С заданием Ньют справился блестяще и в рекордно короткий срок. Запыхавшись, он скороговоркой доложил, что записку передал открывшей дверь горничной. Отчитавшись, сел в угол кэба и подвинул к себе десятка два пахнущих мылом и патокой газет. Застыл в напряжённом ожидании.

— Ещё немного и мы уедем, — успокоила его Ольга.

Мальчик кивнул, а ей оставалось ждать, пока виконт не заглотит наживку. Если он дома.

Лёгкий экипаж показался из распахнувшихся ворот особняка минут через пять. В окне мелькнул точёный аристократический профиль и чёрный цилиндр.

Стэнли, — довольно усмехнулась «виконтесса». — Ищите ветра в поле, господа. Отсчёт времени пошёл.

В кои века порадовалась, что нет мобильных телефонов, и отец с сыном не могут связаться друг с другом.

Не тратя драгоценные минуты на разглядывание особняка, она торопливо прошла по мраморной плитке дорожки и поднялась по высокой помпезной лестнице к входной двери. Крутанула ручку звонка и застыла в ожидании. Охваченная нервной дрожью, нетерпеливо постукивала по плитке площадки крыльца носком туфли.

Дверь открыла симпатичная девушка в униформе. Увидев на пороге виконтессу, распахнула створку шире:

— Добро пожаловать, миледи, — приветливо улыбнулась и прошлась по её фигуре слегка растерянным взглядом.

Верно подметила, — мысленно ответила ей Ольга, перемещая ридикюль на сгиб локтя. На улице не так уж и жарко, а на ней нет накидки. Поспешно сняла шляпку и перчатки, отдавая в протянутые руки горничной.

Пробежалась взглядом по большому светлому холлу, по живописным картинам на стенах, напольным часам в декоративном корпусе с арочным элементом и фиалами, широкой лестнице, устланной ковровой дорожкой и ведущей на второй этаж. Всё выдержано в едином стиле, дорого и со вкусом.

Знать бы, где комната Шэйлы. Её поиски отнимут уйму времени. Ольга повернулась к горничной и указала рукой на стул у столика:

— Бери его и шагом марш в мой будуар.

Не давая ей опомниться, подтолкнула по направлению к лестнице.

— Лорд Хардинг здесь? — поинтересовалась на всякий случай, следуя за прислугой.

Девушка, чуть повернув голову, ответила:

— Прибыли утром, приняли мистера Даумана и незадолго до вашего приезда отбыли.

Райли Дауман из адвокатской конторы «Брукс и Огден» — вспомнила «виконтесса» мужчину. Значит, в поместье Фалметт он поехал с документами другого характера. Или не поехал вовсе.

— Лорд Малгри? — Ольга знала ответ, но всё-таки спросила, чтобы не вызвать подозрений.

— Хозяин как поутру отбыли куда-то, так до сих пор не вернулись.

Они поднялись по лестнице и шли по удивительно красивому коридору. Мягкий поток солнечного света струился сквозь мозаичные витражи округлых окон, стекал по стенам молочного оттенка на пол, рассыпался под ногами мириадами вспыхивающих огоньков.

Горничная остановилась у двери цвета акации. Ольга распахнула её и вошла.

Интерьер в стиле барокко повторял комнату Шэйлы в поместье Малгри-Хаус. Та же унылая цветовая палитра и та же боязнь пустого пространства. После пёстрых бликов в коридоре тут не хватало воздуха и ярких красок.

— Поставь сюда, — указала она на угол шкафа.

Стул ожидаемо оказался не к месту — у секретера стоял похожий.

Ольга прошла к окну и раздвинула портьеры, впуская дневной свет. В поисках саквояжа бросила взгляд на верх шкафа. Открыла его дверцы. Венона оказалась права: одежды здесь было не меньше, чем в поместье графа Малгри.

— Принеси саквояж, — не оборачиваясь, сказала она горничной, стоящей у двери в ожидании указаний.

— Вам большой или…

— Большой.

«Виконтесса» спешила. На кровать полетели платья, бельё, обувь, шляпные коробки. Скоро станет тепло и понадобится летняя одежда, аксессуары. Выдвигала ящики комода, быстро перебирая их содержимое. Выбирала неброское, практичное, попроще.

В почти пустом секретере ничего интересного не нашла. Наткнулась на несколько старых писем от Веноны.

Деньги… Двадцать фунтов оказались кстати. Они перекочевали в небольшую выбранную сумочку наподобие клатча.

Шэйла, милая, прости, — Ольга едва сдерживала слёзы. — Если ты сейчас на моём месте, я разрешаю тебе воспользоваться моей заначкой. Вот и настал наш чёрный день. Найдёшь в пустой банке из-под кофе на вытяжке у самой стенки. Снизу не видно, но ты обязательно найди.

Поглядывая на часы на каминной полке, «виконтесса» торопилась.

Горничная принесла сумку[2]. Чуть больше утраченного саквояжа, она была изготовлена из ковровой ткани и выглядела презентабельно. Однако и весила больше.

— Спустись в кухню и собери еды на два дня. Корзину оставь у входной двери. Вернёшься сюда. Поторопись.

В ларце на туалетном столике Ольга нашла серебряный браслет с бирюзой и топазом, серьги из чистого золота, пару тонких колец и подвеску. Не колеблясь, захлопнула крышку — чужих украшений она не возьмёт. А как быть с обручальными кольцами Шэйлы, она не знала. Понятно, что кольцо с бриллиантом — свадебный подарок Стэнли. А вот золотое, простенькое, внутри с гравировкой на русском языке «ты навсегда» — явно очень старое, фамильное. Унести его она не имеет морального права.