— Привезла тебе ещё немного корешков, — и незаметно от мужа передала маленький свёрточек. Вера слегка покраснела, пожала пальчики и также шёпотом поблагодарила и уже, уходя в комнату, громче сказала:

— Ну не буду мешать деловому разговору.

Аркадьевич присел напротив и горестно вздохнув начал:

— Ждал. Очень жалко Николаева. Больше чем уверен, что у тебя есть важная информация. Так что скажет экстрасенс?

— Ну то, что тут замешаны люди из центра вы и так знаете или догадываетесь. Хочу только уточнить, что их несколько. А несколько их потому что, как всегда, кроме всего прочего, присутствует интерес прибандиченых бизнесменов разных коммерческих направлений, но направлений, имеющих отношение к заповеднику.

Семён кивнул.

— Да уж. Как всегда, но в этот раз слишком… нагло.

— А вот тут как раз ещё одна новость. Есть поддержка из Москвы.

— Это совсем плохо. Тогда, похоже, что этот “муравейник” придётся разбирать очень аккуратно или вообще не трогать.

— Я тоже так подумала. Для начала можем ограничиться душегубом. Тут два варианта. Либо он полностью мой, либо и вам раскрытие и ниточку потянем. С одной стороны, всё равно он никого не сможет выдать, так как не знает. С другой, если его арестуем, они засуетятся и могут наделать ошибок, которые позволят собрать доказательства для закона.

— А как сейчас насчёт доказательной базы?

— Ни первый раз вместе работаем. Есть зацепки. Главное правильно всё оформить. Вот это и стоит обговорить, так как я в этом не очень разбираюсь и не знаю достаточно ли имеющегося. Конечно-конечно. Предвосхищаю вопрос. В любом случае я поделюсь и полной информацией. С фамилиями, должностями и званиями. Наперёд тоже надо подумать.

Они ещё долго сидели, обговаривали нюансы и исписали несколько листов бумаги. Семён Аркадьевич неоднократно звонил своим сотрудникам и смежникам. Около часа ночи Хеда покинула квартиру и сев в подъехавшую машину умчалась на большой скорости в соседний город. А разбуженный звонком следователь Ледков поехал делать дополнительный осмотр и изъятие вещественных доказательств, которые ему пока, даже непонятно было какое отношение имеют к убийству.

*****

Поезд сделал очередную остановку строго по расписанию в девять часов двадцать минут утра, и Александр Сергеевич вышел из купе и встав у окна напротив, стал рассматривать станцию. Привычным взглядом отметил, где обретается наряд полиции, его состав и даже их расслабленность и пассивное созерцание происходящего вокруг. Они явно никого не искали и не были напряжены. Большая часть людей была пассажирами, вышедшими из вагонов размяться или что-либо приобрести. Присутствовали и железнодорожные работники, занятые своими обычными делами, а также несколько торговцев. В основном это были старушки с корзинками, предлагающие кто пирожки, кто лимонад и пиво с рыбой, а кто и готовые обеды в полиэтиленовых пакетах, такие как варёная картошка с курой. Были и девушки с тем же или близким ассортиментом. В общем опасности никто не представлял. Очередная «бабушка» в платочке, с неприятным лицом, с довольно грузным телосложением и с палочкой, продав несколько пирожков прямо напротив окна, где стоял наблюдающий, отошла от поезда довольная и усталая присела на скамейку у входа в вокзал.

Александр по трудовой книжке был агент по продаже недвижимости, а по увлечению «профессиональный киллер». Он уже лет десять работал на криминальное сообщество родного города, но заказы через его работодателя поступали из разных регионов и от разных структур, в том числе и государственных. Конечно, доподлинно кому и зачем надо было убивать клиентов он не знал, но уровень нанимателя ему иногда озвучивали, чтобы проникся и подходил к делу более ответственно. С этим проблем как раз не было. Бывший военный, участвовавший в нескольких миротворческих операциях, осуждённый заочно за убийство и бежавший в Америку, где работал в ЧВК (частной военной компании), «загрустивший» по родине и с помощью встретившегося криминального авторитета, вернувшийся в Россию, он прекрасно устроился по поддельным документам. А благодаря связям и деньгам его нового покровителя, полностью, как его уверяли, исчез из всех баз данных правоохранительных и армейских структур. Последнее задание было достаточно лёгким. Цель была хоть и при должности, но простая. Устранить её не составило труда, все следы были подчищены и привязать его к данному преступлению можно было только при помощи чуда. В этом Александр был уверен, поэтому в принципе был спокоен, но бдительности по привычке и в качестве тренировки не терял.

Людей на платформе становилось всё меньше, только в районе ларька, также торговавшего необходимым в пути товаром и продуктами, стояло несколько человек. Александру вдруг очень захотелось пива, хотя обычно не жаловал этот напиток. Он решил выйти за ним, тем более что идти было недалеко, да и стоять ещё десять минут. Проблем возникнуть было не должно. Брать пиво у мобильных торговцев он не думал. Ему хотелось холодного, а в то, что напиток такой у последних он сильно сомневался. Около ларька было слышно, как ругается очередной покупатель с продавщицей. Темой стал сломавшийся холодильник и как раз купленное тёплое пиво. В разговоре прозвучало, что единственным местом гарантированно торгующим холодным является точка на самом вокзале и Александр решил поторопиться и незамедлительно отправился туда. Он, как, впрочем, и другие, даже не увидел, как старушка, сидящая на скамейке, зацепила его ногу клюкой. В следующий момент профессиональный киллер грохнулся на асфальт и хоть частично и успел среагировать, избежать удара лицом о твёрдую поверхность не смог.

— Ох! Милок! Как же так? Расшибся-то...

Это было последнее, услышанное им, прежде чем потерять сознание, а ещё ему показалась, что старушка врезала ему клюкой по голове. Движение было коротким, без замаха, со стороны даже не заметным, но достаточно сильным и куда надо. «Милок» уже не видел, как подбежали сотрудники полиции. Как сердобольная бабушка рассказывает им о неудачном падении молодого человека. Как вызывают и приезжает скорая, а правоохранители успевают забрать все его вещи из поезда.

Очнулся Александр уже в больнице. Голова сильно болела и слегка подташнивало. Попытавшись потрогать предмет беспокойства он с удивлением обнаружил, что обе его руки пристёгнуты наручниками к боковым ограничителям больничной койки. Находящаяся в одноместной палате медсестра, увидев, что пациент открыл глаза, вышла в коридор и кого-то позвала. Александр ещё успел спросить и узнать, что находится в больнице города, где отработал заказ, когда в помещение вошла та самая старушка, которая сидела на скамейке и имела непосредственное отношение к произошедшему с ним.