— Какой?

— Ты предпочитаешь спать на левой или на правой половине кровати?

Глава 12

Габриэль

Либерти Белл Джеймс совсем не трудно отыскать. Я просто иду туда, где сейчас Киллиан, так как знаю, что она окажется неподалеку. Сегодня мы на стадионе Шарля-Эрманна в Ницце, Франция — наша остановка на эту неделю — прямо сейчас «Килл-Джон» проводит тут саунд-чек.

Либерти находится посреди зала, удобно устроившись в одном из кресел по центру ряда, по-видимому, играя в Candy Crush на своем телефоне.

Я склоняюсь над сидением перед ней.

— Сегодня утром мне звонили с одного кабельного канала. Они хотят использовать «Зеркальный пруд» в роли стартовой мелодии к одному из шоу в этом сезоне.

Ее щеки покрываются легким румянцем. Этой женщине не по душе успех, но она справляется.

— Это кажется и правда... выгодно.

Безусловно.

— На самом деле, автомобильная компания хочет использовать еще и «Лимонную каплю». Я думаю, мы должны сказать «да» обоим.

— Гм. И подвергнуть себя риску слышать свой голос всякий раз, как включу ТВ? — Она морщится.

Я скрещиваю руки на груди, широко расставив ноги. На это потребуется время.

— Мы поработаем над контрактом, решим, как долго ролик сможет находиться в ротации, чтобы при этом избежать перебора.

— Ты упускаешь суть, Скотти.

— По-моему, это ты упускаешь суть, миссис Джеймс.

— В последний раз предупреждаю: называй меня Либби или Либерти, Скотти.

— Но теперь ты миссис Джеймс. Я выказываю тебе уважение.

Она слегка ударяет меня по руке.

— Твоя формальность убивает меня, мистер Скотт.

— Придерживайся ее, пожалуйста. На этом этапе в твоей карьере она нам пригодится. Рекламные ролики автомобилей использовали множество музыкантов просто потому, что люди слышат песню и хотят купить машину. Разве мне нужно напоминать тебе о Sia?

— А я типа могу тебе запретить, — бормочет она.

— Программа «На шесть футов ниже» сыграли Breathe Me в одном чертовом шоу, и эта песня дала старт программе в США.

Подбородок Либерти морщится в кривой упрямой гримасе, но в ее глазах я вижу капитуляцию.

— Я понимаю, что ты хочешь держать все в тайне, — говорю я. — И это хороший способ добиться желаемого. Никаких выступлений в ток-шоу, медиа-роликов и прочего. Ты просто позволяешь другому большому медиа взять на себя этот функционал вместо тебя.

Я не добавляю, что планирую разработать мини-тур, когда публика начнет жаждать увидеть Либерти вживую. С Либерти нужно двигаться мелкими шажками. Но, несмотря на ее протесты, эта девушка по-настоящему любит сцену. Киллиан отлично это понимает, и потому в этом туре они представят несколько песен вместе.

— Ладно. Ответь им «да».

— Энтузиазм, миссис Джеймс. Именно он делает мой день лучше.

Она смеется.

— Да, спорю на это, — Либерти встает и с минуту смотрит на меня. — А твои ночи? Как они проходят теперь, когда ты обзавелся соседкой?

Хитрое маленькое дерьмо.

Я хочу сказать, что это не ее ума дело. Но теперь думаю о Софи. Как у меня дела? Я просыпаюсь, держа в объятиях округлые формы теплой женщины. В течение дня я чувствую ее запах на своей одежде. У меня почти не осталось личного пространства в автобусе или номере гостиницы, а мне бы хотелось иметь хоть каплю приватности. Я начинаю ненавидеть тишину, потому что она — признак того, что Софи не рядом.

И меня окружает куча вещей Софи. Ее потасканные маленькие кеды. Оборудование для фотоаппаратов. Косметика, расчески, лосьоны и средства для волос.

Мой воротник вдруг стал слишком туго сжимать шею.

— Скажи мне, миссис Джеймс, — говорю я, не думая. — Есть ли причина, по которой вы, женщины, ощущаете потребность постирать свое белье в раковине и повесить сушиться на дверцу душа, словно это какое-то языческое рождественское украшение?

Я был подвергнут этим визуальным пыткам ранее, например, когда шел принимать душ утром и находил разбросанные по ванной кружевной лифчик и тонкие маленькие трусики. Что мне оставалось делать? Снять их? Мне пришлось бы прикоснуться к ним.

Но если я и коснусь трусиков Софи, то они, черт возьми, в этот момент будут на ней. Мой воротник снова сжимает горло.

Либерти смеется.

— Просто прачечные не принимают дорогие лифчики и трусики. Их можно стирать только вручную.

— Но ты же не должна оставлять их на видном месте?

Черт, теперь я точно знаю, какой размер бюстгальтера у Софи. Я всего лишь человек. Я смотрю и вижу. А как иначе? В частности, когда она оставила красивые кружевные белые трусики с красной ленточкой, они всем своим видом показывали, насколько хорошо облегали бы ее тело, даже не находясь на нем.