«Мари блять, что там за дичь твориться? Открывай эту жестянку, будем прорываться!»

=Не могу — это была далеко не обычная молния, а божественная. Куда мне с такими мощностями тягаться, когда даже тела своего нет!=

Пиздец котёнку.

Через пять-шесть минут спешного хода, под бряцающие металлические звуки, мы добрались до… места назначения. Прогресс освобождения — по нулям.

Потом всё резко заволокло каким-то газом, от которого стало трудно дышать, а сенсоры стали светиться, в конце концов раскрыв шлем, и я смог вдохнуть свежего воздуха.

— РУСЛАН! — меня окликнул очень хорошо знакомый голос.

Это оказалась Рика. Она, вроде целая, но, пристёгнутая наручником, сидела на стуле в центре круга… или пентаграммы, нарисованной мелом и кровью.

Бегло осмотревшись, я понял, что сижу на таком же стуле, только в другом круге, с таким же наручником на запястье, а серая дымка медленно разъедает остатки моего костюма, который подогнал Зик. Кстати о наркоманах.

«ЗИК!!!»

«ЗИИИИИК!!!!»

— Хватит! — проявив просто океан эмоций, крикнула лолька, появившаяся передо мной из ниоткуда.

Да я, вроде бы, вообще молчал… ТАК, И ОНА МЫСЛИ ЧИТАЕТ! Да я на всех таких экстрасенсов заяву напишу за нарушение границ частной жизни!

Девчонка опять испарилась и, в большой тёмной комнате с очень слабой подсветкой от контуров рун, остались лишь я да Рика.

Сестрёнка, кстати, кроме лёгкого страха, была довольно спокойной… ну, по крайней мере, самого худшего не случилось, уже хорошо.

Перекинуться мы успели лишь парой фраз, прежде чем нас не прервали. Опять этот амбал вылез.

Походил, посмотрел, и собирался так же раствориться в воздухе.

— СТОЙ! — я не выдержал. — Что за херня тут происходит?

— М? Да так, ничего необычного. Просто мы, ох и не благодарное это дело, отправим вас туда, откуда вы и пришли. «Домой», можно сказать. Таким, как вы, не место в ЭТОМ мире.

ЩТА?

Последний кусок доспеха растворился, и бугай впитал дымок в руки, похлопал ими, стряхивая пыль, и всё-таки растворился в пространстве.

Я же лихорадочно пытался найти выход из этой ситуации, но меня отвлекло нарастающее свечение от рисунков на полу.

— Братик, мне страшно!

Ну да ёп вашу мамашу, только этого мне сейчас не хватало.

Максимально разогнав молнии на правой руке, я смог освободиться от наручника, и полетел в сторону кресла Рики, но на полпути буквально застыл в воздухе.

Всё пространство в комнате пошло трещинами, будто разбитое стекло, а свечение снизу становилось всё ярче и ярче, пока глаза уже ничего не могли различить. Я пытался сделать хоть что-то, но не мог даже мускулом пошевелить.

Оглушительное эхо, как при лёгком ударе вилки о хрустальный бокал, только раз в 500 сильнее, заложило уши, а после треск разбитого зеркала, не тише колокольного звона, прошёлся катком по моим мозгам, окончательно лишив их связи с реальностью.

«БЛЯЯяяяяя…»

Когда моё сознание стало вырываться из плена дяди Морфея, первое, что я почувствовал, так это неконтролируемое мотыляние моей тушки в разные стороны.

Рефлекторно попытался сгруппироваться, но, как оказалось, ни конечностей, ни чего-бы-то-ни-было я почувствовать не могу.

Приложив колоссальные усилия, как студент-прогульщик на сессии, вроде-как стабилизировался в одном положении, пусть и продолжал падать, но последнее меня сейчас волновало в последнюю очередь.

Сейчас гораздо важнее было вернуть полный контроль над телом.

Что-то с диким треском пролетело в паре сантиметров надо мной, причесав волосню на затылке, и скрылось в неизвестном направлении. Зато я выяснил, что чувствительность есть, хоть и не полная, но, вроде как, постепенно восстанавливается, так как я уже ощущаю слабые потоки воздуха и слышу небольшое гудение где-то вдалеке.

Очередная попытка разлепить веки была остановлена осознанием того, что то самое гудение целенаправленно движется в мою сторону.

Недолгое трепыхание, на манер жарящегося ужа, плодов не дали — неизвестный науке объект зарядил мне в морду, из-за чего я снова начал мотыляться в разные стороны.

«ТВОЮ МАТЬ, И КУДА Я ОПЯТЬ ПОПАЛ!?» — в ответ тишина.

Ладненько, будем сами выяснять.

В следующее мгновение зрение вернулось, будто по щелчку переключателя. И первое, что я увидел, было кресло. Обычное чёрное кресло из дерева, больше походившее на табурет со спинкой. Рефлекторно схватился за него левой рукой, и притянул к себе, так же на автомате уселся на него, и обомлел.