Сирена ощутила притяжение в животе, кто — то приближался по коридору к ее комнате. Она улыбнулась.

— Ты здесь! — сказала Сирена, когда дверь открылась. Сирене не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что за ней стояла Авока.

— Счастливого Эоса, Сирена, — улыбнулась Авока. — Мы готовы к балу.

— Хорошо. Надеюсь, в этот раз получится лучше, чем в прошлый.

Авока кивнула.

— Должно получиться.

Сирена спустилась с возвышения перед зеркалом и поманила Авоку за собой из комнаты. Они прошли по коридорам к бальному залу.

— Ты расскажешь, что происходит с Алви и Кесфом?

Улыбка Авоки застыла.

— Ничего не происходит.

— И Дин не дал мне на бал семейное наследие, — с сарказмом сказала Сирена.

— Он открыто ухаживает за тобой, Сирена. Ты знаешь, что он хочет быть с тобой.

— Алви и Кесф чувствуют к тебе то же самое. Ты решила, что делать? — Сирена коснулась ее руки.

— Нет. Я не могу быть с Кесфом. И я проживу дольше Алви, — прошептала она. Авока сжала ее ладонь, отмечая конец обсуждения, и пошла дальше.

Сирена ощущала натяжение их связи и пожелала ей удачи.

Сирена не могла переживать из — за проблем Авоки, ведь подходила к большой королевской семье Эллисон. Она глубоко вдохнула и пошла по коридору к Дину.

Все болтали, пока их не объявили в бальном зале. Почти все дочери были замужем, привели своих мужей и детей на церемонию. Бриджит была без пары, но Сирена недовольно отметила Алису с Робардом. Тереза и Тифани были с незнакомцами.

Дин поймал Сирену раньше, чем она дошла до них.

— Ты неотразима, — прошептал он, притягивая к себе для жарких объятий. Он погладил жемчуг на ее шее. — Идеально сочетается с платьем.

Сирена улыбнулась и глядела на его красивое лицо, купаясь в его тепле. Она выбрала светло — голубое платье, такое бледное, почти цвета снега. Она чуть не выбрала золотое, как в Бьерне, но решила, что это будет неуместно. Она все еще гордо носила брошь Компаньона. Она не скрывала, кем была, но и не кичилась этим. И Дин не переживал.

— Мы будем первыми, — сказал Дин, продвигаясь в начало ряда.

Сирена замечала взгляды на ожерелье на ее шее, но Дин не останавливался, не давал задать вопросы.

— Первыми? — пискнула она.

— Мы начинаем с младших.

— Ясно.

Дин свободно обвил рукой ее талию, притягивая ближе к себе.

— Я буду рядом все время.

Они подошли к двойным дверям большого бального зала, и глашатай стукнул тростью дважды об пол, привлекая внимание толпы.

— Принц Дин Эллисон из Элейзии в сопровождении Компаньона Сирены Штром из Бьерна, — крикнул мужчина, чтобы все слышали.

Во рту Сирены пересохло, она застыла. Она не могла туда войти. Все будут судить ее за то, что она — Компаньон. Они будут ненавидеть ее за это. Она еще никогда не отступала, но осознание, что мир презирал то, чего она хотела в жизни — становление Компаньоном — заставило ее переживать о своем будущем.

— Я не могу, — в панике шепнула она Дину.

Он улыбнулся ей, словно все было в порядке.

— Можешь.

— Нет.

— Я хочу показать тебя миру, Сирена, — выдохнул он. — Показать миру, что ты моя.

— Дин…

— И ничто этого не изменит.

Она хотела возразить, но не смогла.

«Как я могу бояться этого момента, когда даже не мешкала при нападении Бража в Ауруме?».

Сирена обвила рукой его локоть и кивнула. Они прошли в бальный зал, зазвучали аплодисменты. Она спускалась с Дином по лестнице, и Сирена не могла понять, рады ее видеть или нет, но она старалась не переживать. Дин назвал ее своей. Это было важно.

Комната была в белом. Все столы покрывали дорогие белые шелковые скатерти до пола. Бокалы были в белом инее. Разные белые цветы были собраны в искусные букеты, и всю комнату наполнял аромат. Слуги были наряжены в белое, носили подносы с напитками. Комнату словно укрыл снег, и это успокаивало ее.

Они прошли в центр комнаты, где осталось место для королевской семьи. Представили всех его сестер. Тереза и Тифани с их спутниками вошли следующими. Потом — Алиса и Робард. Робард мрачно посмотрел на Дина, а Алиса наслаждалась собой. Она улыбнулась Сирене и помахала, как старой подруге. Она была опасной.

Остальные его сестры прошли в комнату.

Наступила очередь Бриджит, и глашатай кашлянул, паж подбежал к нему. Он посмотрел на записку и кивнул.

— Ее королевское величество королева Кассия Эллисон, Матушка — невеста моря, и король — регент Томас Эллисон, — сообщил мужчина.