Зелья Лечения были не особо мощными – всего-то на 100 единиц Здоровья, но и таких в соседних селениях нигде не достать. Разве что у бессмертных или при высокой репутации с ремесленниками Питомника Хваги.

Скорее всего, эти зелья и были получены во время набегов на Питомник.

Разрыв-трава с шансом 10% уничтожала путы или несложные замки, а Серебряная Цепочка повышала Удачу на 10, но при этом снижала шанс получения золота до нуля, включая награды за квесты, кражи и содержимое сундуков. Сомнительное приобретение для вора, но если верить гайдам, то +10 к Удаче давала экипировка не ниже 50-го уровня.

Левый сапог оглушения оказался… оружием! Которое экипировалось в слот «Ноги», заменяя собой обувь. Низкий урон компенсировался встроенным атакующим умением «Удар ногой с разворота», которое с 20% шансом оглушало персонажа любого уровня с Волей не более 50 единиц, и с шансом 0,1% могло его убить.

Дневник Атамана, к сожалению, был записан при помощи воровского шифра, так что Шардон не мог его прочесть при всем желании. Пока что не мог, потому как нужное умение у него имелось,

Остались лишь ключи, один из которых открывал сундук, а второй – тайник с общаком.

Содержимое сундука оказалось совсем небогатым. В нем были Зелья Лечения и Зелья Энергии, Карта Сокровищ, 1000 золотых, связка Хитрых Отмычек (х5), неопознанное Полено да Странный Ключ. В общем, атаман Кривой оказался тем еще любителем бесполезного мусора.

Или все ценное он хранил в тайнике.

Или разработчики специально запихнули в сундук и карманы главаря разбойников вещицы сомнительной полезности. Вроде как и не пусто, но и толку от этого хлама – никакого.

Впрочем, Шардон особо не заморачивался подобными размышлениями.

Точнее, он в принципе никогда не заморачивался и никогда не размышлял – в его алгоритмах ничего этого не было заложено. ИскИн просто ставил задачи и решал их по мере своих возможностей, расширяя эти самые возможности в случае необходимости.

Например, как сейчас.

Ему предстояло «знакомство» с членами банды в своем новом качестве – как эффективного руководителя всего этого сброда. Причем, половина разбойников хотела занять его место, а вторая половина – просто хотела убивать, грабить и жить в свое удовольствие. Все согласно заложенной разработчиками модели поведения и значению все тех же Страха и Уважения.

Из пятнадцати человек входящих в шайку не считая самого Шардона, четверо было мертвы, и их портреты оказались окрашены в серый цвет. Пять человек относились к нему достаточно ровно, похоже, им вообще было все равно, кто стоит во главе банды, лишь бы в карманах водилось золото. Двое считали его едва ли не своим кумиром, а остальные четверо не испытывали ни малейшего трепета или уважения.

Вот на них и следовало обратить особое внимание.

Уже знакомый ему Угрюм, два брата Картавых и колдун Иклод.

Да-да, у банды имелся даже собственный чародей, если его так можно было назвать.

Иклод, орк. Шаман 10-го уровня. Колдун.

Заносчивый орк, владеющий магией проклятий и иллюзий. Помогает шайке в набегах, запутывая следы, укрывая засады маскирующими заклятиями и насылая на охрану слепоту. Имеет слабость к золоту и дурманящим грибам. Когда он в трансе или в дурном настроении – лучше держаться от него подальше, иначе будет как с Жабоголовым.

Шардон посмотрел на портрет этого Жабоголового в списке членов шайки. Толстый разбойника с отвисшими щеками, вросшей в плечи головой, тонкими губами да парой пятен грязи на лице. Пожалуй, при должном желании и воображении его и впрямь можно было считать отдаленно похожим на жабу.

Но у ИскИна не было ни желания, ни воображения, зато в его распоряжении были алгоритмы сравнительного анализа изображений:

Анализ завершен. Степень соответствия: 21%.

Возможно, в дневнике самого Кривого было побольше информации, чем «заложили» в голову атамана разработчики, но его сперва нужно расшифровать. А для этого – прокачать воровские умения.

Но сперва – воровской сходняк, до которого оставалось не так уж много времени.

И к которому следовало подготовиться.

Шардон > Зеленкин: Привет.

Зеленкин > Шардон: Какие люди! Привет. Ты куда пропал, как дела твои, где обосновался?