Поклонившись в меру необходимости, не менее приятным голосом молодой человек произнес:

— Рад видеть вас, господа, — глядя при этом на Малинара, — какое дело привело вас к нам?

Малинар уже раскрыл рот, но я его опередил:

— Мы хотели бы видеть управляющего.

Все-таки банковские служащие всегда и везде, во все времена одинаковые. Мальчик задрал нос и мерзким тоном выдал:

— Для вызова управляющего нужна очень веская причина.

— Шестьсот золотых — достаточно веская?

— Сколько?! — лицо юноши поплыло в изумлении.

— Шестьсот. И поторопитесь, у меня крайне мало времени.

— Одну минуту, господа, — и молодое дарование исчезло за дверью.

Пока он выметывался, успел заметить, что помещение за дверью является тамбуром с еще одной дверью. Умно. Хватать мальчика в момент открывания двери бесполезно, дальше все заперто.

Минут через пять в приемную вошел… дель Фарго. Только небольшие отличия говорили о том, что это не ювелир. Скорее всего, брат, возможно, что и близнец.

— Добрый день господа, мне доложили, что у вас серьезный вопрос.

— Добрый день, уважаемый дель Фарго. Я имел удовольствие не так давно общаться с вашим родственником.

Вот что значит умный человек. Ему хватило несколько мгновений, чтобы все связать воедино:

— Значит это вы являетесь источником тех потрясений, что обрушились на наш город. Брат мне рассказал о встрече с вами. Что вам угодно? Надеюсь, лично я не мешаю вашим планам?

Было видно, что банкир основательно напрягся и сильно жалеет, что вышел на незащищенную территорию. Хотя у него на груди в магическом зрении видны два сильных защитных накопителя, банкир все же хотел сохранить лицо и не включать защитное поле без нужды.

— Уважаемый дель Фарго, лично к вам у меня нет и не могло быть каких-либо претензий. Наоборот, это я нуждаюсь в вашей помощи и совете.

Банкир несколько озадачился и молча ждал продолжения.

— Будучи человеком с обостренным чувством справедливости, — начал я речь с небольшими завываниями, — узнав о творящихся в городе беззакониях, дал обет Светозарному (да простит меня вышеуказанный товарищ) выжечь скверну каленым железом, освободить бедных тружеников от неправедных поборов, утереть слезы вдовам и сиротам, уничтожить банду Изелая, терзающую плоть наших славных жителей (чего ему еще наплести?)…

Малинар слушал, раскрыв рот.

— И вот, с помощью сил, сокрытых от людского глаза, дарованных мне свыше (в общем-то, так и есть) выполнил я данный обет, взял деньги, неправедно нажитые бандой воров и убийц, по страшному недосмотру живших в доме наместника, и принес сюда, к Вам.

Дель Фарго покачал головой:

— Отлично, браво, вам точно надо в братство последователей Светозарного, они оценят сие действо по достоинству. От меня-то вы что хотите?

— Я хочу внести на счет нашего Великого императора триста золотых, — ответил банкиру уже нормальным голосом.

Настал черед банкира удивляться:

— Куда?

— Я не попугай, господин дель Фарго. Вы все прекрасно слышали. Триста золотых на личный счет императора. Скажите, что это невозможно, и при личной встрече я обязательно расскажу императору, кто лишил его денег, в которых он так нуждается.

Охреневший банкир потер лоб:

— Подождите, господин…

Перед походом в банк я некоторое время размышлял, как будет звучать мое полное имя в этом мире. Первая часть — Гор, это понятно, а вторая? Иванов? Слишком просто. Брать аглицкие или французские приставки, или того хуже, немецкие не хочется. Какое распространенное обращение было во времена моей юности? "Товарищ"! Вот его и возьмем. И получится ТэИванов, а для пущего понта ТэИвАнов.

— Магистр Гор ТэИвАнов.

— Господин ТэИвАнов, по инструкции я не имею права принимать деньги неизвестного происхождения.

— Вам рассказать историю появления этих денег? Со всеми подробностями?

— Не нужно, я догадываюсь, что вы их не в канаве нашли. И все же, поймите меня…

— Я отлично Вас понимаю, господин дель Фарго.

Господин Малинар, пойдемте отсюда, здесь не хотят оказать помощь императору. Подскажите, Сержио, где другое ближайшее отделение, заметьте, Императорского (!) банка?

— Я не говорил этого! — взвизгнул банкир.

— Не говорили, ваша правда. Но иногда поступки говорят сами за себя. Вы вырвали из рук императора триста золотых. Мне придется везти эти деньги через всю империю, подвергая их и себя опасности. А когда буду вручать их лично императору, он обязательно задаст мне простой вопрос: а почему же вы, друг мой, (друг самого императора, на секундочку!) не положили их в МОЙ банк?!

Что мне отвечать?

— Давайте их сюда, — простонал банкир.