— Только если немного. В шесть утра я должен быть на утренней зарядке в институте, чтобы все это видели. Кстати, а почему китаец с нами едет?

— У него какие-то личные счёты. Хочет посмотреть. Обещал не мешать.

Я не стал говорить, что этот мистер Ма мутный человек. И второй на моей памяти, кто мог успешно скрывать от меня силу. Но его рекомендовала мама, значит, у неё есть причины ему доверять.

Мы особо не торопились и когда выехали за город на часах показывало половину двенадцатого ночи. Остановились. К небольшому району из двух улиц вела неширокая старая дорога. Всего пара фонарных столбов и непроглядная темнота, словно провал между дорогой и далёким светом окон. Складывалось впечатление, что здесь нет ни поста пропуска, ни охраны. Вроде и столица недалеко, но какая-то глухомань.

— Пойду посмотрю поближе, — сказал я. Василий кивнул, протянул мне чёрную шапку с прорезью для глаз. Спортивная куртка у меня и так была тёмной, так что увидеть не должны.

Слева от дороги проходил небольшой овраг, за которым начинался лес. Туда я ночью не сунусь. Пострадать от острых веток и коряг не боюсь, скорее буду шуметь, как стадо диких кабанов. По оврагу тоже не пройти, там грязи по колено. С другой же стороны — поле с какими-то непонятными буграми, заросшее высокой травой. Пойду по дороге, а там сверну, когда окажусь ближе к домам. Вряд ли в это время здесь проезжает много машин. В крайнем случае нырну в овраг.

Несмотря на холодный лёгкий ветерок и сырость, чувствовался пьянящий запах леса. Время от времени в нём проскальзывали смрадные нотки канализации или отстойников для воды. Бежать было удивительно легко. И если это была клановая территория, то её совершенно не охраняли. Все дома обнесены высокими заборами, вокруг которых даже траву не убирали. Поэтому я изрядно вымок, пока обходил их. И тишина. Вроде и время не такое позднее. Может, половина домов пустует? Никто не держит во дворе собак? Странно. А вот в нужном доме, как и в нескольких соседних, свет горел. Я обходил их не со стороны дороги, а продолжал двигаться за заборами с обратной стороны. Здесь уже слышался звук работающего телевизора, но тихо, приглушённо. Перемахнув через забор, я оказался на заднем дворе, аккурат за штабелем широких досок. Едва не споткнулся о разбросанные кирпичи. До дома метров двадцать. Можно подождать…

Едва я удобно устроился за досками, как в ночи раздался выстрел. Глухой звук ломающейся доски. Стреляли из дома и, похоже, из охотничьего ружья. Развлекаются? Но следом за выстрелом последовал всплеск силы двух мастеров. Один из них настолько мощный, что я ожидал, как дом взлетит на воздух, но не случилось. Первая мысль была о мистере Ма. Ещё один громкий выстрел. Контрольный? В голове быстро замелькали мысли. Что-то подсказывало, что Американец сейчас прыгнет в машину и сбежит. Третий выстрел прозвучал уже со двора перед домом.

Тихо выругавшись, я побежал к дому. Во дворе зажгли уличный фонарь, высветивший большой угловатый джип. Рядом с машиной тело. Я прижался к углу дома. Кто-то очень сильный стоял сейчас в дверях дома и осматривал двор. Наверняка ждёт, что кто-то сунется и угостит свинцом. Минута, две. Присутствие мастера начало удаляться вглубь дома. Зато стали слышны крики от соседнего дома. И почему только сейчас?

Выжав максимум из доспеха духа, выскочил из-за угла и бегом бросился к входной двери. Небольшая прихожая, ведущая в просторный зал. Много света от большой лампы под потолком. Едва я показался в дверном проёме ведущем в комнату, по ушам ударил громкий хлопок выстрела. Особая пуля попала мне в район груди, заставив крутануться и отступить на пару шагов. В ушах зазвенело на высокой ноте.

— Ещё один, — низкий голос, говорящий на английском. Что-то громко щёлкнуло.

Я перевёл взгляд на большую серебристую пулю, упавшую искорёженным кусочком металла на пол. Особо твёрдая и острая, сделанная специально, чтобы убивать одарённых. А резанувшая боль в районе груди говорила, что оружие весьма опасное.

— Заходи, — тот же голос.

Я немного сосредоточился, толкая в проём двери кинетическую броню, как учила Сяочжэй. Ещё выстрел. Пуля даже не завязла, ушла в стену, пробив её насквозь. Ругань на английском. Одним шагом я вновь оказался в проёме, быстро оглядев обстановку, готовый нырнуть обратно. Американец стоял в центре комнаты, облокотившись спиной на массивный обеденный стол. Оружия в руках нет, зато на поясе в кобуре огромный револьвер. Видел такие раньше, калибр 12.7, барабан на пять патронов. Справа от входа в луже крови мужчина в рубашке, лежит лицом вниз.

— А этот мастер пулю не держит, — улыбнулся Американец, скрестил мощные руки на груди. На английском он говорил так, словно картошки в рот набрал и не прожевал. Поза могла показаться расслабленной, но он готов был прыгнуть или вперёд, или отскочить назад, за стол, к окну.

Почему-то уверен, что он почувствовал меня раньше, поэтому не стал выходить из дома. Хотел подраться в тесном помещении? Но это хорошо, что он такой крупный, я буду быстрее и, если повезёт, он меня не достанет. Бросил быстрый взгляд на выход в соседнюю комнату. Там лежало тело второго мастера. И лежало оно как-то неестественно, изломанной куклой.

Бросившись вперёд, я попытался достать его ударом в колено. Это работает почти всегда, сковывает противника, лишает равновесия. Американец оказался неожиданно быстрым. Он подался назад, отталкивая стол и умудрился разбить о меня стул. Я в самый последний момент поднырнул под замах, и он схватил лапищей лишь воздух, где я только что находился. Снизу вверх ударил его в руку, вкладывая всю силу. Попал чуть выше локтя, ломая кость. Не уследил, когда он второй рукой умудрился вцепиться мне в плечо. Между пальцами и тренировочным костюмом осталось не меньше сантиметра, но это не помешало ему применить особую технику. Громкий, почти оглушительный хлопок и меня с силой отбросило в стену. Болью резануло через всю спину, отдав в локоть. Вскочил почти сразу, но успел заметить только как Американец выпрыгнул в окно, выбив раму. Пришлось нырять следом. И только приземляясь я понял, что правая рука не слушается, отчего полетел кубарем. Почувствовав всплеск чужой силы, выжал максимум из доспеха духа. Ничего не произошло, а через секунду я уже стоял на ногах.