Я ахнула.

Я: "Я ТВОЯ. ТЫ ПОМЕТИЛ МЕНЯ”.

Пока я ждала следующего ответа, теплая рука погладила мое обнаженное плечо. Я не обернулась. Он не дал мне разрешения. В этом не было необходимости. Его древесный одеколон в сочетании с собственническими прикосновениями сказали мне все, что мне нужно было знать. Я склонила голову набок, когда его губы коснулись моей шеи.

– Да, пометил, – сказал он, и его низкий голос прогремел во мне, как гром. – Ты моя.

– Да, Нокс.

Я уставилась на самого сексуального мужчину, когда он опустился на стул рядом со мной. Серый пиджак подчеркивал его плечи, в то время как накрахмаленная белая рубашка светилась под лампами бара на фоне синего галстука. Мой разум представлял себе другие способы использования его галстука, пока его голос отражался от мягкой музыки, играющей на заднем плане.

– Как тебе мартини?

– Я еще не пробовала.

С понимающей ухмылкой Нокс взял стакан и поднес его к моим губам. Прохладная жидкость была одновременно сладкой и терпкой. Тепло разлилось по языку и вниз по горлу. Другая его рука легла мне на колено.

– Если я подниму руку выше, что я найду?

– Именно то, что вы заказали, мистер Деметрий.

Его ладонь не двинулась вверх, но крепче прижалась, кончики пальцев побелели, когда они впились в кожу моей ноги.

– Я чертовски хочу, чтобы у нас все еще был номер здесь.

– Значит ли это, что вы меня забираете?

– О, принцесса. Я тебя не забираю. Я тебя задерживаю.

Появился бармен.

– Сэр, могу я предложить вам выпить?

Я опустила глаза и провела пальцем по краю бокала, как он и приказал.

– Ты с Айзеком еще что-нибудь планировали, или это все?

– Я не строила больше никаких планов с Айзеком. Я думала, что оставлю остаток вечера тебе… – Я облизнула губы. – …Мистер Деметрий.

Он наклонился ближе.

– Продолжай в том же духе, принцесса. Я становлюсь чертовски твердым каждый раз, когда ты меня так называешь.

Я посмотрела на свои туфли и опустила веки.

– Я снова ослушалась вас.

Он нахмурился.

– Расскажи мне.

– Все дело в туфлях. Это не те, что вы купили к этому наряду.

В его бледно-голубых глазах блеснула угрожающая усмешка.

– Я узнаю эти туфли. Я помню, как видел их на приборной панели автомобиля. Думаю, я оставлю их на тебе, пока буду наказывать.

Я закрыла глаза, моя грудь терлась о тяжелое расшитое бисером платье, когда я выдохнула.

– Как прошел твой первый день на занятиях?

Я поцеловала его в щеку.

– Ты хоть представляешь, как много для меня значит то, что ты спрашиваешь?

– Почему бы мне не спросить?

Я пожала плечами. За все годы, что я росла, я не могла припомнить ни одного случая, когда Алтон спрашивал мою мать о ее дне, если только не было чего-то особенного, что его интересовало. Звонила ли она флористу или делала какую-то другую черную работу, которую он поручал ей на день.

– Лана приготовила для нас ужин, – сказала я. – Или мы можем поесть здесь. Как я уже сказала, остаток ночи на твое усмотрение.

Нокс сделал глоток из своего бокала.

– Уверен, что у них здесь прекрасная еда, но я лучше отвезу тебя домой.

Я сглотнула. Что-то было в его тоне. Теплая дорожка, начатая мартини, теперь пылала пламенем, вызванным его оглушающей подачей и коварным подтекстом. Кровь прилила к щекам, дыхание сбилось.

– Да, мистер Деметрий.

Он достал из зажима несколько купюр и опрокинул в себя остатки виски.

– Ты заплатишь за то, что заставляешь меня чувствовать себя неловко, – произнес он с угрожающей усмешкой.

Я взяла сумочку.

– Надеюсь, что так.

Нокс кивнул Джерреду. Это было обычно, что становится знакомым. Это означало, что Джерред позвонит Айзеку. К тому времени, как мы доберемся до двери под присмотром Джерреда, Айзек уже будет ждать нас в машине.

Когда мы уселись на заднее сиденье седана, я подумала о подарке, который приготовила в квартире для Нокса. Это был мой вибратор. Тот, кто перенес наши вещи в квартиру из "Мандарина", положил их вместе с моими лифчиками и трусиками. После всего, что случилось, Нокс не упоминал о нем с самого первого утра, когда он сказал мне не использовать его. Я и не использовала. Я не могла представить, что он понадобится мне в постели. Однако в то утро, когда он упомянул об этом, он сказал, что у него есть несколько изобретательных идей. Я была готова узнать о них.

Когда Айзек закрыл дверь, а пальцы Нокса украдкой скользнули по внутренней стороне моего бедра, я положила голову на сиденье и подавила стон.

Ожидание было почти болезненным.

– Раздвинь ноги, принцесса.

Я сделала это, благодарная, что он прошептал. Это была машина, а не лимузин. Ничто не отделяло нас от Айзека. Джерред вел другую машину обратно в квартиру. Мой взгляд метнулся к зеркалу заднего вида. Однако, когда Нокс легонько коснулся кончиками пальцев моих складок, мир вокруг нас показался мне несущественным.