И этим надо было воспользоваться. Для всего мира Экзекутор мертв. Супероружие Вселенной оказалось в нужных руках. Павел Сергеевич не отступился от своих планов, а уж когда он поговорил по прямой линии с президентом, то…

Тележка довезла гроб до черного фургона, стоящего позади крематория. Изнутри тут же выскочили двое плечистых парней и начали перегружать гроб в кузов.

Марина проводила Павла Сергеевича до черного фургона и остановилась. Она была одета в обычную куртку, на ногах рваные джинсы и легкомысленные розоватые кеды. За спиной рюкзачок с пушистыми игрушками-брелками.

Павел Сергеевич взглянул на неё:

— Точно не хочешь поехать с нами?

— Нет, я… Я благодарна, что вытащили из меня чип, но… Я слишком много всего повидала, чтобы продолжать. Спасибо за документы, теперь меня не скоро найдут. И... передайте Кириллу, чтобы быстрее поправлялся.

— И ты не хочешь взглянуть на того, кого мы сделали? Ты же знаешь, что Андрей загрузил своё сознание в чип Экзекутора? Не хочешь увидеть своего парня? Мы перегрузили сознание из Кирилла в созданного в секретных лабораториях андроида и прикинь, как удивится Кирилл, когда увидит твоего парня… Вернее, сознание твоего парня. Блин, он увидит андроида, в котором будет сознание твоего парня. Вот!

Марина немного постояла, глядя на погружаемый в фургон гроб. Потом развернулась и пошла прочь, натянув бейсболку поглубже на лицо.

***

Кирилл очнулся в комнате с кипенно-белым потолком. Он лежал на больничной койке, рядом пикали разнообразные приборы, призванные поддерживать в нем жизнь и фиксировать изменения в состоянии здоровья. Прозрачные трубки тянулись от вен к стоящим капельницам и от тех мест, где они зарывались острыми носами игл под кожу, тянуло холодком.

Возле больничной кровати притулился седой мужчина в парусиновом костюме и оренбургской шали на пояснице. Он смотрел прозрачными льдинками глаз на Кирилла.

— Я жив? — прохрипел Кирилл.

— Ага, ещё и обосрался недавно, — ответил старичок. — Ну и вонюч же ты, брат…

Интонации мужчины показались Кириллу знакомыми. Где он мог их слышать?

— Где я?

— Ответил бы в рифму, но ведь не поверишь, — улыбнулся старик. — В больничке ты, Кирюха, в больничке. Вот скоро встанешь и начнем обычные тренировки, а то я вижу, как ты успел пузом обзавестись…

Ответил? Тренировки?

Да ну, это сон…

Сейчас Кирилл закроет глаза, а когда откроет, то дотянется до пистолета марки Глок и размажет мозги Михаила Анатольевича по стене. Людмила умерла, а вместе с ней умер и Кирилл. Да, он всё ещё в комнате санатория, и он ещё…

— Ай, блин! Чего ты щиплешься, старый хрыч? — не смог удержаться от выкрика Кирилл.

— Да это я проверяю — живой ты или копыта отбросил, — радушно улыбнулся старик. — Ну, чего глаза вылупил? Не признал? Да хрен когда признаешь!

— Да ладно… — с сомнением протянул Кирилл.

— Ага, я вернулся, братуха! Это я, Андрей! — старик рассмеялся дробным смехом веселой гиены. — Эх, теперь я тебя и погоняю. Знаешь, как много я узнал секретных техник из интернета?

— А как…

— Ну, я продублировал своё сознание на твой чип, а потом вылез, когда пришло время, и поздоровался с Павлом Сергеевичем через комп. Дал инструкции, как меня можно извлечь и что можно сделать дальше. Я разнюхал, что тут заныкали андроида, вот меня и переписали на его носитель. Хреново, конечно, что не молодого мужика, но на первое время потянет. Зато какие возможности у этого тела… С Маринкой всё нормально, она сейчас в бегах. Не захотела оставаться с нами. Я её понимаю... Не виню... Павел Сергеевич тоже нормас. Сидит за мониторами и настраивает сеть для борьбы со Вселенной.

— А Михаил…

Старик ловко достал из внутреннего кармана планшет и подсунул под нос Кирилла:

— С этим полудурком вообще прикольно вышло. Маринка сначала перекинула бабки на его счет, а потом перевела все деньги на левый и сняла. Так что теперь она при деньгах и в шоколаде. А этот… вот, смотри.

На экране планшета появилась комната. Стол, кресло, компьютер, монитор и за монитором сидел Михаил Анатольевич. Он как раз заполнил половину бокала коньяком и лениво щелкал мышкой, потягивая жгучую жидкость. На экране монитора появилась таблица и Михаил Анатольевич замер.

Бокал упал на ковер, разбрызгивая янтарные капли.

Михаил Анатольевич закрыл таблицу, открыл снова и только потом впился пальцами в остатки волос на голове. Звериный вой вырвался наружу. В следующий момент Михаил Анатольевич схватил пузатую бутыль коньяка и швырнул что есть силы в монитор. Тот послушно взорвался, черный дым заструился вверх.

— Вишь чо случилось? Обломала его Маринка. Ладно, ты давай поправляйся, нам скоро на тренировку, — поднялся со своего места старик. — Эх, мы будем такими секретными зверюгами, что аж самому страшно. Таких дел наворотим, чтобы эта Вселенная взвыла…

— Андрюха, — позвал Кирилл, когда собеседник почти закрыл за собой дверь.

— Да? — показалось насмешливое морщинистое лицо.

— Я скучал, братуха…

Старик шмыгнул носом и улыбнулся:

— Я знаю.

Конец второй книги.