"Могла не знать, но предусмотреть могла, обязана..." - еще и еще говорила сама себе следователь, меряя шагами больничный коридор. Она решила, что не уйдет отсюда, пока не выяснится точно, что с Маем.

Изредка ее вызывали в кабинет главврача. Это звонил Коршунов или Измайлов. Прокурор был ошеломлен случившимся и, несмотря на свою болезнь, справлялся о ходе операции регулярно.

Наконец из операционной вывезли Соколова с простыней до подбородка. Его обескровленное лицо вытянулось и казалось белее бинтов на голове.

Но, что удивило Ингу Казимировну (и дало надежду), Май, казалось, безмятежно спал - ни мук, ни страдания на лице.

Затем вышел хирург. Гранская хорошо знала его и могла рассчитывать на откровенность.

Они зашли в ординаторскую.

– Ну, что я могу сказать, Инга Казимировна, - начал хирург. Переломы левой руки, ключицы, левой ноги. Это не смертельно, как вы понимаете...

Он замолчал. Гранская напряженно ждала.

– Разрыв селезенки, - продолжил он.
– Это уже посерьезней. Мы зашили... Других повреждений внутренних органов нет. Я, честно говоря, опасался травм черепной коробки. Рентген этого не показал. Ну, а ссадины, ушибы...

Врач махнул рукой - мол, что говорить о таких пустяках, когда есть куда более серьезные вещи.

– Короче, - заключил хирург, - ему еще повезло. На полном ходу, с крыши поезда!..
– он покачал головой.

Инге Казимировне вспомнилось то место, где они нашли Мая. Насыпь с мягким, закругленным откосом, густо заросшим лопухами и бурьяном, а дальше - разрыхленная земля...

Но по тому, как был сосредоточен и задумчив хирург, Инга Казимировна поняла, что дело обстояло не так просто. И спросила напрямик:

– Я бы хотела знать ваше откровенное мнение как хирурга. Поймите, ведь я должна сообщить жене, близким...

– Дорогая Инга Казимировна, - устало произнес врач, - ну не могу я ответить на все вопросы. Хоть вы и следователь. И не потому, что скрываю, а просто не знаю. Иной раз, казалось бы, все учел, все сделал, а что-то все же от твоего внимания ускользнуло. Мы ведь тоже не боги. Подождем дня три-четыре. Они решающие... А родственников лучше ободрить...

...Этот разговор Инга Казимировна передала Измайлову почти дословно, но уже из горотдела внутренних дел.

* * *

Операцией по розыску Марчука руководил лично майор Никулин.

Уже были получены сведения из Южноморска о сбежавшем. Вот эти данные: "Марчук, Григорий Пантелеевич, 1948 года рождения, проживает по адресу: город Южноморск, улица Цветочная, дом 11, квартира 23. Национальность русский. Беспартийный, женат. Работает на южноморской сувенирной фабрике агентом по снабжению. Ранее к судебной ответственности не привлекался, приводов в милицию не имеет. Жена - Марчук Тамара Власовна, 1952 года рождения, проживает по тому же адресу, работает приемщицей в ателье индивидуального пошива No 4. Детей нет".

По просьбе Зорянского ГОВДа за домом Марчука было установлено наблюдение.

– Что вас еще интересует?
– спросил у Гранской Коршунов, когда она ознакомилась с телефонограммой из Южноморска.

– Первое. На каком основании Марчук прибыл в наш город? Отпуск или командировка?

– Хорошо, - записал Юрий Александрович.
– Выясню.

– Второе. Был ли Марчук в Зорянске двадцать третьего июня?

– В день гибели Зубцова?

– Вот именно, - кивнула Гранская.
– Третье. Круг лиц, с кем он тут общался.

Дав инспектору еще несколько заданий, Гранская спросила:

– Что говорят дактилоскописты?

В то время, когда Гранская находилась в больнице, в отделении железнодорожной милиции, откуда сбежал Марчук, побывал эксперт по отпечаткам пальцев. Марчук "наследил" там хорошо. И на столе, и на стуле, и на подоконнике. Были отпечатки его пальцев и на купюрах, изъятых Коршуновым у Зубцовой...

– Результаты будут попозже, - сказал Коршунов.
– Я вам тут же дам знать.

– О здешних родственниках Марчука, у которых он останавливался, наводили справки?

– Да. Фамилия - Разуваевы. Пожилые люди. Живут одни, без детей. Разуваев - брат тещи Марчука...

– Которая якобы при смерти?

– Угу. Живут скромно. Работают в совхозе, в тепличном хозяйстве.

– Вы с ними беседовали?
– спросила Гранская.

– Они были на работе. А подъехать в совхоз не было времени, сами знаете... Вот собираюсь к ним через часок. Думаю, к этому времени застану их дома.

– Знаете что, Юрий Александрович... Давайте сделаем это вместе? Я как раз еду к Соколовым...