— Вот чего нет, того увы. вздохнул я.

— Тогда остальное тебе и бесполезно. Не утащишь. Пошли, переоденешься и на стрельбище, а я пока еще подумаю.

Через полчаса я примкнул магазин и выпустил первую пулю в мишень. И еще, и еще Захватывающе. Но вот с точностью совсем не очень. На сто-сто пятьдесят метров я бил примерно в поясную мишень, с коллиматором чуть лучше. В смысле попадал почти каждым выстрелом в саму мишень не в кружочки! А дальше лучше вообще не переводить зря патроны. Попадал едва каждым третьим выстрелом, и то кое-как. Ну, не стрелок я, что тут скажешь! Тем более из «калашмата» Смотрящий на мои успехи через бинокль безопасник грустно покачал головой:

— Да, ганфайтер из тебя никакой. Оружие тебе Рихард подобрал отличное, но для тебя это не спасение. А из короткоствола ты как? И кстати, почему не купил?

Я пожал плечами:

— Никак. В смысле не лучше. А не купил как-то и не подумал, да и договор, вроде, был на один ствол? А что с пистолетом можно против местных делать? Тут гаубица нужна, против зверья в самый раз, да и против бандюков ваших не меньше, пожалуй.

Маркович хмыкнул:

— Ну, в чем-то ты прав, но пистолет необходим. Мало ли, да и в большинстве городов можно носить и использовать, а вот с автоматами нельзя. Ладно, мне Рихард рассказал, насколько он негров обул, так что на вот, попробуй. «Макарка», конечно, ствол так себе, зато маленький и довольно легкий. Да, кучность никакая, как и дальнобойность, так тебе хоть «маузер» с прикладом вручи, все равно дальше двух десятков метров не попадешь. Так что как ствол скрытого ношения тебе самое то. На, пробуй. он протянул мне матово-черный пистолет, тоже, видимо, из-под очумелых ручек местного оружейника.

Из пистолета я стрелял ожидаемо никак. Десять метров уверенно в поясную (в смысле, в квадрат мишени), пятнадцать ничего, двадцать кое-как, дальше стабильно мимо. К пистолету мне вручили тактическую (задрало это слово!) поясную кобуру, из тех, что взводят пистолет одновременно с извлечением. Вот это была полезная штука, и я сразу же приспособил ее на брючный ремень так, что она была практически незаметна под полой куртки. К пистолету мне добавили еще два магазина, с полсотни патронов и проинформировали, что расчет полный, и на новые халявные полезности я могу больше не рассчитывать. Впрочем, я был благодарен и за это. Безопасник мог и не заниматься моей экипировкой, пусть и на чужие деньги, и даже со скуки. А теперь я был вооружен и даже условно опасен! Николай Маркович с насмешкой посмотрел на мои ужимки при чистке автомата и предложил:

— Ты как, созрел для поездки за вещами? Я так и думал. Тогда вот что бери сумку, иди в гостиницу, а после двенадцати выходи к КПП. Там в сторону Нью-Портсмута выдвигается шлюхобус, конвоя нет, а так ты вместо как бы охраны будешь, туда бесплатно получится. Согласен? До Европы довезут, там автобус еще кого-то подбирает и дальше шурует, а ты обратно поездом, пятьдесят экю. Там и прибарахлишься есть там пара специализированных на недорогом шмотье магазинчиков, и «Цейхгауз» не забудь.

Я думал секунды две, и согласно закивал головой.

Шлюхобус, это было что-то! Действительно, по-другому назвать трудно. Небольшой автомобиль, двухосная база, на радиаторе МАН, вместо кузова будочка вроде кунга, но покомфортабельнее, за рулем нервный типчик сутенерской наружности. Десятка три сидений, из них занято около десятка, и занято такими дэвушками ну, понятно всем. Шалавы ехали «в европу», пусть и местную! Как мне рассказали за обедом Рихард и Николай, перекос в сторону мужского населения на территориях был еще заметен, хоть и практически нивелировался разнообразными азиатками и мулатками — квартеронками. Но не везде, причем в немалой степени выравнивалось положение именно за счет борделей. А далеко не всякий готов ради пары приятных часов переться в Дагомею или хотя-бы Нью-Рино местные «Таиланд» и «Нидерланды»! Вот и присылали время от времени с Земли новый контингент для местных бардаков, которых развозили по всем мало-мальски заметным поселениям… Их отлавливали практически промышленным способом, не спрашивая желания, подбирали тех, кто уже не раз попадал в полицию или не имел близкой родни, усыпляли и сплавляли сюда, где они в большинстве своем занимались тем же делом, что и раньше. Некоторые бросали, но в общей массе не боле двадцати процентов, те, что и там попадали в проститутки каким-то сложным способом за долги там, или еще как. Остальные иной жизни для себя и не представляли, и не желали. Естественно, красавиц и умниц среди этих телок, иначе не скажешь, практически не было, что называется, две извилины секс и деньги, точнее даже секс за деньги, все. Вот и в фургоне сидели именно такие, опытные и затрепанные профуры, при виде которых почему-то приходило в голову определение «профессионалки» с оттенком грусти

