Шрифт:
1 - 1 ярд - 0,91 метр.
Глава четвертая. Надежда - первый шаг на пути к разочарованию
— Поганый мордредов ублюдок! — выругался Рон, отдёрнув руку от вполне узнаваемого предмета, стоящего посреди полигона. — Ах, как же больно, сука!
Руку его поразило статическим электричеством, удержанным поверхностью станка неизвестного назначения. Почесав руку, Рон осторожно подошел к станку.
Как всегда, непонятно — на управляющей панели сокращенные слова, что-то вроде: «Инс.», «Вкл/Выкл», «Мод. 1/2/3», «Синхр.», а на самом станке видны надписи из разряда: «Опасная зона», «Респиратор» и т.д.
Рону сразу стало ясно, что это не станок по производству картриджей для принтера, поэтому он отнесся к нему со всей осторожностью. Как он разобрался, эта штука работала от прямого питания от генератора, но предусмотрено было также питание от стандартной энергоячейки. То есть, работать эта штука у Рона будет. Осталось только понять, как...
— Почему никто не хранит инструкции рядом со станками? — в сердцах вопросил Рон у потолка цистерны. — Мне срочно нужны мозги...
Из памяти Агена, Рон знал, что существует целая секта, помешанная на технологиях древности, именуемая Адептус Механикус. Пусть самые ярые представители их большей частью железяки с вкраплениями органики, но мозги у них преимущественно органические, поэтому классическая схема с «Легилименс» должна сработать. Аген ничего толкового про этих типов не знал, но даже на основе того, что ему было известно, Рон сделал весьма далеко идущие выводы. Мозги хотя бы техномеханика откроют ему базовое техническое образование и понимание работы многих механизмов. А если верить воспоминаниям Агена, Адептус Механикус может всё. Лазерные винтовки, которыми были вооружены мутанты — производства этого мира, а не реликты прошлого. Их производят на этой планете, причём достаточно массово, раз какое-то количество оседает на руках бандитов и мутантов. Технологическую базу, необходимую для массового производства ЛАЗЕРНЫХ винтовок, Рон даже в голове представить не мог. Пока что.
Оставив заготовленные для магического ремонта обломки в покое, Рон начал работать над снаряжением. Листы пластиковой стали оказались более перспективными для создания брони, причём более перспективными чем всё, с чем Рон встречался до этого. Взяв заранее заготовленные тонкие листы пластали, он начал чертить руны прочности, отвечающие за увеличение плотности кристаллической решетки. Щедро облив несколько из них собственной кровью, он активировал руны потоком магии, из-за чего неожиданно отлетел в противоположную стенку цистерны, сломав и вывихнув себе левые руку и ногу.
— А-а-а-х, сука! — попытался он пошевелить левой рукой. — Вулнера Санентур!
Кости руки с щелчком становились на место, а открытые переломы срастались прямо на глазах. В это время Рон орал от боли. Может, заклинание и стало более эффективным, но не более деликатным. Смесь адского зудяще-болящего ощущения длилась считанные секунды, но Рон за это время зарёкся ломать себе хоть что-либо. А ведь впереди есть ещё и сломанное левое бедро...
— Сука! Сука! А-а-а-а!!! — орал Рон, пока нога возвращалась обратно в нормальное положение. — @#№%! @#№%! А-а-а-а!
Через десяток минут он смог подняться на ноги. Голова кружилась, хотелось пить. Он, сильно покачиваясь, доковылял до исходного положения, использовал «Агуаменти» и наполнил стаканчик холодной водой. С наслаждением выпив жидкость, он швырнул стаканчик подальше.
Опомнившись, он использовал на себе диагностическое заклинание. Результаты показали трещину в четвертом ребре, ушиб внутренних органов и легкое сотрясение мозга. Глубоко вдохнув, он выдал:
— Вулнера Санентур!
Трещина в ребре исцелилась без особых ощущений.
— Вулнера Санентур! Вулнера Санентур!
Селезенка и левая почка пришли в порядок.
— Вулнера Санентур!
В голове прояснилось, дезориентация пропала бесследно.
— Ух, чтоб тебя... — пробормотал он, подходя к исследуемой пластали.
Цвет металла сменился с блестящего серебристого на матовый черный. Взяв одну из пластин, Рон прислонил её к стене цистерны и отошел на пятьдесят ярдов. Прицеливание из стаб-винтовки, коррекция прицеливания по рекомендации прицельного устройства, выстрел. Спецбоеприпас разорвался на поверхности пластинки, отшвырнув её куда-то за хибары.
Рон нашел пластину и начал изучать её. Небольшие вмятинки свидетельствовали о том, что эта пластина охренительно прочная, причём прочнее обычной в десятки раз. Ожидаемо, так как его способности значительно улучшились в этой вселенной.
Без станков Рон ничего толкового и качественного тут не соберёт, поэтому решил задачу просто — продел через угловые круглые отверстия в пластинах ремни, соорудив примитивную кирасу. Со шлемом поступил проще — с помощью одного строительного заклинания придал пластине форму шлема. Облив новый шлем кровью, Рон привязал себя к крепкому на вид столбу, навёл палочку на шлем и выпустил сырую магию. Дёрнуло сильно, но ремни выдержали. То есть, как и в случае с «Репаро», сила отклика зависит от количества материала, который Рон собирается преобразовать.
К внутренней поверхности шлема Рон приклеил слой шумоизолирующего покрытия, обнаруженного на свалке. Амортизирующие свойства у него хорошие, поэтому его не должно оглушить ударом дубинки как в прошлый раз.
В таком виде, в полевой форме ГДР, с откровенно техноварварским бронированием, с идеально новым лазганом, Рон направился на поиски «языков».
Отодвинув массивную бетонную плиту, Рон вышел из цистерны и запер за собой «дверь». Далее, руководствуясь памятью Агена, направился по пути на верхние уровни. Идти было легко, так как информация о территориальном распределении устаревает медленно, а значит Рон был предупреждён о возможных опасностях. Да и вообще, дезиллюминационные чары прекрасно маскировали от людей. Пусть Рон видел всё будто в золотом фильтре, зато остальные его не видели. Но слышали, из-за чего иногда приходилось разуваться, так как ГДР-овские берцы очень громкие.