Хитрожопый Сай стоял к выходу ближе всех, и первым выскочил за дверь. Кир тут же последовал за братом. Ухватив Элона за рукав, я потянула за собой расстроенного напарника. Когда дверь за нами закрылась, послышались приглушенные проклятия.

— Дааа… — тихо протянул Кир, ероша волосы, — давненько я его таким злым не видел.

— Плакало твое прикрытие, Аська, — цокнул языком Сай и добавил: — И чаевые тоже.

Один лишь Элон молчал, погрузившись в себя.

Наш подвал навевал тоску как-никогда. Неужели придется попрощаться с работой под прикрытием и закопаться в никому не нужных бумагах? Я к этому не готова. Может, шеф Ган выпустит пар, и сменит гнев на милость? Было обидно за потраченные старания, а голова трещала из-за недосыпа — работа в клубе лишила меня сна. Прежде чем взяться за написание отчета, я решила немного взбодриться и направилась к лестнице.

— Ты куда? — Кир уже вооружился чистым листом бумаги. Братья на удивление ответственно отнеслись к приказу шефа написать подробный отчет.

— За… какао, — недовольно пробурчала я, — как-никак работала почти всю ночь.

Напарники выглядели куда бодрее, вероятно потому, что были нелюдями. Их резерв выносливости куда больше моего. Придется постараться, чтобы не отставать от коллектива.

Покинув подвал, я позволила себе немного расслабиться. Плечи поникли, горькой улыбки как ни бывало. Не так я себе представляла предстоящую карьеру. Да и карьера ли это?

Словно грустных мыслей мне и без того было мало, подходя к кухне я услышала голоса. Когда поняла, что речь идет о нашей команде, замедлила шаг и повременила входить, обратившись в слух.

— Слышал, седьмой отдел в конце квартала распустят, и даже мизерная раскрываемость их уже не спасет, — поделился с собеседником неизвестный, — финансирование урезали и грядет сокращение штата. Повезло что у нас есть эти чудики. Их всех выпрут, а мы останемся.

— И правильно, мы тут крутимся, вертимся, а они знай себе сидят в прохладном подвале и ничего не делают. Вместо того, чтобы раскрывать дела, раз в месяц шарятся по бомжатникам и выдают это за работу.

У меня даже дыхание перехватило от несправедливости. А как будто нам эти дела дают! Спихивают все висяки со своих плеч и сидят с идеальной раскрываемостью. Все в выигрыше, кроме нашего отдела, который признан неэффективным.

Я едва успела спрятаться за углом, когда эти двое покинули кухню. С губ непроизвольно сорвалось заклинание подножки, которое прицепилось к одному из сплетников. Не желая погибать в одиночестве, тот попытался ухватиться за напарника и увлек его за собой, разливая повсюду кипяток. Проблемы это не решило, но немного морального удовлетворения принесло.

Выйдя из-за угла, я юркнула на кухню, без труда отыскав вновь появившийся кофе. По моим подсчетам, до конца квартала оставался месяц. В этот срок мы должны раскрыть дело и не быть пойманными на его краже. Это либо спасет седьмой отдел от расформирования, либо окончательно его погубит.

Стоит признать, в одиночку хранить свое преступление в тайне становилось все сложнее, к тому же, понадобится немало изворотливости, чтобы оправдаться, когда Аранадор Валантурович узнает, что мы раскрыли дело. Выход лишь один — сделать братьев-оборотней соучастниками моего маленького должностного преступления. Вместе с ними мы точно сумеем вывернуться и спасти седьмой отдел.

Эта мысль придала мне бодрости. Я направилась обратно в подвал, но вновь была вынуждена остановиться, услышав нечто подозрительное. Подвал был уже близко.

— Не мое дело, не мое дело, не мое, — бормотала я себе под нос, делая еще один шаг вперед. И так проблем целая куча, ни к чему мне чужое добро.

Но женский плач не стихал, а становился все надрывнее.

— Только одним глазком. — Пообещала я, кладя руку на сердце. — Взгляну, что случилось, и сразу на рабочее место.

Ноги уже сами несли меня к источнику звука. Дверь первого отдела была открыта нараспашку, и женский плач, набирая обороты, разносился уже по всему коридору.

Едва ступив за порог, я тут же увидела несчастную. Она восседала на стуле посреди кабинета, а вокруг нее суетились трое мужчин. Пространство под их ногами уже было заполнено одноразовыми бумажными платками.

— Ну хоть что-нибудь! — В отчаянии растрепал свои волосы парень, сидевший за столом. Подойдя ближе, я увидела, что он трудился над описанием внешности преступника.

— Не помню-ю-ю, — взвыла девушка, которой тут же вручили новую охапку платков. Один за другим они были использованы и отправились на пол.

— И чего же вы тогда от нас хотите?! — закричал другой мужчина, нависая над несчастной.

От его гневного рыка даже мне стало не по себе. Что уж говорить о потерпевшей, которую прорвало с новой силой. Мужская рука судорожно выхватила платок, второй… и застыла. Коробка была пуста.

— Есть у нас еще эти штуки? — накинулся он на коллегу.

— Откуда? — огрызнулся тот в ответ. — Мне коробки обычно на год хватает.

— Так пойди и купи еще! — Опустевшая картонка полетела на пол. Нервы мужчин были на пределе.