– Есть! Ещё много…. Но воняет уже.

– Ничего! С душком – тоже нормально.

– Кошка протухла! – сказал Вова.

– Выкини её! Только – с обрыва! А то на её запах падальщики налетят! А мне сегодня боксоваться – сил нет!

Вова вытянул из мешка за лапы тушку рыси, понюхал для верности (а чего было нюхать – вонь, как на помойке!), определился, что выкинуть надо, и вышел с ней «на улицу»!

– Маня, как ты насчет секса? – спросил Ефим, ломая о колено хворост.

– Положительно! – не задумываясь, ответила Маня.

– Я так и знал! – Ефим подбросил в огонь.

– А что? – поинтересовалась Маня.

– Да так – просто спросил!

– Нет, серьезно?

– Не искушай, старушка, я в печали!

– Издеваешься?

– Нет, Маша! Не издеваюсь! Я бы тоже не прочь – вот только молода ты больно!

– Другим это нравилось.

– Другие,… – и Ефим промолчал.

– В сырой земле лежат! – за него договорила Машка.

– Я этого не говорил! – заметил Ефим.

– Ты об этом думал.

– Откуда ты знаешь?

– Да-а! Не трудно догадаться.

– Догадливая ты моя…

– Короче, ты секса хочешь?

– Маня, я просто спросил – так сказать, языком болтаю!

– Ну и дурак!

Ефим рассмеялся:

– Терпи до дому, малышка. Немного осталось!

– А что насчет августа?

– Августа?

– Насчет августа ты говорил.

– Я говорил насчет августа?

– Говорил-говорил! Когда мне восемнадцать исполнится…

– Вот в августе и поговорим.

– А сегодня? Нет?

– Сегодня – нет! – Ефим посмотрел на Машу. – Прости, милая.

– Почему? – не унималась Маша.

– По кочану! Подрасти, дочка! Вырастишь – мы с тобой таких дел наворочаем! – пообещал Ефим.

Маша подумала минутку и заявила:

– А с чего ты решил, что я малолетка?

– Так ты же сама сказала! – Ефим сморщил лоб.

– А я наврала! Девушки всегда врут, сколько им лет! Ты же сам говорил, что девушки в «моем возрасте» не думают! А я – думаю! Так может мне не семнадцать? А? Если я наврала – согласишься?

Ефим деланно засмеялся (хорошая идея).

– А чем докажешь? Паспорт есть?

– Откуда? Промежность зато есть! – Маша, чувствовалось, начала шалить!

– И что она мне докажет?

– А всё! Хочешь узнать?

– Хочу! – Ефим криво улыбался.

– Пожалуйста! – Маша скинула одеяло и слегка раздвинула…

– Чего ссоритесь? – Вова вернулся «вовремя»!

Маша мгновенно прикрылась одеялом.

Ефим громко выдохнул через губы, обтер ладонью лицо!

– Да так – об личном разглагольствуем, – сказал он.

– О сексе, что ли?

– Ты угадал! – тут же вставила Машка.

– И чего надумали?

– Машке сколько лет? – спросил Вову Ефим.

– Года двадцать два, – почему-то ответил Володя, хотя он и слышал, что Машка заявляла, что ей семнадцать почти, восемнадцать – в августе будет.

– С чего ты взял? – не понял Ефим.

– А ты на неё посмотри! В семнадцать лет девчонки такие, что ли? Подумай сам: тридцать три, сорок четыре, двадцать два – всё в елочку, и делится на одиннадцать.

Ефим посмотрел на Машку.

– У вас, правда, в бассейне ничего не было?

– В каком бассейне, Ефим? Мы на эту тему уже, по-моему, определились!

– Тогда почему… Маня, тебе, правда, сколько лет?

– Четырнадцать!

– Не пизди! – вырвалось у Ефима.

– А чего тогда спрашиваешь?

Ефим завалился на спину:

– Идите вы…

– Я серьезно, ребята! Давайте отогреемся!

– С двумя? – Ефим поднял брови! (Но кто это заметит в полумраке пещеры?)

– А чего? Каждая девушка об этом мечтает! – Маша, видимо, не шутила. – Вы же тоже мечтаете с двумя… И у вас, я не сомневаюсь, уже это было!

Ефим вспомнил, как у него и с тремя было!

О чём вспомнил Володя – нам не известно.

Но Ефим ещё не верил своим ушам:

– Каждая?

– Конечно! – Маша в отблесках костра казалась прекрасной!

– И потом ты всем будешь рассказывать?

– Конечно! Пусть завидуют!

Костер потрескивал, одежда парила, стены грели, паузу заполнило неловкое молчание… Но гром хрястнул так близко, что…

– Раздевайся! – сказал Володя.

– Я давно раздета! – Маша скинула одеяло.