В этот судьбоносный момент, секунда в секунду, в кабинет вошел капитан-ракетчик, начкар нового караула.

Сдавали наряд мучительно долго и тяжело. Стратеги из ракетного училища глумились на полную катушку. Мы перемыли караулку несколько раз. Подмели внутренний двор и перекрасили разметку номеров камер внутри гауптвахты.

Экзекуция продолжалась долго, но привезли ужин для нового состава караула. Демонстративно балдеющий от безнаказанной возможности поиздеваться над «летунами», капитан-ракетчик, был везде и всюду. Он совал свой нос в каждую дырку и тыкал туда же носом нашего лейтенанта. Зайчика уже мелко трясло, его нервы были на пределе. Когда солнце скрылось за горизонтом, а на ночном небосводе зажглись яркие звезды, «вражеский» капитан изрядно устал и наконец смилостивился.

– Жалею я вас. По-хорошему надо бы до утра здесь оставить. Подкрасить кое-где, отмыть получше. Да ладно. Добрый я. Моим орлам ужинать пора, а вам еще до училища пилить час-полтора, не меньше. Живете где-то за городом, словно на хуторе. Хрен с тобой, летеха, будешь должен. Лети отсюда, пока я не передумал.

И капитан поставил долгожданную роспись в журнале приема-сдачи караула. Ах, дурачок, дурачок! Он так увлекся процессом тотального унижения ненавистных авиаторов, что пропустил самое главное. Документацию поста, согласно описи, он, естественно, принял. А вот опись имущества поста не посмотрел, наивно полагая, что стол, стулья, топчан, лампа и телефоны никуда не денутся. И точно, они никуда не делись. Но в описи появился маленький пунктик о наручниках и ключе к ним. Совсем недавно сей пунктик появился. От руки вписанный. Шариковой ручкой фиолетового цвета.

Только-только наручники в моду входить стали. Перестройка в стране, однако. Ускорение, куда не глянь. Все так ускорились, что наручники срочно понадобились особо ускорившихся граждан приковывать, чтоб не так быстро ускорялись.

В стране победившего социализма наручники – игрушка редкая, модная, заграничная, на валюту, наверно, купленная. Мало еще наручников. Мало. Свои заводы на их производство не перепрофилировали. Потому как надобности в наручниках раньше не было. А перестройка началась, так и наручники сразу понадобились. Странная закономерность, не находите?!

Получив заветную подпись, лейтенант Зайчик продублировал ее контрольным звонком в комендатуру с докладом о произведенном приеме-передаче караула.

Уф, мы получили долгожданную возможность покинуть негостеприимные стены гауптвахты в не менее мерзкой комендатуре. Но уйти мы должны красиво.

– Караул, к машине!

Лейтенант Зайчик проверил, чтобы все до единого представители доблестных ВВС удобно разместились в кузове училищного «Урала». Убедившись что оружие и патроны в наличии, офицер назначил старших по левому и правому борту кузова машины (положено по Уставу) и сел в кабину. Перед тем как закрыть дверь и скомандовать водителю: «Домой, на базу!», он вежливо напомнил капитану-ракетчику о наличии маленького довеска к военному имуществу гарнизонного караула, который лежит в самом нижнем ящике письменного стола. Мило улыбнувшись, Зайчик вскинул правую руку в щеголеватом воинском приветствии.

– Честь имею! Счастливо оставаться!

– Наручники?! Постойте, но я же их еще не проверил!

– Твои проблемы, капитан! Подпись стоит, доклад в комендатуру о смене наряда прошел. Желаю удачи в службе и счастья в личной жизни! Все, поехали!

– Бывай. Пойду, посмотрю, что за браслеты. Никогда не видел.

Зайчик захлопнул дверь и кивнул водителю. Обдав ракетного капитана облаком сизого выхлопа, «Урал» грозно рыкнул и увез наше братство с враждебной территории гарнизонной комендатуры. Увез 100% личного состава. Впервые в истории, аллилуйя!

В расположении роты лейтенант Зайчик был заметно возбужден. Он нервно смеялся по любому поводу и долго хихикал, представляя лицо капитана-ракетчика, играющего с браслетами. Всем очень хотелось, чтобы капитан примерил на себя это редкое, но очень прочное украшение. Надеюсь, что все-таки примерил. Любопытство, знаете ли…

Пока сдавали в «оружейку» автоматы и патроны, Зайчик радовался взахлеб: нам фантастически повезло. Звезды и планеты встали очень удачно. Сегодня для нас, безусловно, счастливый день. Мы стали свидетелями фатального стечения обстоятельств. Нас посетили чудо, мистика, фантасмагория и прочее…

Ребята охотно с ним соглашались. Утвердительно кивали головами. И дабы не вгонять молодого лейтенанта в глубокую депрессию, никто не стал рассказывать об истинном положении дел. Он ведь не знает, что ему повезло просто так. Повезло исключительно случайно. За компанию, не более того. Вместе с одним человеком, которого Бог очень любит.

44. Баю, баюшки, баю

Мама дорогая, как же хочется спать! Услышал бы сейчас команду «Отбой», сразу же «сложил бы шасси» и повалился прямо на бетонный пол …и сладко проспал, не видя снов, минут шестьсот. Нет, девятьсот минут! Точно, девятьсот минут гораздо лучше!

Свинцовые веки, наплевательски игнорируя приказ ускользающего сознания: «не спать!», мягко смыкаются. Размеренный голос старшины 4-й роты, проводящего очередной инструктаж перед заступлением 45-го отделения во «внутренний» караул, становится все тише, мягче и ласковей… мурррр-мурррр… Ощущение реальности неумолимо притупляется. Уставший мозг начинает работать в импульсно-проблесковом режиме, периодически чередуя полные отсечки разумной деятельности с прерывистыми вспышками искаженного сознания…