Крес кивнул на сидевшую чуть в стороне дриаду.

– К тому же твои слова четко встали в уже замеченные мною факты. Я все никак не мог врубиться, как на нашей технологической базе смогли создать такую игру. Треп про секретные технологии и прорыв меня не убедил. Видел я эти секреты. Там даже близко ничего похожего нет.

– Военный? – озвучил свою мысль Макс.

– Да. – подтвердил Крес. – В отставке. Закончил службу начштабом танковой дивизии.

– Странно, что тебя сразу ГБ не подмяло.

– Да я просто уже наелся этого дерьма. – скривился бородач. – Вот и ушел в частный сектор. Начинал ведь еще при Союзе. Тогда служба честью была и обязывала ее хранить. Не всех, но большинство. А нынешнее племя…

Крес вздохнул и махнул рукой, всем своим видом показывая, где он видел новую поросль.

– Ладно. Ты выбор сделал. Не будем разводить политес. – Макс поднялся и поправил амуницию. – Собирай своих. Нам еще часа три пилить до пирамиды. И местность там не слишком приятная.

До зиккурата добрались уже на закате. Причем только благодаря навыкам Макса обошлось без приключений. Трижды они обходили скопления мобов и еще два раза пережидали, пока те уйдут с пути.

Крес всецело полагался на проводника, хоть его команда и излучала недовольство. Тем не менее, к вечеру ребята слегка оттаяли. Ведь действительно обошлось без боестолкновений и сохранило отряду силы для основной задачи.

Где-то в километре от зиккурата начались первые проблемы. Сначала эмпатия Макса стала давать сбои. Точнее появилось странное эхо, что затрудняло чтение даже союзников. Эмоции не распространялись радиальными кругами, а словно отражались и разбивались о сам воздух. Что уже говорить о мобах.

Растительность вокруг тоже разительно изменилась. И без того природа Лиадиды выглядела, мягко говоря, болезненно, но тут творилось что-то совсем уж непотребное. Большая часть деревьев размягчалась и уже не могла держать свой вес если диаметр ствола не превышал толщину человеческой ноги. Потому кроны стелились по земле резиновыми шлангами. При этом их ветви шевелились в поисках добычи и сочились неопрятного вида слизью.

Из-за сбоев парень не сразу сообразил, что деревья таким способом не питаются, а включают пойманных существ в свой организм. Этакий жуткий симбиоз. Так он заметил уже знакомого богомола, частично вросшего в ствол. Его фасетчатые глаза вразнобой шевелились, как будто выискивая добычу, но ничего не видели, даже если жертва стояла напротив. Из жвал торчал пучок проросших ветвей, напоминая уродливые щупальца. Обе лапы с жуткими хитиновыми лезвиями бездумно и механически кромсали землю перед мобом.

И между всем этим раскинулись антрацитовые заросли некротического плюща, по твердости не уступающие обсидиану. Лианы, презрев гравитацию, поднимались к небу ажурными конструкциями невероятных форм. Местами плющ прогрызал себе путь сквозь деревья и тогда образовывался совершенно нереальный комок мерзости.

Сами зиккураты не фонили в эмоциональном спектре. А может Макс просто не способен их слышать. Но эта черная глыба с фиолетовым отливом словно стонала от отчаяния и боли. Видимых повреждений как на остальных пирамидах не наблюдалось, однако зиккурат умирал. Уже долго и мучительно, как человек от неоперабельной формы рака.

– Что дальше? – спросил Макс Креса, когда они подобрались до места напротив входа. – Как это работает? Зарядка амулетов.

Макс неуютно чувствовал себя на открытом пространстве, но искать укрытия по местным зарослям ни кому даже в голову не пришло. Наоборот, они подбирались к зиккурату по максимально чистой земле.

– Нужно зайти внутрь. – сдавленным голосом ответил бородач. – Чем ближе к центральной оси и вершине, тем быстрее пойдет аккумуляция.

– И долго ждать?

– Не уверен. – Крес закинул голову и посмотрел на столб фиолетового марева над верхушкой пирамиды. – Час три, наверное. До полной зарядки.

– А полный заряд это сколько?

– Три-четыре сотни открытий-закрытий кармана.

– Черт! Ради такого стоит рискнуть.

– Вот и я о том же. – невесело хмыкнул бородач. – Что сам думаешь? Сюда же нас довел.

– Тут все не так. – поморщился Макс. – От моих навыков много толку не жди. У тебя какой план был?

– Да никакого, по сути. Заходим и держимся сколько сможем. Выжившие подбирают камни павших. Когда станет совсем кисло, остатки сваливают. Это Хаос. Тут нельзя быть в чем-то уверенным.