Он задумчиво кивает.

–  «РазаВорлд» со скидкой. Но это не важно, Антон поддержал.

–  Всех спасли?

Он снова кивает.

–  А что с Ольгой?

–  Она с Антоном в палате, - кивает на здание.
– Пусть полиция во всем разбирается. Ищет, ловит, судит. Оля считала меня неадекватным, не знаю… невменяемым. Думала, что я с радостью присоединюсь ко «второму потоку». Вместе с Рен и Реми они развернули новое братство, вот только я им никак не заинтересовался. Тогда они начали искать новых людей. Оля с Ирой давние подруги, оказывается. Ты рассказала Ире о своей боли - о Кристине, а та показала Ольге фотографию. Они думали, что красивая девушка меня заинтересует. Втянули в секту и ее, и Мора, и других геймеров из их тусовки. Сделали Мора главным. Но свести двух затворников было практически невозможно, прошло больше года - и никаких результатов! Тогда они подключили тебя. Твоя роль была познакомить меня с Крис. Вот только, как ни странно, из вас обеих я запал не на геймершу.

–  Потому что ты адекватный.

–  Я убийца, и всегда им останусь. Оля, дед… все считают, что из нас двоих Антон должен жить. Я с ними согласен.

–  Мне все равно кто как считает. Я думаю иначе. Я люблю тебя.

–  С помощью травли они хотели загнать меня в угол, с помощью Крис - подтолкнуть к новой двери. Антону бы пришлось принять подарок.

–  Ненавижу эту суку.

–  Я люблю брата. Отдам ему все, что у меня есть. Но… - он замолчал.

–  Не легкие.

–  Не единственные легкие. Этому безумию пора положить конец. Сейчас прокручиваю в голове… писец. Я думал, что Оля заботилась обо мне: она вечно ругалась, что я курю. Плакала, когда меня избили. Она пришла в ужас, когда твой отец повыбивал мне зубы, боялась, что повредит что-то из… нужных запчастей.

Я крепко обнимаю его. Это ужасно. Просто ужасно.

Через некоторое время мы понимаем, что замерзли, и заходим в здание. Костя отлучается поискать врачей, а я стою возле кофейного автомата. Мимо проходят полицейские, останавливаются около лифта. Через некоторое время они вновь появляются в фойе, но уже в сопровождении хорошо знакомой мне женщины. По-прежнему милой и приятной внешне. С прямой осанкой и застывшим, затравленным взглядом.

–  Вы ничего не докажете, - повторяет она.
– У меня будет лучший адвокат.

Они никак не реагируют, молча ведут ее за руки.

Да, Антон прекрасный человек, наверное, потрясающий муж. А я, разумеется, прекрасно представляю, как сильно можно любить: до безумия и беспамятства, с полной самоотдачей и безграничным самопожертвованием. Мне знакомо, каково это - сходить с ума от страха за своего мужчину. Мне ли не понять готовности рискнуть жизнью ради любимого человека? Да, своей жизнью. Но никак не чужой, Олечка.

Она замирает, заметив меня. А я сжимаю в руке стаканчик с обжигающим кофе, который выплескивается за края, обжигая пальцы и тыльную сторону ладони. Не чувствую боли. Я смотрю на эту тварь, на моего главного врага. Женщину, которая едва не погубила мою бедную сестру и моего героического Костю.

–  Бог наказал меня, - говорит она.

–  Ты сама себя наказала, - отвечаю.

Через несколько минут после того, как ее уводят, появляется Костя.

–  Что с твоей рукой?

И правда, она горит огнем, пылает, вся красная. Мы спешим в туалетную комнату, где я подставляю кисть под поток ледяной воды. И плачу. Плачу, плачу от боли. Какое же счастье, Господи! Ведь этот ожог совсем скоро заживет. Не могу поверить: боль в руке на данный момент - моя главная проблема!

Все позади. Теперь наконец-то все позади.

Полгода спустя

Костя купается в бассейне. Мы сняли виллу в Азии, но на море первое время ходили редко. Сидели в доме, на террасе, у бассейна. Выезжали на мопеде в поселок за едой и фруктами. Не хотелось никого видеть, ни с кем разговаривать. Я ждала эту поездку, как ждут лето после бесконечно долгой изматывающей зимы, но Костя не мог оставить Антона раньше. После тяжелой операции ему предстояла долгая реабилитация, а мой Костя был единственным из всей семьи, кто мог и хотел помочь.

Позади остались долгие месяцы, в которых день ото дня ничего не менялось. Костя заботился о брате, я - о Косте. Также он занимался выходом шестого эпизода «РазаПланетс», параллельно - сделкой с «SSS», заполучившей компанию в лучший ее период, я заботилась о том, чтобы он не пропускал приемы пищи и боролся с накатывающими минутами уныния от всего навалившегося. Созванивалась с Кристиной, проходившей реабилитацию за границей. Родители, наконец, узнали всю правду о ней, понятия не имею, как это восприняли. Я попросила таймаут в общении с ними.

Мы терпеливо делали все от нас зависящее. В итоге борец Антон все же встал на ноги. Неизвестно, что ждет его дальше: десяток лет относительно беззаботной жизни или скорое возвращение болезни. Настроен он, по крайней мере, оптимистично. К тому же у него двое детей, которым нужны родители. Скандалу со «вторым потоком», конечно, остатки денег Разовских не дали ходу так же, как и предыдущему. Но виновников обязательно накажут. Иначе быть не может.

–  Костя, я жду тебя дома!
– кричу у бортика и улыбаюсь, когда он оборачивается. Кивает мне, показывает знак, что скоро подойдет, после чего вновь ныряет. Как только Антону стало лучше, Костя решился и сделал операцию по возвращению слуха. К счастью, все прошло успешно. Самое главное, что он захотел вновь слышать этот мир, слышать меня.