Девушка была рада меня видеть и мы даже немного пообщались, но видя, как она сонно щурится, я решила, что зайду к Анет немного позже, чтобы сейчас она смогла поспать. Выйдя из палаты девушки, я направилась к еще одному своему знакомому, чья палата находилась на втором этаже. С удивлением я отметила, что с парня уже сняли часть гипса, который, ранее, покрывал чуть ли не все его тело. Этого знакомого я называла Мелким, но не потому, что он был на год младше меня, а потому, что я просто забыла его имя и считала, что теперь спрашивать об этом будет немного неловко.

– Привет, Мелкий. Скучал? – дверь в палату парня была открытой, поэтому я без стука зашла к нему, весело улыбаясь своему знакомому.

– Клоди? – несмотря на то, что с нашей последней встречи я сильно изменилась, парень сразу меня узнал, хотя бы потому, что, наверное, кроме меня его больше никто не называл «Мелким». Несмотря на то, что ему было лишь семнадцать, его телосложение было очень массивным и жилистым, из-за чего прозвище, которое я ему дала, больше казалось издевкой, но сам парень на меня не обижался. – Рад тебя видеть. Какими судьбами тебя занесло в больницу? Тебя же, кажется, выписали.

– Да вот решила навестить знакомых, - поскольку у него в палате не было кресла, а стул был завален одеждой, я села на край кровати. – Вижу, что тебе уже сняли гипс с ног и руки. Надеюсь, что после того, как тебя выпишут из больницы, ты будешь более осторожен, - я мягко намекнула на безрассудство парня. При нашей первой встрече я узнала, что Мелкий увлекался скейтом, но я даже предположить боялась, как можно было упасть с него, чтобы при этом переломать себе большую часть костей.

– Я всегда осторожен, - парень пожал плечами, а я тихо фыркнула, будто саркастично говоря, что его внешний вид прямо олицетворяет осторожность.

В палате Мелкого я провела достаточно много времени и даже познакомилась с его девушкой Лисет, которая пришла навестить своего парня. Оказалось, что Лисет тоже далеко не маленького роста и была практически на голову выше меня. Зато услышав, как я обращаюсь к ее парню, Лисет задорно засмеялась и еще долгое время подкалывала Мелкого, пообещав, что теперь тоже будет его так называть. Зато, пока Лисет разговаривала с парнем, я наконец-то услышала его имя. Модест. Ему шло это имя и хорошо гармонировало с внешностью.

Модест знал, что я беременна и, оказывается, он раньше рассказывал обо мне Лисет, благодаря чему она тоже была об этом осведомлена. Поэтому, они поставили себе за цель накормить меня всякими вкусностями, а я, опять чувствуя голод, не стала отказываться, при этом, мысленно пообещав себе, что позже, обязательно, тоже принесу Модесту чего-нибудь вкусного.

Когда Лисет ушла, Модест предложил сыграть в шашки и я с удовольствием согласилась, так как любила эту игру, но уже давно в нее не играла. Но, поскольку у меня уже спина затекла сидеть в неудобном положении, Модест немного подвинулся и даже дал мне одну из своих подушек. Сняв босоножки, я с ногами забралась на его кровать и, подложив под спину подушку, стала вместе с парнем раскладывать шашки.

Дверь в палату Модеста, всегда была открыта и до нас часто доносились голоса из коридора, на которые я уже перестала обращать внимания. Но, поскольку парень слишком долго размышлял над очередным своим ходом, я уже стала скучать и, чтобы занять себя чем-нибудь, сначала пробежалась взглядом по его маленькой палате, а потом скользнула им к дверному проему и, как только звук шагов, доносящийся из коридора приблизился, я увидела, Призрка. Парень сидел в коляске, которую катила молоденькая медсестра и, могу предположить, что направлялись они в процедурную, в которой парню обрабатывали раны физ. раствором и перебинтовывали.

– Черт, я, наверное, опять проиграю, - воскликнул Модест громче чем следовало, но именно этот возглас привлек внимание Призрака. Он с хмурой безразличностью посмотрел в сторону палаты Модеста и отвернулся, но потом его голова, вновь резко повернулась в нашу сторону и взгляд его единственного целого глаза остановился на мне. Черты лица вытянулись и бровь взлетела вверх. Я не смогла сдержаться и до того, как Призрак не скрылся из виду, я успела показать ему язык.

Я так и не поняла в какое время Призрака отвозили обратно в палату. Игра пошла в ускоренном темпе и, сосредоточившись на ней, я уже перестала обращать внимания на то, что происходило в коридоре. Я уже не следила за временем и уйти из палаты Модеста меня заставило лишь то, что за окном начало темнеть, а, значит, мне нужно было или уезжать обратно в Париж, или снимать номер в ближайшем отеле. Я склонялась ко второму варианту, так как, из-за позднего времени, добраться до вокзала будет проблематично, да и я все еще хотела поговорить с Призраком, но была решительно настроена перенести эту беседу на утро следующего дня. Вот только, когда я уже попрощалась с Модестом, пообещав, что еще завтра зайду и вышла из его палаты, увидела, что по коридору, очень медленно ковыляет Призрак, облокачиваясь целой рукой о костыль.

Его сосредоточенное лицо слегка исказилось от боли и на лбу виднелось несколько капель пота, но парень все равно шел вперед, с трудом переставляя костыль.

Я уже не злилась на него и даже неприятный осадок, возникший после нашей небольшой ссоры, окончательно испарился, поэтому я спокойно пошла навстречу парню, смотря на него сосредоточенным взглядом.

– Тебе, разве не рано самостоятельно ходить? – поинтересовалась я, когда между нами осталось лишь несколько метров расстояния. Я не знала, куда шел Призрак, но судя по его выражению лица, эти движения давались ему далеко не так просто, как хотелось. Да и от его палаты до этого места слишком большое расстояние, что, несомненно, потребовало не малых усилий с его стороны.