не брезговал отрядить Бабби на мелкие, незначительные, но шумные преступления. Бабби выходил сухим из воды, а вот соучастники получали реальные сроки. Впрочем, они умели хранить молчание, поскольку Бабби обещал им райское обхождение за решёткой, что неукоснительно выполнялось с молчаливого согласия шерифа.

Джеффри Уайтхэд — одноклассник его сына. В школе отрывал лягушкам лапки и вешал котов. Пейн запретил сыну на милю приближаться к Джеффри. Теперь Уайтхэд в команде. С явным наслаждением участвует в каждой охоте. Дождь, снег, июльская жара — Уайтхэду всё нипочём. Он будет идти за подранком хоть трое суток. Шерифу не о чем беспокоиться. Жертве никуда не деться. Пейн всё же не любил посылать Джеффри одного, уж больно парень увлекался. С головой Уайтхэд не дружил никогда, о последствиях не думал. Идиот и отморозок. Пейн сильно жалел, что втянул его в это дело, но пока лучше держать этого дегенерата при себе. Придёт время и Уайтхэд исчезнет в бескрайних лесах Спенсерхуда.

Спят. Кто-то беспокойно ворочается с боку на бок, кто-то безмятежно храпит. Плохо, всё очень плохо. Люди стали огрызаться, неохотно выполняют приказы. Неблагодарные свиньи. Раньше, когда были охоты и деньги лились рекой они боготворили Пейна. После истории с этой сучкой из ФБР, об охотах не может быть и речи. Теперь вся эта шайка живёт за счёт Пейна. Скорее всего придётся сворачивать удочки и проваливать отсюда.

После пропажи Рэй федералы клещами вцепились в шерифа. Он организовал самые активные поиски и быстро обнаружил палатку. Пейн лично осмотрел номер Хелен, но ничего там не нашёл. Подключил местных егерей, добровольцев и даже вертолёты, лично курировал весь процесс, направляя людей в самые укромные уголки леса. Не щадил ни себя, ни людей. Многие жаловались, умоляя ФБР и шерифа штата приструнить Пейна и дать людям отдых. Шериф поддерживал железную дисциплину, на каждое действие просил официальную бумажку, подписанную прокурором и был крайне педантичен. Пейн часто говорил, что его сможет остановить лишь официальный документ из Вашингтона. Под давлением измученных людей и поисковых бригад такой документ был ему выдан и поиски прекратились. Теперь даже генеральный прокурор не имел права обвинить Пейна в бездействии.