—Опоздал! — крикнула она, давясь смехом и подпрыгивая от удовольствия.

Восхищение ее ловкостью, смешалось у Деллиана с раздражение от того, что его обошли. Деллиан рассмотрел препятствия, к котором его несло, и постарался рассчитать свою будущую траекторию как можно более точно. Он оттолкнулся и последовал за Йиреллой, готовый отразить предпринятые Ансару попытки перехвата.

Двое попытались. Но хаотично вращающиеся препятствия поставили крест на их попытках. Оба промахнулись, безрезультатно прыгнув за Йиреллой, когда она летела к нижним воротам.

Снова вспыхнул фиолетовый свет.

— Ну конечно, — простонал Деллиан.

Если бы арена продолжит меняться с такой скоростью, им потребуются часы, чтобы выбить последние очки.И он уже устал.

Глядя на траекторию Йиреллы, Деллиан видел, что у нее запланирован только один прыжок от барьера, который доставит её прямо на пол. Затем он увидел, что восьмой номер Ансару бросился на перехват, пытаясь догнать девушку на последних метрах.

А он хорош, с неохотой признал Деллиан, наблюдая, как мунки Восьмого ударяются о препятствие и распадаются, в сложно скоординированном пируэте, передавая игроку большой запас кинетической энергии.

Номер восемь в одиночку вылетел из распавшейся своей когорты, со скоростью, неприятно удивившей Деллиана.

Когда Деллиан отследил траекторию Восьмого, он понял, что парню придется замедлиться, потому что столкновение с любой препятствием с такой скоростью будет болезненным. Вплоть до перелома некоторых костей.

А он не мог замедлиться, потому что поблизости не было препятствий, от которых он мог отскочить или передать импульс. К тому же, по тому как игрок летел, с вытянутыми над головой руками и сжатыми в кулаки руками, было очевидно, что он пошел на этот намеренно, рассчитывая причинить травму Йирелле.

В действиях Восьмерки угадывалась обида на Йиреллу, которая копилась на протяжении всей игры, вспыхивая каждый раз, когда девушка зарабатывала своей команде очко. Которых было шесть, из общего числа очков Иммерле. Это заставляло пылать обиду с удвоенной силой.

Деллиану было понятно, что это уже выходит за пределы игры. Его руки дернулись, кулаки сжались. Мунки мгновенно отреагировали, придав летящей когорте форму пучка. Один из мунков ударился о препятствие, сумев на мгновение ухватиться за край. Этого было достаточно. Скорость вращения препятствия передалась когорте, швырнув вперед Деллиана.

Теперь и он был слишком быстрым.

— Какого… ? — Выдохнула Тиллиана, — Нет! Йи, Йи, осторожней!

Локоть Деллиана врезался в Восьмого, снеся его в сторону от курса Йиреллы. Сила удара ошеломила мальчишку, словно огнем воспламенив его руку. Где-то на краю сознания он слышал, как его мишень кричит от боли и ярости.

Оба они вращались вокруг друг друга, как звезды-близнецы, скованные общей орбитой. Огни арены вспыхнули алым, раздался вой сирены.

Поверхность ударила Деллиана с силой, достаточной, чтоб выбить из него дух.

Должно быть это стена, успел подумать он, соскользнув и ударившись о пол.

Восьмерка приземлился на него сверху.

Кулак ударил по ноге Деллиана. Он толкнул в ответ. Оба кричали без слов, яростным, похожим на рычание криком. Кулаки били. Руки царапали друг друга. Затем Деллиан сжал кулак и ударил его Восьмерку в живот. Мальчик издал вой, полный гнева и боли и тут же ударил головой по лицу Деллиана. Их шлемы смягчали удары, но находящие в состоянии адреналинового шторма мальчишки не замечали этого. Деллиан, вцепившись в противника методично пытался открутить ему голову.

— Немедленно прекрати, — визжали Тиллиана и Элличи ему в уши.

Подоспевшие когорты мунков обоих мальчишек наконец догнали их, прыгнув на борющихся мальчишек. Йирелла кричала. Маленькие пальцы мунков царапали борющихся, пронзительный визг заполнял уши. Деллиан огляделся, его окружали морды злобно скалящиеся мунков. Деллиан ударил ближайшего кулаком и успел ударить еще раз, заставляя их скорчиться и отпрянуть, когда получил удар, заставивший сместиться его шлем, ударив его по носу. Кровь хлынула из ноздрей.

Боли не было, только ярость.

Подняв колено, он ударил всей своей силой, чувствуя, как оно глубоко входит в живот врага. Это случилось в тот момент, когда Саша и тот, другой судья, добежали до них.

Схватив рычащих, пинающих парней они оторвали их друг от друга, останавливая драку, в которой уже участвовали обе когорты обезумивших и рвущих друг друга мунков. Им потребовалось пара минут, чтобы разойтись, чтоб сгруппироваться вокруг своих любимых мастеров.

К тому времени Деллиан уже сидел на полу раскрученной до полной силы арены и держась за нос, пытался остановить пугающе больше количество льющейся из него крови. Номер восемь лежал, свернувшись калачиком и прижимая руки к животу. Темный цвет его лица стал болезненно бледным, словно он задыхался.