— Несмотря на недавнюю потерю памяти вашим клиентом, я могу гарантировать, что у нас достаточно веские основания. Как бы то ни было, если вы, джентльмены, не готовы завершить дело до ночи, — Он протянул Бренту папку, — …я предлагаю ознакомиться с этими показаниями, и мы сможем продолжить сию дискуссию через несколько часов.

У Тони вскипела кровь. Его часами допрашивали по поводу Клэр, их отношений и её исчезновения. И ни разу никто из ФБР не удостоил его ответом о её состоянии или местонахождении. Но злостью ничего не добиться, и он решил попробовать сотрудничество. Хлопнув рукой по столу, он выдохнул.

— Если это поможет вам в поисках Клэр, я остаюсь. Но в очередной раз напоминаю — я не имею ничего общего с её исчезновением. Я хочу, чтобы она нашлась. Целая и невредимая. Если у вас есть информация о её местонахождении, я заслуживаю это знать.

Агент Джексон взглянул на часы.

— Мистер Роулингс, с тем, что вы заслуживаете, мы ещё не определились. Джентльмены, я ожидаю доставку еды. Предлагаю вам использовать это время, чтобы пораскинуть мозгами. В этом деле открылись неожиданные повороты и зигзаги, и я бы хотел получить ответы, когда вернусь.

Тони опустил взгляд на свои руки. Этот человек и всё чёртово ФБР держало его здесь вопреки его воле. Никто не смел ограничивать его передвижения со времён далёкого детства. Это абсурд. Когда агент Джексон выходил из кабинета, он даже и не подумал привстать. Быть вежливым с человеком, державшем его в заложниках, не входило в список его приоритетов.

Его мысли вращались вихрем, пытаясь расшифровать значение задававшихся во время допроса вопросов. Агент Джексон спросил, когда он последний раз видел Клэр. Он спросил, говорил ли он с ней, будучи в Европе. Почему он так резко оборвал свою европейскую поездку? Почему он нанял Клэр телохранителя? Что такого произошло в Калифорнии, после чего Клэр оказалась в госпитале? Показав Тони снимки Клэр с Гарри Болдуином, агент спросил, уверен ли тот в своём отцовстве будущего ребёнка Клэр?

Да, не подоспей Брент вовремя и не встань между ними, эти инсинуации могли довести Тони до ареста за нападение на представителя власти.

Оглянувшись на тускло окрашенные стены, Тони повернул голову и взглянул на своего адвоката и друга. Это была первая возможность поговорить наедине с тех пор, как Брент приехал. Тони прокашлялся.

— Спасибо, что так быстро приехал из Бостона.

Поза Брента стала расслабленней.

— Ты знаешь, это правда — они могут задержать тебя на сорок восемь часов без предъявления обвинения.

— Почему они не дают нам никакой информации о Клэр?

— Полагаю, они хотят сначала выяснить, что ты сам знаешь об этом, — Брент открыл папку. Тони заметил, как лицо Брента побелело, когда он начал просматривать страницы. Несколько минут Тони сидел и изучал выражение лица своего друга. С каждой секундой оно становилось всё твёрже и мрачнее.

Когда напряжение стало невыносимым, он спросил.

— Что?

Брент промолчал. Вместо этого он подошёл к стулу в углу, включил ещё одну лампу и продолжил читать.

— Меня, мать твою, уже тошнит от того, что никто не отвечает на мои вопросы, — пробормотал Тони, шагая по комнате. День был слишком длинным. Он с печалью вспомнил о Софии. Интересно, пришла ли она на ужин в «Инн» в Краун Понте, чтобы увидеть, что её продинамили? Взглянув ещё раз на поглощённого чтением Брента, он плюхнулся опять на металлический стул, опёрся локтями на стол и уронил голову на ладони.

Отчаянно нуждаясь в передышке, он закрыл глаза и попытался отстраниться от тревоги за Клэр. Что значат эти «повороты и зигзаги»? Может, Клэр уже мертва? Нет! Тони отказывался в это верить. Через закрытые веки он не видел темноты небытия. Вместо этого изумрудная зелень заполняла его воображение. Когда он в последний раз её видел? Они спрашивали об этом снова и снова. На записи камер наблюдения он видел её, садящуюся в машину. Но в жизни — он помнил это, как наяву:

Тогда было рано, слишком рано — в то утро, когда он уезжал в Европу. Намного раньше, чем Клэр любила просыпаться. Когда первые лучи солнечного света стали пробиваться сквозь тяжёлые шторы, он уже был готов к отъезду. Клэр крепко спала, но он не хотел уезжать, не поговорив с ней. На самом деле это она просила разбудить её. Но когда он стоял и смотрел на неё, она выглядела такой умиротворённой и довольной. Ему страшно не хотелось прерывать её сон.

Её ритмичное дыхание шевелило упавшие на прекрасное лицо волосы. Не осознавая своих действий, он смахнул пряди с её щёк и увидел за ними слегка раскрытые розовые губы. Не раздумывая, он наклонился и коснулся своими губами её рта. Тепло его поцелуя всколыхнуло её, и она повернула к нему лицо. Хотя её глаза были всё ещё закрыты, её губы ожили, коснувшись его шеи.

Она спросила сонным голосом.

— Ты разбудил меня перед отъездом?

— Ты сама попросила меня об этом.

Её глаза распахнулись от удивления.

— Почему ты так на меня смотришь? Ты сказала, что хочешь, чтобы я тебя разбудил.

— Я знаю. — Она села, не отрывая от него глаз. — Просто я не привыкла к тебе, слушающему меня и делающему, что я скажу.