Для полного лечения потребовалось потратить десять минут и еще одно зелье лечения. Эдвин хотел верить, что больше он в такой ситуации не окажется. Осторожный осмотр местности сквозь окна позволил ему продолжить путь. К концу второго квартала Эдвин подошел не с таким бодрым настроением. Встреча с каменным обитателем города пошатнула его уверенность в себе.

По старой традиции он обыскал угловой дом после осмотра перекрестка. Ничего ценного не нашел, но этот осмотр был необходим скорее в качестве передышки, которую маг с радостью себе предоставил.

— Два квартала прямо, один налево и прямо через парк, — проговорил шепотом оставшийся маршрут Эдвин. — Осталось немного, я справлюсь.

Впереди раздался громкий волчий вой, который подхватили собратья завывшего в других частях города.

— Точно справлюсь, — повторил Эдвин для себя.

Маг еще раз осмотрел перекресток, убедился, что он пустой, и спустился в переулок. После встречи с големом он перебегал широкую дорогу не так уверенно. По переулку он скорее крался, нежели шел, из-за чего третий квартал он проходил дольше.

— Один прямо, один налево, по прямой через парк… — озадаченно повторил про себя Эдвин. Проблема заключалась в том, что прямо пройти было невозможно. Вопреки обычной планировке, впереди следовал не квартал с переулками и толстыми артериями улиц, к которым он уже успел привыкнуть. Из окна углового дома Эдвин видел перед собой кованый забор с парком за ним. Вместо зданий, по крышам которых он так ловко бегал, возвышался настоящий дворец.

— И как я его не заметил? — задал себе риторический вопрос маг.

Молодой человек еще раз осмотрел дворец. Чем больше он его рассматривал, тем больше он убеждался, что это здание занимает весь квартал, а то и больше.

— Обязательно спрошу, что это такое, — выживание выживанием, но любопытство тоже надо удовлетворять. — Если не получается квартал прямо, а потом квартал налево, то поступлю наоборот.

Эдвин выбрался на широкую дорогу, повернул налево, и пошел вперед, стараясь держаться в тени зданий. Время от времени он оборачивался, но позади никого не было. Дворец он тоже не стеснялся рассматривать. Кованый забор, который он бы ни за что не взялся перелазить время не пощадило, и местами он зиял прорехами.

Первые капли дождя сделали ситуацию еще сложнее. Буквально за минуту робкие первые капельки превратились в ливень, который заглушал все звуки, и не позволял видеть дальше собственного носа.

— Может все твари попрячутся на время непогоды? — задался вопросом Эдвин, который от дождя прятаться не собирался.

Звук из пустого проема заставил его замереть.

«Так и знал, что привычка разговаривать самим с собой до добра не доведет!» — мысленно пенял себе Эдвин, глядя на волчий нос, который показался из ближайшего проема перед ним. Было несколько вещей, которые сильно смущали юного волшебника. По этим причинам он и не торопился атаковать первым.

Во-первых, нос волка, насколько он помнил по своим приключениям возле башни, не мог быть таким толстым. Если все пропорционально, то такое животное могло откусить ему не только голову, но и часть груди. Во-вторых, Эдвин никогда не предполагал, что нос может высунуться выше уровня его глаз.

«Ты еще кто такой?!» — в который раз за время нахождения в городе мысленно воскликнул Эдвин.

Нос сделал несколько громких вдохов, и подозрительно повернулся в сторону мага.

«Надо действовать, пока у меня преимущество!».

Мысль еще не оформилась, а Эдвин уже отправил ледяную иглу в нос неведомого существа. Волколак? Оборотень? Демон в волчьем обличье? Как бы то ни было, нос является уязвивым местом у многих теплокровных животных, насколько бы они опасны не были, и какими бы они размерами не обладали.

Нос исчез в проеме, раздался скрежет когтей по каменным стенам и громкий вой боли. Эдвин сделал рывок вперед, и кинул лозу на корчащийся от боли силуэт. Несколько водяных шипов заставили волка-переростка увеличить звук воя и сменить тональность.

От добивания существо спасли его собратья, которые появились за ним. Золотисто-желтые глаза вспыхнули в темноте, и начали приближаться.

«Волки стайные животные!» — некстати вспомнил Эдвин курс академии. — «Очень семейные, мстят за членов стаи».

Две лозы отправились в темноту за все еще страдающим волколаком, но пар глаз было явно больше. Стая решила переждать непогоду, когда с ними приключился Эдвин.

Из здания раздался многоголосый вой. Молодой человек развернулся, и принялся бежать. Сражаться с целой стаей было бесполезно.