На следующее утро, меня начали готовить к отправке. Король под смешанным конвоем, состоящим из хаттайских и саталийских солдат, отпустил меня в Фаэту, чтобы я мог приобрести все, что считаю нужным взять с собой. Главным в конвое был крепкий жилистый мужчина с крупным шрамом, пересекающим все лицо. Звали его Керинаддил Грол, и он мне сразу очень понравился. Этот человек был уроженцем Норада, и вырос непосредственно в Хаттайских предгорьях. Там же пошел в армию, а получив тяжелое ранение, перевелся в корпус, занимающийся охраной Ямы, где дослужился до заместителя командира части. Больше, чем он, мне никто не мог рассказать о моем будущем месте жительства на ближайший год.

Грол отнесся ко мне как к взрослому, что мне очень польстило, и узнав, что я прошел подготовку в школе Длани, посоветовал купить побольше трав для изготовления ядов. Он не стал сразу объяснять мне все тонкости пребывания в Яме, пообещав сделать это во время плавания. Король поручил ему лично доставить меня к месту отбывания наказания.

Во время посещения травника я, к своей огромной радости, обнаружил у него немного эйголя и сразу купил. Грол увидев мою покупку улыбнулся, и сказал, что можно было обойтись и без этого. Он назвал этот мох светящейся травой и сообщил, что в Яме его растет предостаточно, и он там является основным источником света, не считая лавовой реки.

После посещения рынка, мы поехали к дому Монтиса Блоу. Встретившая нас хозяйка не сказала ни слова и позволила забрать книги, которых оказалось приличное количество. Грол посоветовал не брать с собой лишний груз, но я отказался его слушать на этот раз.

По возвращении во дворец меня ждали новые камы. Король расщедрился и, все-таки, поручил своим ремесленникам изготовить кусари не из цепи, а из прекраснейшей дорогой нити каких-то особых арахов. Однако испытать кусаригаму мне не дали, сообщив, что я получу ее только перед самой Ямой. Также, для меня подобрали неплохой кинжал под мою руку, а что касается стрелкового оружия, Грол пояснил, что лук там будет не очень неудобен в использовании, из-за особенностей этого места.

К полудню я закончил последние сборы и меня, вместе с другими заключенными, посадили на большую каравеллу, специально оборудованную под перевозки преступников. Нас поместили в ее заднюю часть, где был установлен мощный гасящий купол и постоянно дежурил отряд вооруженных стражников. Всего пленников было около двадцати человек. Я узнал среди них людей Дроммеля и Роферса, которых уже видел в той лаборатории под землей. Среди них был даже тот лысый, что забрал мои серпы, подаренные профессором. Люди Домера не смогли отыскать их, а может сильно и не старались. Перед самым отправлением на корабль взошел отряд хаттайцев, которые должны были сопроводить меня до самого входа в Яму и затем отчитаться своему руководству.

Путь до Норадского королевства заняло около недели, во время которой Керинаддил Грол ежедневно приходил ко мне в камеру и давал наставления, о том, как выжить в предстоящих условиях. Все оказалось почти так, как рассказывал профессор, за исключением того, что заключенные без разбора едят друг друга.

Оказывается, внутри Ямы имелись несколько группировок и поселений, и одна из достаточно крупны действительно промышляла каннибализмом из-за отсутствия мяса. Точнее оно было, но в виде различных ужасных тварей, которые там водились в изрядном количестве. Все они были крайне опасны, и, желающие поймать и приготовить их на огне, обычно сами становились чьим-то завтраком. Большая часть населения Ямы питалось в основном растительной едой, а также некоторыми видами мха. Найти червяка или насекомого считалось большой удачей. После этих слов Грола меня чуть не вырвало. Но были там и люди, которым удавалось выращивать неприхотливые к дневному свету овощи на небольших клочках скудной земли. Стоили такие овощи баснословно дорого, а таких умельцев как правило сразу прибирали к своим рукам крупные артели и группировки. Самым же страшным из его рассказа оказалось то, что в Яме расположено нестабильное природное гасящее поле и Сила почти нигде не работает, за исключением нескольких очень опасных мест, населенных теми самыми тварями.

Грол рассказал еще много чего о некоторых особенности выживания в этих условиях. В частности особенно долго он убеждал меня отпустить Рики на волю, объяснив это тем, что эльмур станет источником повышенного внимания обитателей этого места, и его однажды поймают и съедят. Я категорически был против расставаться со своим другом, тем более он мог мне обеспечить защиту, но тем не менее его слова посеяли в моей голове зерна сомнения, и мне все чаще приходилось задумываться об этом. Не будет ли предательством вести питомца на верную смерть? Однажды я уже не послушался опытного человека, и результатом этого стало мое нынешнее положение заключенного.

Что касается Рики — я виделся с ним ежедневно. Грол приносил клетку с собой, и во время наших разговоров питомец находился рядом. Поначалу солдаты открывали рты, увидев как его кормлю, но постепенно привыкли и перестали обращать на это внимание.

По прибытии в порт Норада, нас сразу пересадили в крытую паровую повозку, к которой было прицеплено несколько вагонов. Она ехала прямиком к Яме по самым настоящим рельсам. Я назвал это устройство поездом, но каких-то видений, по поводу него, ко мне не пришло. Норадцы с удовольствием пользовались своей близостью к рудникам и щедро вкладывались в благоустройство и развитие своей страны. Грол рассказал, что на данный момент в этом королевстве самая благоприятная экономическая обстановка. Например, здесь уже давно не упоминалось слово «изгой», а на первый план вышло не владение способностями, а непосредственная польза, которую человек мог принести для своей страны. Талантливые ремесленники и ученые были здесь в большом почете. Единственной опасностью была угроза с той стороны хаттайских гор, а потому развитие обороноспособности государства стояло важным пунктом в задачах местного короля. Желающих нести службу на границе с Империей было хоть отбавляй, так как размещенные там военные корпуса щедро финансировались силами всех Четырех королевств.

За всю дорогу у меня несколько раз возникали мысли о побеге, но я не видел ни малейшей возможности для этого. Хаттайцы почти не отходили от меня, да и преодолеть такое количество охраны, состоящей из людей, чьи способности были предназначены для поимки и удержания преступников, представлялось делом рисковым и сомнительным.

Нам оставалось ехать не больше часа, когда произошло одно удивительное событие. Последний отрезок маршрута проходил через небольшой участок Дикого леса. Грол рассказал мне, что во время его строительства погибло очень много людей. И главная причина их смерти сидела в клетке рядом со мной, играя со своим хвостом и почесывая шею под ненавистным ошейником. Этот участок дороги просто кишел эльмурами всех разновидностей, которые атаковали поезд со всех сторон, едва он заехал в лес. Они были повсюду — на крыше поезда, на оконных решетках, на стенах вагонов, чуя много вкусной крови внутри. Удивленный Рики уставился на какую-то самочку, что повисла прямо на нашем окне и начал возбужденно носиться по клетке как угорелый, пытаясь протиснуться через ее прутья.