Лукас поднес микрофон к губам.

— Я оставил носача вне пределов телепатической досягаемости от вас, поскольку пришел сюда, чтобы поймать убийцу. Больше меня никто не интересует. Меня не интересуют никакие другие преступления.

Скрежет разума фермы на минуту затих, потом возобновился.

— Я командир-тактик в должности специалиста отдела безопасности, — продолжал Лукас. — Я занимаюсь только нападениями вражеских агентов и жестокими преступлениями. Если вы не вражеский агент, если не ранили кого-то умышленно, вам нечего бояться. Как только я поймаю вашего убийцу, то уеду и заберу с собой носачей.

Разум фермы оставался оглушительно громким, но рычащие ноты из него исчезли.

— Это помогает, Лукас, — сказала я.

Лукас изучал лица в толпе. Краем глаза он уловил движение. По моллу к нему бежала фигура, чьи длинные волосы развевались на ветру, а левая рука висела на ремне перед курткой.

— Джунипер здесь, — резко проговорила я. — Что она делает, Гидеон?

— Я не знаю. Минуту назад она разговаривала со мной, но вдруг оборвала звонок.

Лукас понятия не имел, зачем пришла Джунипер, но знал, что должен продолжать говорить и смягчать гнев толпы.

— Я не трачу свое время и усилия носачей на дела, не ведущие меня прямо к убийце.

Джунипер добралась до возвышения, прыжком присоединилась к Лукасу и закричала толпе:

— Командир-тактик Лукас говорит правду! Этим людям неважны обычные проступки.

Лукас протянул ей микрофон. Джунипер взяла его правой рукой и поднесла к губам. Но она продолжила кричать, и ее голос звучал страшно громко, похоже, эхом отражаясь от домов.

— Не бойтесь ареста! Этих людей не волнует, если вы воровали фрукты, кидали яйца с краской в камеры слежения или разбивали камнями беспилотники. Я знаю это, поскольку сама занималась подобным. Когда мне в улье лечили руку, один из носачей прочитал мой разум, и меня не арестовали.

— Сейчас разум фермы успокаивается, — заметила я. — Джунипер — одна из них, жертва нападения, и они хотят услышать, что она скажет.

Массен мрачно взглянул на Джунипер.

— Не лезь в это!

Джунипер не отвлекалась от толпы.

— Не надо беспокоиться и о том, что носачи продолжат патрулировать ферму. Они никогда не появлялись здесь, потому что это самые трусливые кроты и дневной свет причиняет боль их пурпурным глазам. Наш адмирал просил улей прислать помощь, поэтому нескольких носачей притащили сюда силой, но они сбегут в свой подземный мир, как только поймают нашего убийцу. Просто взгляните, как жалко прячется носач в укрытии.

— Боевая эскадрилья в воздухе и приближается к морской ферме, — раздался в коммах голос Золотого командира Мелизенды.

Я поразилась, так как думала, что Золотой адмирал Мелизенда вернулась в улей со звеном боевых самолетов 1c7738. Но она, похоже, осталась на береговой патрульной базе. Я понимала, почему командир хотела вести истребители и прикрывать нас с воздуха. В этом деле ошибка суждения могла иметь катастрофические последствия для улья.

— Боевая эскадрилья, не приближайтесь, удерживайте позицию над береговой патрульной базой, — велела Эмили.

— Боевая эскадрилья подтверждает позицию, — ответила Мелизенда.

Джунипер еще говорила с толпой дрожащим от волнения голосом.

— Командир-тактик Лукас прибыл сюда, чтобы поймать человека, убившего Хейзел и Триива. Он здесь, чтобы поймать того, кто повредил мне руку и сломал жизнь. Я хочу ему в этом помочь. Все должны хотеть ему в этом помочь. Все кроме убийцы.

— Заткнись, Джунипер! — завопил Массен. — Люди слушали тебя, потому что ты получила звание лучшей ученицы, а в будущем могла стать великолепным морским капитаном. Больше они не хотят тебя слушать. Ты просто девушка с бесполезной рукой и должна вести себя тихо.

Он агрессивно наставил указательный палец на левую руку Джунипер и шагнул к ней. Адика и Илай мгновенно встали по бокам от Джунипер, защищая, а она вызывающе посмотрела на Массена.

— Почему ты хочешь меня заткнуть, Массен? Почему ты хочешь убрать этих людей? Ты считался лучшим другом Триива. Ты не хочешь, чтобы его убийцу поймали?

Лицо Массена вспыхнуло.

— Да, я хочу чтобы убийцу Триива поймали, но наша служба безопасности, а не носачи. После убийства Хейзел меня отправили в улей как подозреваемого. Носач стоял в комнате прямо передо мной и смотрел багровыми глазами из-под маски. Он просматривал мой разум и отчитывал меня мерзким голосом, говоря, что я невиновен в убийстве, но должен улучшить общее поведение.

Я поразилась. Я могла представить, как Мортон произносит именно эти слова. Он сам оделся носачом, чтобы поговорить с подозреваемыми? Нет, люди в отделе никогда не позволили бы ему пойти на такой риск. Должно быть, кто-то другой надел маску носача и передавал послания Мортона.

— Я не хочу больше так приближаться к носачам, — сказал Массен. — Не хочу, чтобы они когда-либо читали мои мысли. Не хочу видеть, как они разгуливают по ферме, а вооруженные чужаки отдают нам приказы. Мы не можем доверять этим людям.