Правда, мысли больше не шли.

Что-то цепляло внимание Малефика. Отвлекало.

Рей еще раз скользнул взглядом по незнакомцу. Ведьмак как ведьмак. Самый, что ни на есть, ведьмачий. Тогда Рантиэль посмотрел на волка. Интересный экземпляр, однако, магией людской до ушей набитый. Но для йольфов бесполезный – они от другого силы черпают.

Выбрав ткани, Малефик тонкими пальцами помассировал виски, а после ускакал прочь, бормоча что-то про солнце, которое точно сведет его с ума.

И лишь когда он оказался в прохладной тени своих снятых покоев, то вдруг кое-что сообразил.

Ведьмак-то может и был самый обычный, а вот магией от него весьма необычной разило – той же, что и от волка. Человечьей магией. И в остатке что-то еще ощущалось.

Что-то очень знакомое… нет, быть не может!

Рей прикрыл глаза, постаравшись вспомнить все как можно точнее.

Вот волк этот странный, силой яви под завязку полный, он-то внимание Малефика на себя и сместил. А вот ведьмак – чисто нечисть, но со следом той же магии, что и в волке была заточена. А поверху…

Рей застонал.

Свою собственную силу он хоть спустя сотню, хоть тысячу лет признает. А это была именно его сила. Развеянная.

Как так вышло-то?

Поняв, что его предпочтения весьма специфичны, и отличаются от общепринятых, Рей не сразу, но все ж смирился. И принял самого себя с этим своим грехом, пусть и не до конца.

Только вот огласки всеобщей он ни в коем случае не хотел – во-первых, закон о смесках подобное воспрещал, а во-вторых, знал, что не поймут его многие. Потеряет он тогда свой статус, а это для него что-то, да значило. Но и сдерживать себя, или через силу с йольфи шашни крутить, Рей все же не мог, а потому нашел выход.

Изредка выбирал он себе какую-нибудь далекую деревушку и уезжал туда на сезон. Королю врал, что магию темную изучать уединяется, а сам в деревне выбранной развлекался.

А после, чтоб смесок не плодить, да чтоб никто о его грешках не прознал, деревню он ту сжигал. Целиком, со всеми ее жителями, никого не жалея.

Ведь то, что он человеческими женщинами пользовался, еще не значило, что он их любил, или самих людей за равных высшим считал. Нет, ни в коем случае.

Рей вообще кроме себя никого и не любил. Ну, короля уважал и симпатию к нему испытывал. Можно даже сказать, что дружили они. Маленькой крошкой Ли восхищался – она, пожалуй, единственная из всех эльфиек и йольфи смогла ему почти то же удовольствие, что и человечки доставить. Но все это другое было. Не стал бы он, например, ради короля жизнью жертвовать. Как говорится, его может и жалко, да себя жальче.

Впрочем, было в его коротком списке еще одно исключение, о котором он запретил себе думать.

Рыжая травница, озорная человечка Тасси. Думать-то о ней себе запретил, а имя все равно запомнил.

Повстречал он ее в очередной деревне, почти сотню лет назад.

Как обычно, приехал йольф туда на зиму, чтобы развлечься, пар выпустить. Хотел и дольше задержаться, но король срочно назад позвал – эльфы в атаку перешли, несколько людских королевств отхватить себе ухитрились.

Вот и пришлось Рею возвращаться. Думал по привычке деревню спалить, да посмотрел в синие глаза Тасси, и рука не поднялась. Но и смесок так просто оставить там не мог.

Первый и единственный раз кричала тогда на него Тасси, и первый и единственный раз позволил он это человеку сделать. Необычной она была, эта рыжеволосая. Правда Рей даже и не догадывался, насколько.

Темный Малефик вздохнул. Йольфы живут долго, но помнят далеко не все – не идеальная у них память.

Однако тот вечер с Тасси помнил Рей так, точно это вчера было. Хотел бы забыть, да все равно не мог.

– Пора мне, – просто сказал он ей тогда, – окончился мой отдых.

Она лежала на кровати, закутавшись в теплую медвежью шкуру. Рыжие волосы огнем пылали, глаза синие, точно небо. И белое молоко кожи, нежной, как и ее поцелуи.

– И куда ты? – спросила она недовольно, кажется, не до конца осознав, что Рей хочет уйти навсегда.

– Обратно, – Темный Малефик развел руками, отвел взгляд. – В Закатную империю. Я ведь все же йольф.

– Да вижу, что йольф, – фыркнула Тасси, потерев плечо, где краснели две маленькие аккуратные дырочки.

Люди друг друга пугают тем, что йольфы кровь всю выпить могут – не зря же у них клыки такие длинные. Только йольфам это без надобности, и даже противно. Кому понравится потные крестьянские шеи кусать? Клыками йольфы только во время занятий любовью пользуются, и то, крайне редко, от избытка чувств. Укусила тебя йольфи, значит, понравился ты ей сильно, да удовольствие доставил. А мужчины, так и вовсе, клыки в ход почти никогда не пускают.

Но Тасси Рея цепляла.

– Ну, раз видишь, чего спрашиваешь, – начал раздражаться Малефик.

И без того уезжать не хотелось, а тут еще и разборки.

– А меня здесь, выходит, оставишь? И их всех?

О прочих женщинах йольфа Тасси знала, но ничего ему не говорила. Рей-то и не слишком хотел себе других заводить, но как-то оно само так вышло. Сначала они завелись, а после Тасси к нему пришла. В это время уже девушки на него привязаны были – обаяние высших, оно безотказно действует.