Давайте рассмотрим пример.

Одно из самых распространённых желаний – похудеть. Что лежит в его основе? Страх одиночества и страх беспомощности. Страх быть отвергнутыми. Страх выглядеть смешными. Если желание похудеть гложет и вызывает постоянную неудовлетворенность – болит и зудит – то оно становится целью и фокус внимания человека пучком лазера собирается на этом желании. Человек постоянно думает о своей ужасной фигуре (подчеркну, наша цель, чтобы он думал о своей фигуре как о ужасной и видел в ней причины всех своих неудач). Он готов есть экскременты орангутангов, собранные на рассвете в полнолуние, платить за горы таблеток, в составе которых роса морских лилий, переработанная с помощью нано технологий, готов покупать волшебные диеты супер-гуру-экспертов, в основе которых лежит простой принцип: закройте рот и прекратите жрать.

Или, например, самое романтичное желание – по-настоящему влюбиться. Что лежит в его основе? Радость, удовольствие, которые вызывают потребность быть счастливыми? Ха! В его основе страх. Страх одиночества, страх беспомощности, страх скуки. Страх быть отвергнутыми и никому не нужными.

Страх – это вечный двигатель. И самый эффективный объект для манипуляций».

Кларк стоял под козырьком пляжного кафе. Тщедушный кусок розового поликарбоната над головой дребезжал от ветра и дождя. Ножки конструкций из белых пластиковых стульев, в сколах и царапинах, отбивали чечетку на плитке. Толстая красная бечевка обнимала жавшиеся друг к другу сиденья.

Кларк запахнул полы бежевого плаща люксовой британской марки, который стоил больше, чем все это кафе. Поежился.

Раз, два, три… одиннадцать, двенадцать, – считал он количество седушек в башне из стульев. – Двенадцать. Очень неустойчивая конструкция.

Практически в туже минуту, как будто выражая солидарность со столь влиятельным гостем и желая ему понравится, одна из башен накренилась от сильного порыва ветра и рухнула.

Кларк выскочил из под козырька на встречу стихии и побежал к морю. Его модельные туфли на тонкой кожаной подошве моментально сдались в битве с непогодой. Они вязли в грязи, хлюпали и квакали лужами внутри, мокрый песок облепил их саранчой и с каждым шагом все глубже заползал внутрь.

Но Кларк это не волновало.

«Как в детстве», – смеялся он.

Он смотрел на беснующееся море, на вздымающиеся волны, на серое небо, на танцующие стволы пальм.

– Как же хорошо тут. Как легко дышится, – приговаривал Кларк, подставляя лицо струям дождя, – мы все исправим, все исправим. Обещаю.

Мужчина средних лет сидел на месте водителя в самоуправляемой красной Тесле и следил за одинокой фигурой на пляже. Точнее, он виртуозно следил за двумя реальностями одновременно. Реальной и виртуальной. Он опускал глаза в смартфон, который лежал на коленях, через несколько секунд поднимал их на фигуру на пляже, снова опускал и снова поднимал, и опять опускал и опять поднимал.

Его лента в популярной социальной сети Пинстаграм пестрела яркими пейзажами и красивыми домами, счастливыми улыбками и жаркими объятиями, загорелыми телами и аппетитными женскими формами. Она щекотала эндорфины и впрыскивала инъекции сиротина, дофамина и адреналина. Реальность за окном выглядела серой и унылой.

«Ну вот и зачем по пляжу-то ходить в такую погоду. Машину-то мне вычищать придётся».

Наконец пассажир набегался, напрыгался, настоялся и двинулся к машине.

Водитель внимательно следил за ним. Когда до его прихода оставалось пару секунд, водитель открыл дверь, раскрыл зонт, выпрыгнул из машины, подбежал к пассажирской двери и распахнул ее. Но пассажир замер в метре от машины и опять запрокинул голову вверх.

– Погоди, погоди. Ты посмотри, какая красота!

«Вот же ненормальный. Легко им быть ненормальными, когда деньжищ куры не клюют». Водитель переминался с ноги на ногу. Мерзкие струи дождя уже намочили его штаны от известного шведского бренда «быстрой моды».

Наконец пассажир сел в машину, водитель закрыл дверь и побежал на водительское место.

Работа у него была легче легкого. Сиди себе возле руля и ничего не делай. Машина едет сама. Да и бывал хозяин в этих краях нечасто. Жил в огромном доме, но ни жена, ни ребёнок там уж несколько лет не появлялись. А дом почти всегда пустовал и никто за ним не присматривал. Как-то водитель предложил свою сестру в качестве экономки, но хозяин ответил, что электроника позаботится о доме лучше человека. И что очень скоро, он мол даже не представляет, насколько скоро, электроника заменит продавцов в магазинах, официантов в ресторанах и, даже, докторов. Говорил и смеялся. Что ж тут смешного-то. А люди куда пойдут? Чем на жизнь зарабатывать будут?

Но ему-то грех жаловаться. Работа непыльная, зарплата хорошая. Но вот эти странности хозяина. Не нравились они, ой как не нравились. Не по-людски это все как-то, странно очень.

– Как погуляли? – спросил водитель.

– Прекрасно, просто прекрасно! – ответил Кларк.

На сиденье из светлой кожи растекалась лужа. Он привстал, снял плащ и бросил его на пол. За плащом полетели туфли и носки. Он подставил босые ступни к тёплым струям нижнего обдува.

Водитель поморщился представив, сколько песка ему придётся вычищать.

Кларк вставил в ухо серебристый наушник и нарисовал в воздухе полукруг. Перед глазами вырос экран.

«Новости», – мысленно сказал он.

Появилась папка новости. Файлы были разбиты по темам: экология, политика, экономика, светские новости и еще около десяти рубрик. Искусственный интеллект отсматривал все за нужный период и сортировал информацию по папкам.

«Экология», – подумал Кларк.

– Новости по теме окружающая среда, – сказал в наушник бархатный женский голос.