— Ясно.

Девушка разделась, чувствуя, как ее кожа вспыхнула от смущения, несмотря на холод. Так, ладно, они уже видели ее голой — черт возьми, они целовали чуть ли не всё ее тело — и, тем не менее, остаться нагишом средь бела дня совершенно другое дело. Она тряхнула волосами, чтобы прикрыться.

Джейми явно не испытывала стеснения и без лишних раздумий скинула с себя одежду. Похоже, перевертыши привыкли к наготе. Черт, когда они выходили на охоту, пещера, наверное, была похожа на нудистскую секту.

Жуть.

Алек усмехнулся, заметив ее колебания: — Лучше раздеться перед обращением. Иначе всё треснет по швам, а это дороговато обходится. Хотя порвать вещи тоже хорошо. Они просто спадают, и ты в них не путаешься.

— Если, конечно, они не тянутся, — на лице Калума вспыхнула улыбка. — Когда мы были примерно твоего возраста, Джейми, Алек забыл снять одежду. Вместо того чтобы превратиться обратно, он попытался содрать с себя стрейчевую майку когтями. Думаю, у него навсегда остались шрамы.

Вик хихикнула, а Джейми расхохоталась.

— Спасибо, братец. — Алек закатил глаза. — Само собой разумеется, Мистер Внимательность никогда не забывал сначала раздеться.

Джейми поставила обувь в свою нишу и повернулась: — Я готова к обороту, пап. — Девочка вздернула подбородок, пытаясь выглядеть храброй, но дрожь в голосе выдавала ее нервозность.

— Я тоже, — сказала Вик. По крайней мере, ее голос не дрожал.

Почти.

Калум взглянул на брата, и Вик ощутила покалывание на коже, когда очертания Алека размыло, а затем вместо него появилась массивная пума с мехом, настолько золотистым, что он практически сиял. Его глаза были чуть светлее, совпадая с более светлым мехом на внутренней стороне ушей.

— Боже, ты прекрасен, — невольно произнесла Вик и могла поклясться, кот усмехнулся ее словам.

Он подошел и потерся мордой о ее бедро, заставляя девушку вздрогнуть. Конечно, она знала, что это Алек, но… это был очень большой горный лев.

— Веди себя прилично, брат.

По-кошачьи фыркнув, Алек отошел и уселся возле входа в тоннель.

— Виктория, «дверь» хорошо видна в твоей голове?

— Да.

Сегодня она сияла еще ярче.

— Хорошо. После того, как обратишься, снова найди портал. С другой стороны он выглядит иначе, и ты должна быть готова быстро ступить обратно, если понадобится.

Джейми кивнула: — Страшно, когда не видишь «дверь».

— Верно. Сегодня вы останетесь со мной и Алеком. Мы можем перекинуться пару раз, чтобы объяснить, если есть вопросы. — Калум качнул головой Виктории. — Оборачивайся.

Открыть дверь. Войти в нее. Покалывание охватило кожу девушки с ног до головы. Она потеряла равновесие и завалилась вперед, уставившись на свои собственные пушистые лапы. Круто.

Она принюхалась, и ее захлестнуло чувство принадлежности, что ее поддерживают, любят и никогда не оставят. К сожалению, это чувство развеялось, словно дым на ветру.

Алек мягко подобрался к ней и боднул в плечо. Ветерок донес до нее его запах — кошачий, но очень, очень мужественный. Она вдохнула и обнаружила, что трется об Алека, мордочкой к морде.

Черт, он приятно пахнет. Чистый тестостерон.

Взяв себя в руки, Виктория увидела, что Калум и Джейми обратились. Она даже засмотрелась. У Калума мех был темнее, чем у Алека, почти коричневый, и золотисто-карие глаза. Мех на морде был светлый, и выглядел так, будто его окунули в снег, отчего Вик захотелось улыбнуться.

Джейми крутилась возле отца на своих маленьких лапках, играя с его хвостом, а затем заметила Алека и Вик. Она втиснулась между ними, толкаясь и потираясь о них.

Калум последовал за ней и…

Ооох, Калум пах так же восхитительно, как и Алек. Но по-другому. Его запах был менее… дружелюбным и веселым? Но был богаче? Глубже?

Вик почувствовала, что помахивает хвостом от восторга. Она потерлась мордой о мех Калума и даже лизнула его подбородок, чтобы насладиться им еще больше. Лев положил огромную лапу ей на плечо, удерживая на месте, пока он терся об нее мордой. Когда он закончил, их запахи настолько смешались, что она уже не могла сказать, где чей. И замурлыкала.

Джейми прыгнула к выходу и выбралась наружу, Алек и Калум следом. Когда Вик вышла из пещеры, гора взывала к ней, сила наполнила каждую клетку гибкого тела.

Бежать. Охотиться.

Прежде чем остальные исчезли в лесу, Вик позволила инстинктам взять верх и, бросившись за ними, легко догнала. Человеческий разум отключился, четыре ноги работали даже лучше, чем две, а ощущение ветра, треплющего ее мех, приводило в восторг. Она уловила запах, в кустах что-то зашелестело, и вдруг Вики уже гналась за кроликом. Часть ее кричала: «стой, нет», но оставшаяся часть видела еду.