Попытка пары-тройки из них вызвать меня на разговор, с откровенным предложением услуг прямо на заднем сиденье «за денюжку небольшую», меня не порадовала, а после того, как я объяснил, что в их услугах пока не нуждаюсь, они и сами перестали мной интересоваться и занялись руганью между собой, общаясь на невообразимой смеси пяти-шести языков с преобладанием русского, английского, западноукраинской «говирки» и чего-то вроде румынского или молдавского. Я же устроился на переднем сиденье, за водителем, положил автомат с одним рожком (остальное оставил в оружейной сумке, на боковом багажнике над головой) на подушку, и, сев так, чтобы можно было его быстро подхватить, любовался видами. Так прошли минут тридцать-сорок, и по идее уже должна была вот-вот появиться база, но наш фургон вдруг заскрипел тормозами и стал. Я высунул голову в окно и увидел небольшой двухдверный джип в камуфляже, с уже примелькавшейся орденской пирамидой на дверце. Возле него с автоматами в руках стояли двое мужиков, в камуфляжных костюмах, с шемахами на головах и рожах. Один как раз опускал повелительно поднятую руку и, взяв на прицел фургон, крикнул:

— Эй, кто естъ в машине, вихади.

Акцент неприятно резанул ухо, но человек при исполнении, хоть и не видно морды, так что придется подчиниться. Я даже не стал брать автомат, полагая, что патруль (а кто еще мог раскатывать с пирамидой на боку?) просто либо что-то хочет спросить, либо вообще перепутал машины. Идиот! Ведь говорили есть бандиты, и не раз говорили но это ж для умного! А мне, дураку, хоть на башке азбукой Морзе при помощи барабанных палочек выстучи не поможет! Тот, что держал меня на прицеле, громко спросил:

— А гдэ оружие?

Я потянулся за оставшимся на сиденье автоматом, но он остановил меня:

— Ясно, не нада, иды сюда.

Я спустился с подножки и сделал два шага вперед. Один переспросил другого:

— Этот? А говорыли мяснык, килэр Баран, мясо для мужчыны! Автомат бросыл, пистолэта не купыл и приказал мне: На колэни!

Я начал понимать, что попал в глубокую дыру, и это никак не патруль, или патруль, но «по вызову», однако долго думать мне не дали с коротким хэком второй врезал мне под дых прикладом. Это было очень больно! И если бы не напяленная на тело прямо под куртку РПС, по ремням которой пришелся удар, я бы скорее всего потерял сознание. А так я только отлетел на метр-два в сторону и свалился в пыль, вызвав гогот у обоих бандитов. Они даже опустили стволы, удерживая их только за рукояти, аж покачиваясь от смеха Я как-то неосознанно, механически такое у меня и на З емле бывало в сложные моменты жизни сунул руку под куртку, сдернул пистолет и, вскинув его на уровень глаз, начал стрелять! Первые пули ударили в говорившего, он почему-то показался мне более опасным, и ему достались первые четыре выстрела. Второй, с расширившимися глазами смотрел на оседающее в пыль тело напарника а с дырами в груди не живут даже Великие Рембы, ну, кроме как в Голливуде и прозевал момент, когда еще мог бы успеть что-то сделать. А когда он с истерическим взвизгом начал поднимать автомат я уже целился в него. Еще четыре выстрела и бандит валится на дорогу, уронив автомат и судорожно сжимая живот руками. Этот был еще жив, когда я поднялся на ноги и побрел к нему, на ходу нашаривая второй магазин в кармане штанов. В этот момент зарычал двигатель, и фургон-шлюховоз сорвался с места, обдав пылью и меня, и обоих бандитов. Я заорал: