Я кивнул и поплёлся по дорожке. Для Крысы я сделал всё, что мог. Теперь бы вот ещё спастись самому и уберечь от смерти своих друзей. Сколько в реальности прошло времени? Интуиция мне подсказывает, что совсем немного. Должен успеть предпринять хоть что-нибудь.

Каменная арка быстро приближалась. Сполохи синего огня иногда выстреливали в мою сторону короткими протуберанцами. Жар от них совсем не ощущался. Я вытянул руку и прикоснулся к клубящейся синеве и абсолютно ничего не почувствовал. Следующим шагов я проник под свод арки – и моё сознание куда-то унесло.

Тело пронзала боль: каждый мускул будто горел в огне. Я непроизвольно застонал и с трудом приоткрыл веки, который весили как бетонные плиты. Агата, которая, что-то говорила Чертовке, презрительно кривя губы, удивлённо замерла, расслышав мои негромкие стенания. Я попытался прикинуться дохлым, но ведьма уже поняла, что со мной не так всё однозначно. Она немного приблизилась ко мне и прислушалась. Воздух со свистом покидал мои лёгкие, которые принялись радостно функционировать, наплевав на скрытность. Боль постепенно уходила, а сила возвращалась.

Ведьма потрясенно произнесла:

– Не может быть! Ты же умер! Даже духи покинули тебя!

Сосредоточившись, я проверил её слова. Да, действительно, «Предвестник опасности» и «Святой защитник» исчезли. Значит, я, правда, был мёртв какое-то время.

– Немыслимо! – продолжала ошарашенно восклицать женщина. – Как такое может быть? Если бы ты был под «Вторым шансом», то воскрес бы в храме, но Паша мне ничего не говорил о зелье! Невероятно! Да открой ты глаза! Я знаю, что ты пришёл в себя! Или я сейчас выстрелю в тебя! Дух мне больше не помеха!

Её музыкальный голос почти грохотал под сводами комнаты. Решив дать силе бога получше залатать моё тело, я открыл глаза, чтобы ведьма не претворила свою угрозу в жизнь и не выстрелила в меня. Она ведь сейчас думает, что та звезда на потолке сдерживает меня, но я-то чую, что могу двигать пальцами ног.

Только я открыл рот, чтобы начать лопотать всякую фигню – и тем самым тянуть время, как из меня начала выходить ядовитая зелёная жидкость. Она вытекала из моих губ, стекала по подбородку, а дальше попадала на бронекостюм.

– Как… как… – потрясенно шептала ведьма, не в силах поверить в то, что происходило на её глазах. – Да кто ты такой?! Отвечай!

– Я… тьфу… Макс… – исторг я из своей глотки, выплёвывая яд. – По прозвищу… тьфу… Лис. Ф-у-х… всё кажется. Ох и горькая была хренота.

– Почему ты не умер?! – взвизгнула Агата с обидой глядя на меня; в её руке подрагивал револьвер.

Я скосил глаза и посмотрел на Чертовку и Коса. Они были живы. Парень и девушка глядели на меня так, будто увидели призрака. Я даже не знаю, чего больше было в их взглядах: безумной радости или благоговейного страха.

– Отвечай! – опять провизжала ведьма, больно резанув своим криком по барабанным перепонкам.

– Дьявол не приял мою душу. Говорит: возвращайся, – вкрадчиво сказал я, изобразив безумную ухмылку.

Агата не выдержала. Женщину всю затрясло. Её лицо покрылось смертельной белизной, а палец нажал на спусковой крючок, заставив револьвер выплюнуть пулю. Она попала мне точно в рот, выбив несколько зубов и выйдя чуть ниже затылка. Следующая её пуля разорвала щеку, обнажив десну.

Правую сторону моей головы стала заливать кровь. Она также струилась и между приоткрытых губ. Ведьма больше не стреляла. Она смотрела на меня глубоко шокированными глазами, открыв от потрясения рот.

– А всё, знаешь, почему? – произнёс я окровавленными губами.

– Н-е-е-е-т, – проблеяла женщина, шумно икнув.

– Мне известно одно древнее заклинание: ахалай-махалай, на, сука, получай, – быстро выдохнул я и первый раз в жизни ударил противоположный пол.

Агата как подрубленная упала к моим ногам. Револьвер предательски выскользнул из её ослабевших пальцев, а сознание померкло. Великолепный получился нокаут. Я склонился над ней, взял оружие, а потом посмотрел на Чертовку и Коса.

– Чего вы так на меня уставились, словно покойника увидели?

Тут мой взгляд остановился на трупе Крысы. Настроение сразу же упало ниже плинтуса. А ведь ещё предатель Ботаник… Плечи сами собой ссутулились. Из меня будто кто-то выпустил воздух. Я потрогал пальцами щеку и обнаружил, что кожа срослась. Пощупал языком зубы – двух с левой стороны не хватает, но до Ефрема мне ещё далеко. Заглянул в свои параметры: телосложение увеличилось в десять раз, догнав очки здоровья до отметки превышающий одиннадцать тысяч. Повысилось ещё несколько второстепенных характеристик, связанных с телосложением. Охренеть! Меня, вообще, можно теперь убить? Ну, наверное, да, но для этого надо серьёзно постараться.