Вульф сказал:

— Я думаю, нам надо сделать вот как: вся наша дружина начинает путь на север к Хёггомланду. Когда со всеми турсами в Мидгарте будет покончено, дружина начнет переправляться в Асгарт. Не важно вернусь я к тому времени или нет, дружина должна быть в Асгарте, чтобы выступить вместе с богами против великанов. Надеюсь, я успею вернуться.

Хельги пожал плечами, а потом сказал:

— Такое возможно, хотя я и сомневаюсь. Но что бы там не было, я отравляюсь с тобой. Я думаю, тебе моя помощь пригодится.

— Спасибо тебе, Хельги, — сказал Вульф. — Вдвоем у нас шансов чуть больше.

— Втроем, — поправил его колдун.

— Втроем? — не понял Вульф, а потом догадался и засмеялся, — Ну конечно, глупо предполагать, что Сигрун упустит возможность сразиться с драконом.

— Нам не помешал бы опытный лучник, — сказал Хельги, — Жаль, что Альфир уже отправился домой.

— Не беда, найдем стрелка среди наших. Я слышал, хундинги неплохо умеют обращаться с луком и стрелами.

— Я возьму с собой еще пару колдунов, а точнее колдуний. Ауд смогла бы мне неплохо подсобить. Она лучшая среди владеющих защитными чарами. А Вингборг великолепно умеет залечивать раны с помощью рун и заклинаний. Однажды она за считанные мгновения излечила человека со смертельной раной в груди!

— Ну, с такой командой мы можем рассчитывать на победу.

— Я бы взял людей побольше, — с сожалением в голосе произнес Хельги, — да вот только много сил уйдет на дорогу. Ведь к Килю нас перенесут руны, а значит, потом придется долго восстанавливаться. Хочу сохранить как можно больше сил к тому времени, как мы встретим дракона.

— А почему бы тебе не взять Кровь Квасира с собой? — предложил Вульф.

— Крови осталось совсем немного, — ответил Хельги, — Но все же я возьму с собой несколько капель. Они нам пригодятся при битве с Ниддхёггом. Остальное следует приберечь для решающего сражения с Трюмом.

— Делай, как знаешь.

— Когда мы должны отправляться в путь?

— Как только будем готовы.

Сказав так, Вульф покинул чертог колдуна и отправился на главную площадь, чтобы созвать своих тысячников и оповестить их о перемене в планах. Все, разумеется, были очень удивлены, а некоторые даже разочарованы такой переменой. Но потом они поняли, что иного выхода не оставалось. Сигрун, напротив, была обрадована таким поворотом событий, как и ожидал Вульф, и заявила, что больше не желает быть тысячником, а собирается идти вместе с Вульфом и Хельги. Вульф без раздумий согласился, чем немного сбил ее с толку, так как она очевидно рассчитывала, что ее супруг станет возражать.

Чуть спустя, Вульф разыскал Хариманна хундинга и велел ему найти среди своих людей самого лучшего лучника. Хариманн, не задумываясь, назвал имя Бранда, сказав, что тот с самого детства стреляет из лука и у себя на родине в северном Ютланде он не раз попадал лосю в глаз с расстояния двухсот шагов и даже больше. Вульф похвалил его умения и попросил привести этого Бранда.

Бранд оказался человеком невысокого роста, с каштановыми волосами, заплетенными в две косы и того же цвета бородой, которая была совершенно неухожена и выглядела, как борода бродяги. С ним пришел юноша по имени Хрёдель, который оказался его братом. Он был немного повыше Бранда, его волосы были также заплетены в две косы, а редкая щетина покрывала молодое лицо. Бранд заявил, что Хрёдель пойдет с ним, потому что они никогда не расстаются и к тому же Хрёдель умеет стрелять из лука не хуже него самого. Вульф вопросительно посмотрел на Хельги, который, немного поразмыслив, кивнул и Вульф согласился.

Затем Хельги ушел и вскоре вернулся с двумя женщинами. Вульф узнал одну из них — колдунью Ауд. Она была в черном плаще, а откинутый за спину капюшон открывал длинные светлые волосы и бледную кожу лица. В правой руке она держала дубовый посох. Вторая женщина видимо была Вингборг. Ее белоснежный наряд выдавал в ней жрицу, а висевший на груди медальон в виде фаллоса указывал, что служила она богу Ингвазу. На ее висках была заметна первая седина, а рыжеватые волосы были стянуты в узел на затылке и прикрыты белым с красной каймой платком, края которого ложились ей на плечи. В ее руках также был дубовый посох.

Вульф сказал Хигелаку, что тот опять остается за главного в дружине и ему придется вести ее на север в Хёггомланд. Вульф также сказал, что он и Хельги и остальные постараются поспеть к началу битвы. Если же они не успеют, то Хигелаку следует действовать по плану. Обсудив еще кое-какие детали, Хигелак попрощался с братом и всеми, кто отправлялся к северо-западным горам, и зашагал в сторону ожидающих его воинов. Вульф пошел с ним, чтобы пожелать счастливого пути своим витязям и сказать, что он постарается присоединиться к ним к началу сражения. Многие из воинов уже знали о происшедших изменениях и сожалели о том, что с ними не будет их ирмин-конунга.

И вот, пятьдесят сотен человек, подняв знамена со знаком Молота над головой, двинулись в путь к холмистому Хёггомланду, навстречу ордам злобных турсов. Утро выдалось ясное, и взошедшее солнце осветило бесконечную вереницу воинов, движущихся кто пешим, кто верхом, на север. Многие из витязей мысленно вознесли хвалу Отцу Побед за посланный им добрый знак, увидев в голубом небе двух черных воронов, что реяли над их головами и громко каркали, словно желая им удачи в предстоящих сражениях.