Брук подавила смех.

— Подумай об этом в ином ключе, — сказала она, пытаясь не обращать внимания на внезапное беспокойство при упоминании об ускользающем времени. — Может, тебе повезет, и здесь окажется специальный сувенирно-кондитерский магазинчик, прямо рядом с гостиницей, и он будет полностью заполнен большими, красивыми горцами, — она застонала, — большими, обнаженными горцами с огромными… топорами.

Тиффани хихикнула:

— Ага, как же, — она вздохнула с сожалением. — С моим везением, он будет заполнен беззубыми психопатами-мутантами, прямо из ужастика «У холмов есть глаза2».

Брук не могла возразить: Тиффани ужасно не везло с мужчинами.

— Тогда просто возьми свежий шоколадный эклер, если найдешь, хорошо? Пожалуйста-пожалуйста, с вишенкой сверху?

— Посмотрим, — подразнила Тиффани, стараясь, чтобы ее голос звучал по-матерински. — А ты в это время просто оденься и сосредоточься на своей презентации. Подумай о том, что ты будешь делать со всеми дополнительными деньгами, когда Хэллоуэй влюбится в твою презентацию и предложит пост директора по маркетингу.

Брук улыбнулась. Это было бы идеальным результатом. Не то чтобы идея о горячих обнаженных горцах с большими топорами, подающих пирожные, не занимала довольно высокое место в списке…

— О, и еще одно, Тифф…

— Да?

— Принеси свои черные туфли на каблуках, на случай, если мои синие не подойдут к юбке.

Тиффани хихикнула на другом конце.

— Что? — спросила Брук, не понимая в чем причина веселья.

— У тебя IQ больше 140, а ты по-прежнему полагаешься на сексуальные ноги, чтобы получить преимущество.

— Эй, мама не растила дурочек, верно? — как только слова слетели с языка Брук, она пожалела, что произнесла их. Не только потому, что они были неправдой — мама не позаботилась вырастить вообще никого, — но просто потому что мать была темой, которую лучше не затрагивать вообще. И мысли о бессердечной женщине не украдут ее радость или уверенность на этот раз. Не сегодня. Она специально сделала свой голос веселым. — Любое возможное преимущество, верно?

Тиффани прочистила горло:

— Говорю тебе, Брук, тебе это не нужно. Во всяком случае, я надеюсь на это. Скоро приду!

— Хорошо, — ответила Брук, — до скорого.

Она повесила трубку, все еще улыбаясь, а затем сделала глубокий, очищающий вдох. Возможно, ей не очень повезло с семьей, и это не было преуменьшением века — кроме ее драгоценной бабушки Лэйни, фактически, не было ни одного кровного родственника, кто бы любил ее, но ей досталась золотая жила, когда она нашла лучшего друга. И кто знает, может быть, Тиффани была права: ее презентация будет сногсшибательной. Хэллоуэй влюбится в ее идеи, точно так же, как и в сексуальные туфли. И конференция в Лунной долине пройдет без сучка без задоринки.

Брук улыбнулась и энергично потерла полотенцем свои все еще влажные волосы, взлохмачивая густые тяжелые пряди. Если все пойдет хорошо, менее чем через десять часов она будет ехать домой, в Сан-Франциско, с предварительным контрактом в руках и еще более светлым будущим на горизонте. Тиффани была абсолютно права. Что могло пойти не так?

Глава 2

Сальваторе Нистор неторопливо закинул руки за голову, скрестил ноги в лодыжках и утонул в удобном матрасе в своем подземном логове, прокручивая в голове события предыдущей ночи. Он все еще мог ярко видеть в своем сознании женщину, которую использовал… и уничтожил. Все еще мог чувствовать ее страх, и от мысли об этом пах наливался тяжестью даже сейчас.

Она стояла возле своего автомобиля на стоянке продуктового магазина, возясь с ключами, ничего не подозревающая и такая заманчивая. Ее полная грудь поднималась и опадала при каждом вздохе, такая добровольная жертва, просто кричащая: «Возьми меня! Выбери меня!»

И Сальваторе быстро ей угодил.

Одним молниеносным броском он оказался рядом с человеком, схватил за руки, разбросав продукты по земле кучками мусора, и перелетел с ней в уединенное место позади здания.

— Пожалуйста, — прошептала женщина испуганным голосом. Слезы отчаяния катились по ее щекам.

Сальваторе облизнул губы, вспоминая, как он на нее зарычал:

— Пожалуйста — что?

Женщина была так же красива, как и глупа. Но этого следовало ожидать, так как все люди были жалкими по сравнению с вампирами. Сальваторе прижал палец к ее губам и шикнул, заставляя замолчать, глядя на нее глазами, которые, как он знал, светились красным.

— Тихо. Ни слова больше! — скомандовал он. — Не двигайся и не произноси ни слова.