Бросив взгляд на полку, на которой, по идее, хранилось нижнее бельё, он заметил, что оставалась только одна чистая пара трусов.

— Дом, почему ты не предупредил меня, что я банкрот?

— Вы сами сказали мне, чтоб я заткнулся, когда я попросил вашего разрешения проверить текущее финансовое состояние. Шесть раз за последние четыре дня.

— О, да, всё верно. Вы должны были сказать мне, что это не дело не терпит отлагательств.

— Я говорил. Кредитная компания выпустила пять установленных законом предупреждений.

— Блять. В следующий раз просто выведи сумму долга на всех экранах жирными красными цифрами. Думаю, что это я замечу.

— Хорошо. Так и сделаю.

Каллум мог бы поклясться, что голос искина звучал осуждающе.

Он нашел свежую рубашку и начал надевать ее. «Есть ли завтрак на кухне?»

— Дом, есть что пожрать?

— Несколько упаковок синтетического бекона. Остальные восемь контейнеров с натуральными пищевыми продуктами в настоящее время необходимо извлечь из холодильника для утилизации, в связи с истечением срока годности. Доставка свежей еды и пива в находится в состоянии ожидания возобновления кредита.

— Спасибо за подробный отчет, мамочка, — проворчал он себе под нос, — лучше просто возобнови поставки.

— Сначала вам нужно будет согласиться на пересчет вашего кредита с банком.

— Правильно. Вот ты этим и займись. В любом случае, скоро подойдет зарплата.

— Поступление вашей заработной платы ожидается через шесть дней.

— Без разницы. Просто возобнови мой кредит, окей?

— Новые условия продления кредита, которые вам предлагают, не выгодны.

— Эй, просто перестань считать чужие деньги. Ты ведь у нас адаптивное самообучающееся программное обеспечение, верно? Так вот — изволь адоптироваться и самообучаться. Мне не нравится, когда я отвлекаюсь на эту чушь, когда я отдыхаю. Вот почему я купил тебя, так что просто ... сделай мою жизнь проще, понятненько?

— Понятненько, хозяин Каллум.

Он едва сдержал рвущийся наружу злобный ответ. Обещанная рекламой «Жизнь без забот» могла бы быть реальной, если бы он купил систему с тьюрингом пятого поколения. Они были намного умнее — они бы поняли все нюансы, догадавшись что он хочет и избавив от необходимости разжевывать любое указание. Но Искин пятого поколения находился далеко за пределами его текущего бюджета.

Хотя может быть, когда я получу повышение по службе ...

Каллум натянул брюки. Чистых носков не было. «Черт побери!» Он вытащил относительно чистую пару из кучи грязного белья. В его кроссовках все еще пересыпался пляжный песок — он нежно ухмыльнулся, завязывая их.

Рядом с будильником лежал мобильник со всеми его электронными контактами и его очки дополненной реальности. Он выбрал очки. Этим утром он был не в настроении запихивать в глаза контактные линзы.

Как же я по ней скучаю…

Наконец он надел свой умный браслет, полоску пластика шириной три сантиметра, которая могла казаться выполненной из черного обсидиана, если бы была такой гибкой. Стоило браслету проскользнуть через ладонь, как он сжался до размеров запястья, плотно обхватив тело. Браслет проверил биометрические данные, чтобы удостоверить его личность, и сразу же связался с его подкожными чипами через сеть. Аккуратный столбец данных всплыл с левой стороны его поля зрения.

Каллум не стал читать их. То, что браслет работал, само по себе успокаивало. Он снова был частью большого и шумного мира.

— Привет, Аполлон, как делишки?

— Доброе утро, Кэл, — ответила электронный ассистент через звуковой чип, находящийся в его ухе. Каждый ассистент имел свой собственный идентификатор, а поскольку Каллум был одержим лунной миссией Аполлона, когда был подростком, одержим вплоть до создания летающих моделей Сатурна V, происхождение имени было очевидным.

— Соединение с сетью периферийных устройств установлено, — сообщил Аполлон, — Уровень сахара в крови неудовлетворительный.

— И тебе доброго утречка, приятель. Лучше за Домом следил бы так настойчиво. Я хочу знать, когда мой кредит восстановится.

Кэл чуть было не поблагодарил Дом, но какая-то глубокая луддитская часть его сознания отказалась признать искин третьего уровня полноценной личностью.

Практически, как и все мясо в наши дни, бекон был искусственным, со сроком годности, истекающим через 18 месяцев. Он бросил пару полосок на сковородку. Каллуму не нужно было заниматься обжариванием тостов — весь имеющийся в наличии хлеб был заплесневелым. Так что о сэндвиче придется забыть.

Оставалось одно яйцо, натуральное. Возможно даже относительно свежее — по крайней мере, у него не заслезились глаза, когда он, расколов яйцо о край сковородки, осторожно понюхал содержимое. А это, по уверениям его бабушки, было вернейшим способом определить, не стухло ли яйцо.

Дальше в списке следовал черный кофе. Кэл сунул капсулу в крохотную хромированную кофемашину с функцией баристы и подождал, пока сквозь кофе пронесутся обжигающе горячие потоки пара.

— Какие снаружи новости? — спросил он Аполлона.