Тем временем Лу пошуршала в шкафу и вытащила, я не поверила своим глазам, хрустальный шар. Ну, прямо такой, как те, по которым гадалки предсказывают будущее.

– Ты что, Лу, собралась ему это отдать? Да он его разобьёт через пару минут, ты Ромку не знаешь!

– Ничего с шаром не будет, его совсем не просто разбить, поверь, я проверяла!

Ох, чувствовало моё сердце, что напрасно она это сказала. У Ромки с его манией экспериментирования тут же «зажглись глазки». А его жадные ручонки тряслись, принимая прозрачный шар из рук моей доверчивой подруги.

Пока несносный ребёнок развлекался с хрустальной сферой, я принялась перебирать коробки, подыскивая что-нибудь более подходящее, чем потрёпанные кроссовки. Наконец, нашлась пара прекрасных итальянских босоножек на высокой шпильке, и, восхищённо поцокав языком, я отдала их Лу.

Она нерешительно приняла от меня этот «дар». При этом на её милом личике было написано сомнение. Неужели такая красота ей не понравилась?

– Бери и надевай, что на них смотреть, их носить надо!
– подстегнула я неуверенную подругу и толкнула её на диван к Ромке.

– Что-то они какие-то неустойчивые, - промямлила Лу, застёгивая тоненькие ремешки вокруг лодыжек и встала, сделав несколько шагов. Я со страхом следила за её робкими шажками и только теперь поняла, что Лу, скорее всего, раньше никогда не носила обувь на высоком каблуке. А вдруг упадёт? Но я зря волновалась, через минуту она уже уверенно прохаживалась по комнате, как по подиуму, и улыбалась.

– А ты, Маш, была права. Эти штуки и, правда, красивые и даже, хм, удобные, если медленно ходить. Но вот бегать в них точно не смогу. Так что придётся их снять, - и она снова собралась сесть на диван, чтобы переобуться, но не успела. Раздавшиеся стук о пол чего-то тяжёлого и звон бьющегося стекла остановили её.

Я подскочила от неожиданности и, замерев от ужаса, взвизгнула. Хрустальный шар мелкими осколками разлетелся по всему полу. Ромка без капли сожаления с непонятным мне восторгом любовался произведённым эффектом. И только Лу повела себя спокойно.

– Надо же, он всё-таки разбился, - удивлённо пробормотала она и щёлкнула пальцами. Я даже не успела понять, как это произошло, но хрустальный шар, целый и невредимый, оказался на столе. А подруга присела на край дивана и стала расстёгивать босоножки.

– Не надо, не делай этого, - выпалила я, как только смогла перевести дыхание.

– Что не делать?
– удивилась Лу.

– Не снимай босоножки. Оставь. Они такие красивые, - попыталась я её уговорить.

– Я ж говорю, вдруг бежать придётся! А ты возьми их себе, если они тебе так нравятся, забирай на здоровье, - простодушно рассталась с «неземной красотой» Лу, насильно запихивая коробку мне в руки.

Она уже было собралась натянуть на себя старые кроссовки, но я её опередила, быстро подобрав для неё другие туфли на устойчивом каблуке. Поворчав немного, она со мной согласилась, и я выдохнула с облегчением.

За всей этой суетой мы как-то забыли про Ромку. А он времени не терял. На цыпочках подошёл к столу и, подхватив на руки хрустальный шар, уткнулся в него носом, пытаясь что-то рассмотреть. Боясь, что братец снова уронит и разобьёт ценную вещь, я раскрыла рот, чтобы его остановить, но Лу меня опередила.

– Мальчик, положи шар на место, - обманчиво ласковым голосом сказала Лу, и Ромка мгновенно вернул шар на стол, развернулся и послушно залез на диван. Я с удивлением смотрела, с каким обожанием младший брат не отрывал взгляд от моей подруги. Вот перебежчик, ещё совсем недавно он точно также смотрел на меня! Даже обидно, честное слово...

Я подошла и крепко схватила его за ухо, он тихонечко пискнул, но возмущаться не посмел.

– Ромка! Зачем снова взял шар, одного раза мало, что ли? Итак, чужую вещь разбил, решил повторить этот «подвиг»?

Брат заёрзал, и я отпустила его ухо.

– Маш, твоя подружка тоже волшебница?
– игнорируя мой вопрос, спросил он, - вот здорово, да? А меня так научите? Я буду вам во всём помогать, честное слово!

Сообразив, что мой нахмуренный взгляд и закушенная губа не сулят ему ничего хорошего, Ромка решил сменить тактику и заныл жалобным голосом:

«Маш, я же не нарочно его разбил. Там внутри кто-то появился, и мне стало так страшно, что уронил шар. А потом, когда Лу, - надо было слышать, с каким восхищением произносил он её имя, - починила эту штуку, решил посмотреть, кто там прячется внутри. Вдруг это злой колдун?»

Я застонала от этих бредней, а вот Лу почему-то отнеслась к словам малолетнего дурачка серьёзно. Она взяла шар в руки, вгляделась в него, а потом вдруг рявкнула кому-то так, словно говорила по мобильному.

– Да иду я, иду, не барин, подождёшь немного!
– и дунула на шар, который сразу потемнел, словно в нём отключили электричество. После этого Лу убрала шар в шкаф и, повернувшись ко мне, сказала: «Прости, Маш! Но мне и, правда, пора уходить. Меня кое-кто ждёт, что б он сдох!»