Та бросила на него неприязненный взгляд, но ничего не сказала. Ладно уж, помириться и позже можно будет, если все живы останутся.

Довольно скоро мы закрепили один конец веревки за крышу — весьма надежно закрепили, даже я мог признать — и сбросили второй конец вниз. Хватило до самой земли, и остался запас метров в семь — восемь. После чего встал вопрос: как спускаться? Обвязываться за конец веревки и спускать каждого на руках или не обвязываться, и пусть каждый спускается сам? Как спецназовцы в американских фильмах: отталкиваясь от стены ногами и скользя по веревке руками? Хотя девчонку в любом случае обвязывать придется, вряд ли она сама сумеет…

— Придумал!

Все повернулись к дяде Кириллу. Обсуждение к этому моменту успело зайти в тупик.

— Сейчас покажу.

Он быстро втянул веревку обратно, достал нож, отрезал кончик метров в пять-семь длиной, разделил его на несколько равных частей. После основную часть отправил обратно «за борт».

— Кто первый пойдет? — спросил он.

Спросил… и посмотрел на меня. И все остальные тоже посмотрели на меня. Не понял… И каким образом это получилось? Я выгляжу спортивнее остальных? Ну, да. Слишком часто проявлял инициативу сегодня? Наверное. Меня меньше всех жалко? Гм… Я послал к черту рациональность, выпячивал себя не к месту, без смысла рисковал, вел себя как идиот и, в конце концов, получил по заслугам? Вот! Именно в этом все дело.

— Давайте я, — сказал я после небольшой паузы. К этому момент дядя Кирилл успел продернуть отрезанный кусок веревки через петельки моих джинс по кругу и сделать кольцо из той же веревки у меня перед животом.

Как я понял, предполагалось просунуть через кольцо основную веревку на два раза, чтобы получился захлест, и уже так спускаться. Если бы руки или ноги меня подвели, я бы не упал на землю, а просто застрял, скользнув вниз не более чем на метр — полтора. Что ж, толково.

— Ладно, поехали.

Подергав веревку, я подошел к краю… посмотрел вниз. Квартира родителей была на пятом этаже, так что особо вид меня не напугал. Я привык именно к такому расстоянию. Держась за веревку, я перешагнул через парапет. Еще шажок, еще…

— Не тяжело? — спросил дядя Кирилл.

— Нет. Легко, — ответил я. Действительно, опора о стену снимала почти всю нагрузку с рук. — Наметьте пока очередь. Я пошел.

Идея с петелькой в итоге сработала не хуже, чем Дженаро Гатузо в свое время срабатывал в опорной зоне. Вместо того, чтобы скользить обдирая ладони, я перебирал руками, каждый раз хватаясь рядом с петлей. Узел ослабевал, веревка проскальзывала дальше.

Поначалу после каждого перехвата, я тыкался всем телом об стену, но к середине до того освоился, что чуть было в окна заглядывать не начал. Это как желание, к примеру, засунуть руку в щель между косяком и створкой, перед тем как запереть дверь, или потрогать раскаленную плитку. Ты понимаешь, что это делать ненужно, и не делаешь, но эти странные желания все равно иногда возникают. С одной стороны, это плохо, а с другой… мне кажется, большинство передач пяткой, самых смешных шуток, даже периодическая таблица с Гарри Поттером родились там же, где и эти желания. Так что пусть уж возникают, нужно их правильно использовать. Например, добравшись до уровня второго этажа достать из рюкзака молоток и только после этого продолжить спуск. Пока ничего страшного внизу не видно, но лучше перестраховаться.

— Следующий! — позвал я, добравшись до земли и отвязав веревку. Перед криком я сложил руки рупором: не хотелось бы, чтобы мертвяки со всей округи набежали. Через секунду веревка быстро поползла вверх.

Стал ждать. Снизу место оказалось даже удобней, чем выглядело сверху. От улицы стену дома отделял кустарник. В самый широкий просвет виднелся уходящий вправо и влево ряд гаражей — ракушек. И еще у меня был молоток. Конечно, вы спросите: зачем молоток, если есть цигун? А вот выскочит из кустов зомбак ртом вперед, и первым, во что он вцепится зубами будет именно молоток, а не мои постигшие цигун конечности.

Глянув вверх, я убедился, что на крыше пока все по плану. Второй стали спускать девчонку. Значит, остальные в себе уверены и собираются лезть самостоятельно. На самом деле, и девчонка, вероятно, сумела бы, хотя лучше не рисковать, конечно.

— Пять метров еще, — предупредил я, когда спускаться оставалось всего метра четыре с половиной. А что? Да, все люди врут. А вы думали, что живете в идеальном мире?

Спустя полминуты ее ноги коснулись земли. Я помог развязать многочисленные страховочные узлы, и веревка снова устремилась вверх.

— А тебя как зовут?

Этот вопрос хотел задать я, но спросили в итоге меня.

— Кирилл. А тебя?

— Катя.

— Здорово.

Наверное, стоило еще что-то сказать. Только что? Была бы у нее истерика, то что-нибудь успокаивающее. Истерики не было. Если бы она могла дать какой-нибудь стоящий совет по текущей ситуации, то логично было бы обсудить с ней ситуацию, но… гм… На самом деле, вполне вероятно, она могла бы сообщить нечто полезное, просто… Я вам этого о себе не рассказывал, но, возможно, у меня есть предубеждение в отношении женского ума. То есть, я не ставил под сомнение факт его существования, но был уверен, что встречается эта субстанция редко. А ведь нехилый стереотип…