В этот момент в дверь замолотили, требуя её скорей открыть. Переместившись к ней, впустил такого не терпеливого гостя. На пороге стоял взъерошенный Лёшка.

— Народ, вы видели?! — с порога закричал он. — Как он их всех сделали, как они их раскатали!

— Тише, тише, не шуми, — попытался я утихомирить парня, — всё мы видели.

— Так чего тут сидите? Нам идти уже пора! — снова чуть не закричал парень.

— Саша, успокойся, — за моей спиной появилась Байсэ, причём уже одетая, — лично мы уже готовы к походу.

— Ну, тогда собираемся внизу, — бросил Сашка через плечо, уже убегая по коридору.

— Вот ведь непоседа, — усмехнувшись, заметил я, — ну что подруга, двинули?

— Как я уже сказала — я готова.

В фойе гостиницы нас ждали Сашка и Лёшка. Александр в нетерпении двинуться в путь, нарезал круги по периметру помещения. Алексей был более сдержанным, но так же показывал желание побыстрей отправиться в дорогу.

— Мальчики, вы чего такие нервные? — спросила Байсэ, заметив метания пацанов.

— Да сколько уже можно, мы уже скоро неделю как бродим по городу, пора бы уже и вернуться! — воскликнул Сашка.

— Ты чего так возбудился, Александр? — недоумённо спросил я. — Ещё вчера ты даже не думал возвращаться обратно в тюрьму, а сегодня тебя как подменили.

— Да вы не понимаете! — взвился Александр. — Там люди сражаются и погибают, а мы тут прохлаждаемся. Не дело так поступать, им нужно помочь!

— Всё, всё, успокойся, — подняв в примирительном жесте руки, произнёс я. — Сейчас все соберёмся и пойдем.

В этот момент в фойе появился Кнут, успевший где-то раздобыть охотничий костюм с брезентовыми вставками на сгибах локтей и коленах, а так же раздобыть новенькие берцы. Подпоясавшись широким кожаным ремнём, он на него повесил свой хлыст, свернув его кольцами.

— О, вы уже собрались, тогда я тоже готов, — вместо приветствия произнёс он.

— Кнут, ну ты крут, — поддел я бывшего московского профессора, — хоть сейчас на картинку.

— Всё бы тебе шутить, — проворчал он в ответ, но по лицу было видно, что он был доволен произведённым эффектом.

— Люди, хватит тормозить, — воскликнул Сашка, — сколько можно сидеть на одном месте?

На улице вечер постепенно вступал в свои права, протянув длинные тени вдоль улицы. Монстры как по мановению волшебной палочки рассосались, исчезнув в неизвестном направлении. Александр в нетерпении убежавший вперёд, вернулся и, пританцовывая от нетерпения, сообщил:

— Впереди пусто, улица чистая, народ давайте быстрей!

— Что ты так возбудился? — с удивлением глядя на Сашку, спросил Кнут. — Успокойся, идём мы уже, идём.

— Тогда я в разведку, — взяв на себя функции авангарда, Александр сайгаком ускакал вперёд.

Некоторое время двигались молча, частенько озираясь по сторонам в поисках опасности. Город без людей угнетал своей тишиной, казалось ещё чуть-чуть и из-за угла вывернет какая-нибудь машина и, протарахтев двигателем, скроется за другим поворотом. И только наши шаги нарушали тишину, установившуюся на улицах города. В какой-то момент, Кнут, нервно тискавший хлыст и вышагивающей за моей спиной догнал меня и, пристроившись сбоку, спросил:

— Тебе ничего не показалось странным в нашем поведении?

— Вроде всё нормально, — пожав плечами, ответил я, — разве что Сашка только какой-то слишком возбуждённый.

— Ага, Сашка как самый яркий пример из всех нас.

— И что? — непонимающе оглянулся я на собеседника.

— А то, что после просмотра фильма мы все дружно вдруг решили, что нам нужно вернуться туда, откуда мы все вышли.

— И на что ты намекаешь?

— Пока ни на что, но есть у меня мысль, что не всё так просто с этим фильмом.

— Подробней можно, а то твои намёки мне не совсем понятны.

— Да, да и мне тоже любопытно, — рядом нарисовалась Байсэ.

— Ага, интересно узнать мысли динозавров, — поддакнул Алексей.

Кнут недобро зыркнул на Лёшку, но не стал с ним связываться.

— Как вы все хорошо знаете, через сообщения можно передавать не только послания, но и образы, звуковые сообщения и даже эмоции. Тот фильм, что мы недавно все просмотрели, нес в себе не только визуальный и аудио ряд, но и эмоциональную составляющую. В некоторые моменты просмотра эмоциональное напряжение ощущалось особенно сильно… — споткнувшись о неровность дороги, Кнут чертыхнулся, восстанавливая равновесие.