Я неопределенно пожал плечами.

— А остальным когда погадаешь, цыганка? — ухмыльнулся Радклиф, кивнув в сторону второго джипа.

— Уже сказал.

— Быстро работаешь. Когда успел?

— Когда броники снимали. А что тут успевать? — Маркус указал на второй джип. — За рулем сидит Русак, на пассажирском примостился Пыжак, а в кузове — Бегун. Все зелены как трава в мае, глупы и неопытны. Не люди, а рядовые неписи. В состязании тоже ничем особенным не выделились. Сомневаюсь, что Шорох хоть кого-то из них взял на заметку. Архангел разве что отличился, но он погиб в неравной схватке с сасовцами. — Губы Фингера чуть растянулись в улыбке.

— Приближаемся, — сообщила Гидра.

Мы обогнули небольшой холм. Я вгляделся в темную даль и увидел на горизонте освещенную прожекторами башню Центрального Штаба ОСС. Опустил взгляд на Сканер. Отмасштабировал. Зеленые точки — игроки-союзники — мельтешили внутри и снаружи группы зданий, как молекулы воды под микроскопом. Одни уползали в разные стороны, другие — приближались.

Боковым зрением я смотрел на Радклифа. Командир сасовцев быстро тыкал двумя пальцами в коммуникаторе — так обычно набирают текст. Интересно, с кем он там переписывается? Докладывает начальству о своих успехах? Вряд ли, коммуникатор-то у него Ясеневский. Так что если кому-то и докладывать, то только Шороху. Да и есть ли у него это начальство?

Читеры в большинстве своем — одиночки. Редко можно встретить связку из двоих или троих. Еще реже — из четверых или пятерых. Нет, их, конечно, в одной игре может быть и больше, но они почти никогда не действуют вместе. Это вызывало бы слишком сильное возмущение системы, по следу от которого на них легко можно было бы выйти агентам внедрения. Они это прекрасно понимают. В нынешней ситуации я наткнулся на восьмерых, включая Маркуса. Собственно, Фингера читером назвать нельзя, ведь механику игры он не нарушал. Но все равно остается семеро, а это достаточно много для одного общего читерства. А то, что сигнал возмущения от их действий был хоть и сильным, но не катастрофическим, наводит на мысль о наличии у Радклифа и остальных мощных блокирующих плагинов.

— Надеваем броники, — скомандовал Радклиф, окликнул Бегуна и указал ему на рюкзак, лежащий на сидении в кузове. Тот кивнул и принялся доставать бронежилеты.

И тут меня осенило. Бронежилеты. Вот где спрятаны их запрещенные плагины, позволяющие вселяться в чужие аватары. Должно быть, механизмы этих мини-программ устроен так, что при попадании в них пуль носитель броника мгновенно перемещается в тело стрелявшего.

Мирон тоже потянулся к рюкзаку, достал три броника и передал по одному мне, Фингеру и Гидре.

— Руль кто-нибудь подержите, — попросила девушка.

Маркус ловко перепрыгнул через борт, сел на пассажирское сидение и взялся левой рукой за руль. Машину сразу потянуло вправо. Гидра сняла каску, стянула через голову серую куртку и темно-зеленую майку, предоставив всем на обозрение строгий черный лифчик, плотно облегающий идеальной формы грудь. Мирон присвистнул. Взгляды Маркуса и Радклифа тоже застыли на теле девушки.

— Давайте без этого, а! — скривила симпатичное лицо Гидра. Я же мысленно содрогнулся от осознания, что под этим милым телом скрывается мужик.

— Да ладно тебе, — ухмыльнулся Радклиф. — Мы ж только смотрим, а не трогаем.

— Если б еще трогали, я б вам всем яйца открутил на хрен! — огрызнулась Гидра.

— А ты у нас, я погляжу, горячая штучка, — еще больше ухмыльнулся командир сасовцев. Мирон и Фингер заржали.

— Заткнись! — Гидра натянула броник, поверх снова надела майку и куртку. И опять схватилась за руль. Джип чуть качнуло влево, но водитель тут же выправила ситуацию.

Мирон и Маркус тоже начали переодеваться.

— А ты чего замер? — спросил Радклиф, скосив взгляд на меня. — На нашу красотку загляделся?

— Ты заткнешься там или нет? — бросила через плечо Гидра.

— Угу, — буркнул я и принялся стягивать куртку, стараясь не показывать кобуру с Импровизатором.

Бронежилет сел как влитой. И оказался таким тонким, что я засомневался в его защитных возможностях. В двух местах он был пробит насквозь — значит, сняли его не с того американца, которого убил я. Это наводило еще на две мысли. Первая: этот броник создан не для защиты. Вторая: скрывающаяся под ним читерская программа может использоваться с разных аккаунтов, ведь теперь, по сути, все сидят в чужих аватарах, притом бронежилеты-плагины используют те, которые были надеты на других игроков. Если первая мысль лишь подтверждала то, до чего я додумался минутой ранее, то вторая сильно озадачила. Потому что плагины такого класса могут создаваться только очень талантливыми программистами… или же самими разработчиками игры, что само по себе звучало парадоксально.

Плагин — вещь сугубо личная. Он привязывается к аккаунту и может быть применен только его владельцем. Взять, к примеру, мой Импровизатор. Кроме меня, им никто пользоваться не сможет. Если сейчас Радклиф вдруг прозреет, приставит пистолет к моему лбу и нажмет на спусковой крючок, а потом решит обобрать хладный труп, то Импровизатор, а также Амулет, Сканер и Взломщик, откажутся в его руках действовать. Все эти бесценные вещи станут лишь внешней цифровой оболочкой своих настоящих прототипов.