Шрифт:
— Все! — облегченно выдохнула старуха — Уснул! Давай, колдуй! Только аккуратно, лишних слов не говори, а то пожалуй еще чего-нибудь натворишь!
— Что надо, то и натворю! — огрызнулся я раздраженно. Уж больно я не люблю, когда на меня так откровенно нажимают, можно даже сказать — наезжают. Она мне никто — не мать, не бабка родная, даже не начальник низшего или высшего уровня! Такая же как я — только знает побольше меня. И знает-то знает, но силенок у нее поменьше, так какого черта строить из себя невесть кого? Это все равно как если бы человек, много знающий о технике поднятия штанги, но не способный поднять даже десятую долю ее веса — рассказывал силачу как лучше взметнуть штангу над головой, да еще и глумился бы над штангистом, всем своим поведением показывая, насколько он его презирает. В общем — я недоволен бабой Нюрой. Пусть нос-то не особенно задирает! Ишь, ведьма… мать ее за ногу! Захочу — я и ее саму заколдую!
Встал возле спящего Кольки, и вдруг задумался: все слова заклятия я обычно говорил вслух, а разве это обязательно? Уверен — совсем не обязательно. Ведь выговаривать слова заклятия можно и про себя! Не вслух! Ведь что такое слова? Это мысли, которые ты хочешь изложить, выпустить в пространство. Слова несут некую информацию, концентрацию того, чего ты хотел донести до объекта. Фактически, в случае с заклятием, слова суть концентрируют посыл, который ты отправляешь в адрес некого объекта. Так вот разве для того, чтобы заклятие свершилось, обязательно нужно сотрясать воздух? Пустить звуковую волну? Уверен, что можно обойтись и мысленным произношением слов!
И сейчас я это все проверю. Это даже замечательно, что мне на жизненном пути попался Колька Капустин, мордатый козел в человеческом обличьи, на котором сейчас можно проверить свои якобы незаурядные способности.
Я зачем-то посмотрел в Колькины глаза и протянул руки, расположив их ладонями вниз прямо над головой больного (почему-то мне показалось, что так будет правильно) и начал «проговаривать» заранее продуманное заклятие:
«<em>Когда ты проснешься, то не сможешь никогда в своей жизни принять ни одного грамма алкоголя. Если алкоголь попадет в твой организм — вольно, или невольно — тебя будет рвать фонтаном, ты испытаешь такую боль во всем теле, что завоешь и закричишь, как если бы тебя жгли раскаленным железом! А еще — ты никогда в жизни не обидишь свою жену Настю и сына Витю. Ты будешь любить их пуще своей жизни, пуще всего, что есть на свете. Будешь их холить, лелеять, будешь заботиться о них так, как если бы они были самым лучшим сокровищем в твоей жизни. Цель твоей жизни — заботиться о твоей семье, о Насте и Вите всеми доступными тебе законными методами. Ты будешь трудиться, заботиться о семье и никогда в жизни больше их не то что не обидишь, ты даже не поднимешь на них своего голоса! И будет мое слово верно — навсегда, и никто не сможет снять это заклятие. А если попытается его снять — пусть ему будет плохо, очень и очень плохо! Да будет так!</em>»
Совсем не все могут говорить мысленно. Чтобы уметь говорить «про себя» — нужно тренироваться, нужно проговаривать свою речь — и не раз, не два, а всю свою осмысленную жизнь. Большинство людей не умеют ни как следует говорить, ни сконцентрировать свою мысль, облекая ее в нужные слова. Я — умею. Высшее техническое образование — это вам не… это! Да и армия приучает к тому, что перед тем, чтобы что-то сказать, нужно вначале подумать, и лучше всего — проговорить свою речь заранее. Ну… чтобы лишнего не сболтнуть.
В общем — свое заклятие я проговорил четко, посыл в него вставил понятный и действенный, а пока говорил — накачивал свое заклятие энергией. Так что когда закончил — меня даже слегка шатнуло, столько силы я заложил в свое «черное» (судя по словам ведьмы) заклятие.
— Все, закончил? — нетерпеливо спросила баба Нюра — у меня даже голова заболела, сколько ты силы выпустил! Разве же так можно? Нужно же дозировать энергию, иначе тебя только на одно-два заклятие в сутки хватит! Сила-то, она накапливаться должна, ты должен ее в себя всосать извне! Ладно если ты находишься на своем месте силы — у себя дома, например, там можно пулять ей сколько влезет, но когда ты в чистом поле и до мест силы тебе как до Москвы раком — думать надо, прежде чем так разбазаривать запасы! Эх, молодежь! Так закончил, или нет?
— Нет! — отрезал я, удивившись, как вдруг подсел мой голос. Сиплый стал голос, даже надтреснутый. Ощущение — будто я полчаса орал на подчиненных, брызгая слюнями и захлебываясь пеной. А ведь ни слова вслух и не сказал!
Бабка покосилась на меня, но ничего не сказала. И я тогда приступил к собственно именно тому колдовству, ради которого и был сюда приглашен.
«<em>Паралич закончился! Ты можешь свободно двигаться, как и раньше! Ты здоров, твои болезни ушли, твои органы работают лучше прежнего! Да будет так!»</em>
Помедлив пару секунд, добавил:
«<em>Проснись</em>!»
Колька заморгал, задвигал глазами. Шумно вздохнул, и медленно, очень медленно сел на край дивана, спустив окорокообразные ноги на пол. Качнулся, потеряв равновесие, вцепился руками в покрывало, упершись в диван позади себя, оттолкнулся, снова сел прямо, разглядывая меня взглядом ошеломленного быка.
— О! А чего тут мент делает? Я ничего такого не сделал!
— А кто на меня напал? Не помнишь? Вот сейчас я тебя и оформлю, чтобы неповадно было! Уголовное дело тебе и пришью! — погрозился я, и оглянулся на бабу Нюру, задумчиво и как-то даже горестно разглядывавшую пространство над Колькой. Что она там увидела? Может призрака? Присмотрелся — неа, нет никакого призрака. Просто — расстроена бабулька. Может тем расстроена, что я так легко снял ее заклятие? Ну так я же колдун, а не какая-то там жалкая ведьма! Хе хе хе…
Мда… как легко я стал привыкать к своему новому статусу, а? И ведь всего пару дней назад я и не помышлял о том, что буду вот так запросто налагать и снимать заклятия! Колдовать, как заправский волшебник!
Даа… Потный Гарри просто-таки отдыхает, с его глупыми волшебными палочками и дурацкой системой волшбы. Именно дурацкой — Роулинг ни черта не продумала, как это так — кто быстрее выкрикнул заклинание, тот и победил. А если заика? И почему надо вообще чего-то выкрикивать? Вот я — сформулировал мысленно то требование, которое предъявляю к объекту колдовства, и все! Получилось!