— Жениться? — удивился ректор. Давление разом ослабло и из-за двери послышался приглушённый грохот. Алёна ничего подобного не заметила, поэтому оглянулась в ту сторону немного удивлённо.

— Жениться, — серьёзно кивнул я. — Уже всё решено, с родителями невесты я договорился.

— И кто же тот мастер, о котором ты говоришь? — спросил он.

— Ермолова Таисия, — я придержал за руку Алёну, которая слишком резко развернулась и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Да, помню, талантливая девушка…

Минуты две и ректор, и Алёна сверлили меня взглядами.

— Уверен, что сможешь пройти экзамен? — спросил Геннадий Сергеевич.

— На все сто процентов.

— Тогда в следующий вторник. А в понедельник сдашь экзамен Александру Александровичу, по законодательному праву, касающемуся одарённых, достигших уровня Мастера. Это не всё, — остановил он меня. Право на свободное посещение занятий я тебе даю, но через три года, ты должен сдать выпускные экзамены и получить диплом МИБИ.

— Немного неравнозначный обмен получается. Простите, во всём виновато моё плохое воспитание.

— Слышу в твоём извинении гордость за данный факт, — улыбнулся он и стал серьёзным. — Пока любой студент находится на территории института я, как ректор, обязан обеспечить его безопасность. Если студенты не забывают, что правила поведения нельзя нарушать, — веско добавил он.

— Огромное Вам спасибо, — я склонил голову, вовремя сообразив, что слово «договорились» звучало бы слишком нагло.

— Ступайте, — сказал он. — Поговорите с комендантами общежития о комнатах. Если возникнут вопросы, ссылайтесь на меня. Да, Кузьма, поговори с Горсткиным, он расскажет, как проходит экзамен и что нужно подготовить.

— Спасибо, — ещё раз поблагодарил я вставая. Толкнул локтем в бок Алёну.

— Спасибо, — буркнула она, даже не глядя на ректора.

В коридоре мы обнаружили секретаря, которая пыталась подняться с пола. Сделав удивлённый вид, мы проскочили мимо неё, даже не пытаясь помочь и вышли на улицу.

— Кузя, — Алёна схватила меня за плечи, — ты серьёзно? Хочешь жениться на этой… горилле?

— Не надо обзываться, это некрасиво. И да, я абсолютно серьёзен. В моих планах взять её первой женой.

— Первой? — не поняла Алёна, пребывая в состоянии полного шока от этой новости.

— Глава рода может брать в семью до трёх жён. И на моей памяти никто этим правилом не пренебрегал. Японцы, так вообще.

— Но, первой женой?! — её голос звучал так, словно я её обидел.

— Не спорь с учителем, — применил я крайний аргумент. — Ну что за вид? Такое чувство, что ты сама хотела быть первой. Ничего, будешь второй, — расхохотался я, подумав, что это неплохая шутка.

— Дурак, — Алёна резко развернулась и зашагала в сторону женской общаги.

— Ох, девушки, — покачав головой и пожав плечами, я направился к мужскому корпусу. Сегодня был четверг и до вторника надо было подтянуть законодательное право Российской Империи. Не зря же на этом настаивал Геннадий Сергеевич. Может там было что-то такое, что я упускал из вида?

Не успел я дойти до общаги, как зазвонил телефон. На панели высветилось «Мама».

— Служба доставки пиццы слушает, — быстро сказал я. — Назовите Ваш адрес, и мы доставим её горячей.

— Кузя, ты же знаешь, что с тобой будет, если ты не появишься здесь через полчаса? — прозвучал ласковый голос мамы. Вот как у неё так получается угрожать мягким голосом.

— Я занят, у меня много дел, я тебе потом перезвоню.

— Ты где?

— В МИБИ, иду в общагу. Я с ректором поговорил. Во вторник вечером я официально стану мастером.

— Да? — голос резко стал серьёзным. — Это хорошо. Вот, можешь ведь, когда хочешь. Но это тебя не оправдывает. Мы и так в… неприятном положении, а ещё ты…

— Ничего не знаю, у меня любовь. Говорят, когда любовь, люди глупеют и плохо соображают. Да и когда ты её узнаешь поближе, то тоже полюбишь.

— Стоп! О чём ты?

— А ты о чём?

— Ты где Оксану оставил? И что там про любовь?

— Оксана в надёжных руках. Мама, я тебя люблю. Всё, я побежал мне надо с комендантом общежития поговорить, — я повесил трубку, с облегчением выдохнув. — Пронесло.

Войдя в здание общаги, я направился в кабинет коменданта. Не думал, что застану его днём, но он был на месте. Я постучал в косяк открытой двери.

— Сан-Саныч, разрешите?

— Матчин? Заходи. На занятия почему не ходишь? — он посмотрел на мою ногу, не увидел пластиковый фиксатор.