– В каком направлении?

– В приличном. Да, Сальваторе, еще одно. Я много размышлял над тем, что ты мне в последний раз сказал. Ты упомянул, что в ходе последней беседы перед моим похищением у меня и самого были сомнения относительно программы "Психе".

– А мне показалось, что это было нечто большим, чем только сомнения. Как раз сейчас мне вспомнилось, что же меня удивило сильнее всего.

– Что же?

– Твое спокойствие. Ведь последние пару месяцев ты был самым настоящим клубком нервов. И только после поездки в Швейцарию…

– Я был в Швейцарии?

– Два дня. Вернулся ты на третий день, в полдень. Впрочем, можешь спросить у Лили. Или у Торрезе. Он же был с тобой.

– Короче, я лечу в контору, поговорим на месте.

Я отложил мобильный телефон на полку. Торрезе, занимавший в кабине вертолета кресло рядом с моим, глянул на него.

– Шеф, тут имеется непринятое сообщение.

Снова я взял телефон в руки. Честно говоря, я не знал, как прослушать записанные сообщения, к счастью, аппарат сам высвечивал соответствующие команды. Сообщение было принято еще вчера, в шесть вечера. Я услышал возбужденный голос Габриэля.

– Альдо, у меня для тебя масса любопытных вещей. Я связался с коллегой из полиции, который разнюхивал про ПА. Так эти твои красавчики, за исключением Вука Ивановича, к движению, в принципе, и не принадлежали. Твое похищение было их первой операцией. И, что самое интересное, в последние дни, что не слишком похоже на идейных деятелей, которым деньги не важны, они слишком разбрасывались бабками. Что-то тут подванивает, Альдо. Ладно, позвоню вечером.

– Больше новых сообщений нет, - закончил голосовую информацию телефон.

– Планы меняются, - крикнул я Матеотти, когда очередная попытка созвониться с детективом не удалась. – Летим на виа Эмилия, рядом с Венецианской Лестницей.

– Там нет площадок, плотная застройка. Ближе всего можно сесть возле реки, неподалеку от эстакады, - ответил охранник.

– Хорошо.

– В таком случае, я вызову твой мерседес туда, - предложил Торрезе.

Я согласно кивнул.

– Пускай сразу же едет на виа Эмилия, мы этот отрезок и пешком можем пройти.

Охранники не выглядели восхищенными этим предложением. И в чем-то были правы. Дорога через закоулки заняла у нас с четверть часа, так что мы изрядно запыхались, тем более, что я лично тащил свою сумку с ноутбуком.

– Может, я возьму компьютер, - предложил Торрезе.

– Я справлюсь, Лука.

– Ну ты и умеешь меняться.

Эти слова меня удивили. Пришлось задать вопрос.

– А что, я когда-то уже, по-твоему, менялся?

– За последние два месяца… чертовски. А после той поездки в Швейцарию, тебе вожжа совсем под хвост попала.

– Ты был там со мной?

– Был, но в Сионе ты от меня смылся.

– А я не говорил, зачем я туда отправился?

– Догадываюсь… - Лука замолк, потому что с нами поровнялся Матеотти.

Мы вышли в сквер. У фонтана Трех Тритонов я увидал знакомый полноватый силуэт. Выходит, сегодня тут бизнесом занимался нищий Тото. Я решил, что когда мы будем возвращаться, дам ему щедрую милостыню. Сейчас же мне хотелось как можно скорее встретиться с Габриэлем Заксом.

А вот и Виа Эилия, 27. Мы неоднократно нажимали на кнопку домофона, но на звонки никто не отвечал. В конце концов, Лука воспользовался отмычкой. Агентство Закса размещалось на четвертом этаже. Без лифта. Двери мы застали выломанными, небольшая контора выглядела так, словно бы по ней прошел ураган. Я уже собирался уходить, когда Матеотти указал на неплотно прилегающий к стене шкаф. Подойдя поближе, я увидал, что он закреплен на петлях и скрывает за собой проход в жилые помещения.

– Santa puttana! – выругался Торрезе.

Габриэля мы обнаружили в ванной, голого. По словам Матеотти, детектив был мертв уже часов двенадцать. Мы нашли бритву, которой он вскрыл себе вены, но мой охранник, проведя поверхностный осмотр, выявил здоровенный кровоподтек на затылке.

– Его оглушили, раздели, сунули в ванну, а потом… - остальную часть лекции заменил красноречивый жест. – Похоже, он кого-то неслабо достал.

Возвращаясь через спальню, за внутренним окном я заметил какую-то тень, промелькнувшую по галерее.

– Осторожно! – завопил Торрезе и потянул меня за массивный письменный стол.

Оба профессионала тут же вытащили стволы. Окно не было закрыто, но Матеотти выбил его ногой. Мы услыхали перестук шагов. Кто-то очень и очень спешил. Великан-телохранитель выскочил на деревянную галерею, окружавшую внутренний дворик.

– Стой, стой! – вопил он вослед удиравшему. Через какое-то время звуки погони затихли вдали. Торрезе поднялся, обошел комнату и осторожно выглянул через окно, выходящее на улицу.