Мою просьбу помочь ему с рудой, он отклонил, сказав, что в глубине леса, где он добывает руду много опасностей, и я еще мал туда соваться. Когда я предложил ему, добывать одно ведро по меньше, что бы затем, оставить его ближе к началу леса, а я уже, буду его забирать, он задумался, сказав, что мама будет явно против, но он подумает.

Это обрадовало, больше металла значит больше проданных гвоздей, а это больше денег. Один гвоздь стоит 2 медных, отец говорил, что в одиночку делал не более пятидесяти гвоздей за день. Но сказал, что можно сделать и больше, просто ему столько не нужно было. Тут я из прошлой жизни вспомнил, что некий Джеймс Лейстон, умудрился за две недели выковать семнадцать тысяч гвоздей, только это было в девятнадцатом веке, и как он это сделал, я не помнил. Гвозди ковавшие отцом были в основном пирамидальные, и в длину не больше двенадцати сантиметров. Начиналось все с того, что отец отливал тонкий прут длиной в метр, а широтой в пол пальца, затем зубилом перерубал его на части, получившуюся заготовку разогревал в горне до красного цвета и начинал, проковывать, заостряя с одной стороны и создавая три грани, а другую сторону загибал клещами и расплющивал, таким образом создавая шляпку, затем опускал в воду и на этом гвоздь был готов. Грани конечно были не идеальны, и гвоздь был не сильно эстетически красив, но и гвозди ковались не для дворян, а в массовом варианте для селян сойдут и такие.

Глядя на работу отца, сказав, что понял принцип работы, и готов преступать, началась работа. Но полностью работу, я не делал, отец давал мне только доковывать, сам же, отлил мне десять прутов а затем порубал их на заготовки. Я же под пристальным присмотром отца, брал щипцами заготовку потом засовывал ее в горн и ждал когда она начнет краснеть, а затем уже нес на наковальню и формировал гвоздь. Делал по 5 гвоздей в день, хотел делать больше, но отец не давал, на мои просьбы о продолжение работы говорил, что я мал и на первых порах и этого хватит.

Это дало мне лишнее время на тренировки, полностью нормально напитать меридианы я не мог, и только и делал, что сливал в них энергию ядра. Результат пока был мал, но я не расстраивался, как говориться — Дорогу осилит идущий и я понимал, что я только в начале пути.

За все десять дней, что я ковал, отец на мои гвозди, смотрел только в начале. Убедившись что они такие какие и должны быть, он занялся своей работой. Я же стараясь предать гвоздям качественный вид, и был полностью сосредоточен работай. Как и в любой монотонной работе, для начала нужно набить руку, за эти пятьдесят гвоздей что сковал, я решил, что рука набита и можно процесс работы усложнять. Отец, выслушав просьбу сказал, что бы для начала принес скованные мной гвозди, а потом он решит, что дальше делать.

Осматривая мои гвозди он то и дело одобрительно хмыкал, говоря что я прям чересчур старался проковывая грани, и что такие гвозди уж точно купят. Когда каждый гвоздь был осмотрен, отец сказал, что я молодец, но без нормальной защиты меня к раскаленному металлу, прям с горна, не допустит, и нужна, нормальная кожаная защита. На вопрос, где мне ее взять, он сказал, что бы я сковал, еще пятьдесят гвоздей и когда через семь дней приедет купец, мы ему их продадим, а за вырученные деньги купим кожу. На что я согласился и принялся за работу.

Отец, смотря, что у меня уже хорошо получается ковка, разрешил мне ковать, на несколько гвоздей больше и к концу срока у меня было уже целых 110 готовых к продаже изделий.

В день приезда купца мой товар был полностью готов к продаже, каждый гвоздь был оттертый от копоти, и для некоего блеска отшкрябан шкрябачкой, затем я смастерил небольшой ящичек, сложив в него ровными рядами гвозди, а сверху закрыв крышку и прибив ее по диагонали двумя гвоздями, завершил приготовление. Отец, глядя на мои приготовления, улыбался, но ничего не сказал, а когда я заканчивал работу, одобрительно хмыкнул.

Когда отец нагрузил свой мешок, молотками и топориками, а я взял свой ящик с гвоздями мы вышли в сторону базара. Я был в предвкушении, ибо это будут почти полностью заработанные мной деньги, которые пойдут на развитие и меня и моей семьи.

Пока шли к рынку, расспрашивал отца, что и сколько стоит. Он сказал, что кожа особенно хорошей выделки, но нам такой и не надо, и сойдет простая. Бычья или свиная, стояла от серебряного за один погонный метр, так что на два погонных метра, мне должно хватить. Жаль, что не сделал больше гвоздей, мог бы что-то еще купить. Из рассказа отца, каждые пять дней, был рынок на котором бывает не так часто, торговали местные, а вот каждые десять дней приезжал торговец, их было несколько и приезжали они по очереди, но всегда вовремя.

Идя, размышлял чего за те семнадцать дней добился своими тренировками. Результат был, ядро стало немного сильнее сиять и уже заметно увеличилось в размерах, размер его был уже в полтора грецких ореха. Увеличение размера я даже и не заметил, так как не входил в медитацию, меридианы, по привычке напитывал до небольшого заряда бодрости в организме. День назад, занявшись медитации, был сильно удивлен. У меня даже надежды не было на столь заметный прогресс, так как были воспоминания мох начальных тренировок. Что являлось фактором такого роста, регулярные тренировки, молодой возраст или может особенности моего организма я не знал, но скорее всего что все вместе.

Рынок не впечатлял, две женщины с овощами, одна женщина с фруктами, какая-то бабка с травами и зельями, мужик с мясом, ну и больше всех выделялся купец, лавка у него была в три раза шире чем у местных, красивее оформлена, увидев его мы к нему сразу и направились.

— Здравствуй уважаемый — поздоровался отец.

— Здравствуйте — повторил я за ним.

— И вам не хворать добрые люди, рад вас видеть возле моей лавки, с чем пожаловали, хотите что-то купить или продать? — Улыбнувшись, сказал купец.