Согласно тестам, Волку больше подошло место навигатора, а Гриф занял кресло тактика.

Парни достойно восприняли результаты тестов — ни один из них не пытался ничего оспорить. За время нашего с Эльзой отсутствия они вообще заметно возмужали, аеще каким-то непостижимым образом нарастили мускулатуру.

Наверное, аускомандир в наше отсутствие им совсем продыху не давал.

Единственная, кому распределение не пришлось по душе, — это Эльза. Ох, как она лютовала, когда ее назначили штатным медиком. У нее искры из глаз летели, а истерика протекала просто с мировым масштабом. Она даже до Анта умудрилась добраться, так что ему пришлось приехать в академию, но мужчина ее требованиям не внял. Как приехал, так и уехал, но вернулся снова буквально через несколько дней.

На этот раз причиной раздора стал ифон, которыми в академии курсантам пользоваться было строго-настрого запрещено. Ирадий принес его для меня, чтобы я могла связаться с ним в случае необходимости в дни, когда его нет в КВА. «Алмаз» продолжал патрулировать границы, но меня брать с собой у мужчины уже не получалось — и без того слишком большие нагрузки.

Итогом последней истерики стал новенький ифон, врученный Эльзе в коробочке с бантиком. И вот все бы ничего, но Анта не хватило и на неделю.

Я старалась Ирадия без особой нужды не беспокоить, хотя пару раз и отправляла текстовые сообщения, которые скорее относились к нашим личным взаимоотношениям.

Зато Эльза трезвонила жениху по несколько раз на дню по всяким глупостям. Вот нервы у верглавнокомандующего и не выдержали. Ифоны отобрали у нас обеих.

— Ты уже помогаешь ему, Каролина. Сейчас твоя главная задача — учиться, а через два месяца — захватить еще одну планету, что находится за завесой. Сейчас важно именно это, потому что конфликтов на Земле становится все больше, а власть Анта не то что не укрепляется — стоит на месте.

— Почему? Разве он ничего не делает?

— Делает, но этого мало. Недовольных становится все больше, а усмирять их силой Ант не желает. Он считает, что это скажется не в его пользу. Ты закончила?

— Нет, — снова углубилась я в чтение, но книгу у меня ловко отобрали, а меня саму пересадили к себе на колени, занимая мое же кресло. — Эй, что ты делаешь?

— Хочу получить свои десять поцелуев, — интригующе улыбнулся этот хитрый лис одними уголками губ.

— Признайся, что ты сам придумал это правило.

— Как я мог? Хочешь, я тебе даже наш семейный кодекс покажу. Там черным по белому написано…

К его губам я прижалась сама, чувствуя, как объятия становятся крепче. Мои поцелуи — короткие, отчаянные и неумелые — всегда дезориентировали веркомандира, а я этим нагло пользовалась.

Оторвавшись от его губ, я заглянула Ирадию в глаза.

— И кодекс свой семейный ты тоже придумал сам.

— Знала бы ты, какие обязательные пункты в него хотел добавить Ант…

На этот раз инициатором поцелуя выступил веркомандир.

Учеба — как много скрыто в этом слове.

Со своей командой теперь я виделась только в первую половину дня, в столовой и после отбоя. Все остальное время мы были прикреплены каждый к своему преподавателю.

И вот не сказала бы я, что это плохо. Мне нравилось проводить время с Ирадием, даже если это время протекало согласно скорректированному учебному плану. Мне было комфортно даже просто сидеть рядом с ним в тишине. Так, например, пока я накидывала варианты боя с учетом ограниченного состава команды, мужчина заполнял отчеты по «Алмазу». Увы, как показало время, бюрократию просто невозможно искоренить.

Ночевала я в его комнате редко, хотя Ирадий был бы совершенно не против, если бы я отрубалась за его столом или в его кровати почаще. Что примечательно, теперь усталость не была настолько невыносимой. Нет, временами чувствовалось, что мне требуется отдых, но мои возможности стали гораздо шире.

О чем говорить? Навряд ли раньше я смогла бы пролежать в окопе без движения почти сутки, направив луч снайперской винтовки точно в цель. Нельзя было встать, сесть или пошевелить хоть пальцем, находясь в земле по самую макушку. Нельзя было убрать палец с курка, а иначе бы луч, указывающий на цель в центре мишени, тотчас погас бы. Нельзя было ничего.

Там были только я, окоп, винтовка и центр мишени, которая к тому же через несколько часов неожиданно для меня начала двигаться. Максимальная концентрация и невиданное хладнокровие потребовались для выполнения этого задания. И это учитывая ветер, ливень и грозу, пусть и искусственно созданные.

Впрочем, отведенное время продержалась вся команда. Даже Эльза лежала, сцепив зубы, хотя мы с парнями поспорили на то, что ее не хватит и на полчаса. Слишком привередливой она стала, считая, будто все вокруг ей чем-то обязаны.