Его голубые глаза сверкнули, останавливаясь на лице Лэрри Фелана. Фэнтом впился в него взглядом, который высасывал последние жизненные соки из бедного Лэрри.

— Вторым моим визави должен был стать Фелан, и я застал его здесь.

Он кивнул Фелану.

— Ты догадываешься, зачем я приехал? — спросил он.

Лэрри был настроен самым решительным образом и был готов ко всему, но вот разговоры не входили в его планы. Развязка этого противостояния представлялась ему в виде молниеносного поединка со стрельбой. Его нервы попросту не были готовы к иному испытанию. Он открыл рот, собираясь, что-то сказать в ответ, чувствуя, как кровь стынет у него в жилах, как будто он вдохнул полной грудью обжигающий морозный воздух. Он не мог вымолвить ни слова; и больше всего на свете ему хотелось выпить!

— Неужто не знаешь? — удивился Фэнтом. — Ну, Фелан, от тебя я такого никак не ожидал. Я-то думал, что уж ты-то должен догадываться о том, что в столь длительное путешествие я отправился исключительно ради того, чтобы свидеться с тобой и поворковать наедине о том о сем. Так что я прибыл сюда только из-за тебя, тем более, что это по твоей милости мне сейчас приходится носить короткую стрижку!

Он улыбнулся, продолжая буравить Лэрри Фелана пристальным взглядом, и у того снова упало сердце. Больше выносить это издевательство он не мог. Он чувствовал, как душа уходит в пятки, и в голове у него промелькнула мысль, что действовать нужно немедленно, поэтому в ответ он грозно прорычал:

— Ты… Фэнтом… кончай трепаться. Переходи к делу или заткнись!

Этот внезапный вопль заставил вздрогнуть всех собравшихся в баре. Они были потрясены, и в душе каждого затеплилась призрачная надежда, что наконец-то среди них выискался хотя бы один смельчак, отважившийся бросить вызов зарвавшемуся самонадеянному наглецу.

Но Фэнтом, похоже, и не думал хвататься за оружие. Он лишь окинул противника оценивающим взглядом и сказал:

— Я прибыл сюда, чтобы убить Лэрри Фелана, и я непременно убью его — но не сейчас, когда он мертвецки пьян.

С этими словами он не спеша прошел через всю комнату, направляясь к Фелану.

«Сейчас! — мысленно твердил Фелан. — Я убью его сейчас… вот сейчас…!»

Но он не мог пошевелиться. Застыл на месте, оставаясь в таком положении до тех пор, пока затянутая в перчатку рука Фэнтома не выхватила обрез из его онемевших пальцев.

— Ну что, паршивый щенок, похоже, особой смелости выпивка тебе не прибавила; то-то же, так запомни это на будущее. Теперь отправляйся домой и пусть мамаша остудит твою головушку под колодцем. А после возвращайся!

Побледнев и неуверенно держась на ногах, Лэрри Фелан покорно направился к двери.

Это было пострашнее любого самого кровавого убийства, и если все остальные безмолвно наблюдали за откровенным посрамлением своего приятеля — взрослого и бесстрашного мужчины — то это лишь потому, что они были не в силах отвести зачарованные взоры от столь необычного зрелища.

— Эй… ты! — окликнул его Фэнтом. Он протянул руку с обрезом и ткнул его прикладом Фелана в спину. — Забери свое барахло. Авось он тебе ещё пригодится… зайцев стрелять будешь!

Фелан взял оружие и стремительно метнулся к выходу из салуна, спеша поскорее скрыться от глаз всех тех, кто стал свидетелем его бесславного поражения!

Вслед за Феланом из салуна на улицу потянулись и те, кого он угощал. Больше всего на свете им хотелось оказаться подальше от этого проклятого места, поскорее забыть о том ужасе, который им только что пришлось пережить, и, если возможно, как можно быстрее оказаться дома, где можно было бы отвлечься, всецело посвятив себя семейным хлопотам. Как известно, это самое верное средство, для того, чтобы привести в порядок нервы и вновь обрести душевное равновесие. Подумать только, ведь добрая половина этих парней ни в чем не уступала этому наглецу. Вот что значит попасть под влияние толпы.

После того, как салун понемногу опустел, седобородый человек, все это время дожидавшийся на веранде, слышал, как бармен потчевал своего посетителя:

— Вот, выпей еще… это за счет заведения, за мой счет. Это будет покрепче. У меня есть непочатая бутылка «Старого Ворона». Держу пари, лучшей выпивки ты в жизни не пробовал!

— Не суетись, Бертрам, — отвечал спокойный голос Фэнтома. — Я пью лишь для того, чтобы утолить жажду. Виски для этих целей не годится. Вот если бы меня в пути застигла снежная буря, и нужно было бы согреться, то это совсем другое дело. Я же ехал целый день по жаре.

Сказав это, он вышел обратно на веранду и сел рядом с незнакомцем. Вынул из кармана кисет с табаком «Дарэмский Телец», ворох коричневых листочков папиросной бумаги, от которого не торопясь отделил один, и согнув его лодочкой, всыпал щепотку табака.

Держа кисет в правой руке, он зубами затянул шнурок на нем, и к тому времени, как это было проделано, пальцами левой руки ему удалось с поразительной ловкостью разровнять табак на бумаге и свернуть вполне приличную самокрутку.

— Очень удобно, особенно когда едешь верхом, — заметил незнакомец.