Но наступило утро. И моя надежда начала таять, словно утренний туман.

Светлый Лорд пробудился. И призвал смерть. Он убил себя. Ему потребовалось три выстрела. Мне доводилось воевать прежде, как и любому мужчине нашего мира, что хоть раз клялся служить и защищать. Мне случалось видеть героев и трусов. Но первый раз мне явились такая любовь к жизни и такое стремление к смерти.

Возращённый Лорд преобразился. Не прошло и часа и вместо капризного и изнеженного повесы перед моим взглядом предстал человек, полный несгибаемой воли. Перед котором можно преклонить колени.

В тот день я использовал неприкосновенный запас гарнизона. Меня укрывала невидимость. Магия скрывала мой образ, глушила звуки и даже запахи. Но я до сих пор не уверен, действительно ли мне удалось в тот день подойти на расстояние удара, или мне позволили это сделать, как родители позволяют несмышлёному ребёнку подкрасться к ним со спины.

Лорд вышел на улицу и его спутники последовали за ним следом. Он шёл по городу и осматривал его так, словно это всё уже принадлежит ему. Он даже в мыслях не предполагал обратного. Для него иной исход был так же невозможен, как восход на западе.

И когда я смотрел на Ричарда Гринривера, что так целеустремленно шагал по городу, который я много лет искренне считал своим, в моём сердце поселился страх. Сосущее чувство обречённости и бессилия. Я на миг усомнился в том, что смогу сделать хоть что-то. И, как оказалось позднее, в этой своей мысли я не ошибся, хоть и гнал её от себя прочь.

Имперцы вышли к берегу. Они словно специально выбрали такое место, чтобы лишить меня воли к борьбе. Лагуна солнца, сколько тёплых воспоминаний связано у меня с этим местом. Первый поцелуй, первый раз я познал женщину на тёплом песке этого красивого пляжа. Костры под бездонным небом, усыпанным звёздами…

Лорд вошел в воду и поделился с морем своей кровью. Кровь тут была тайным знаком, призывом исполнить давнюю клятву.

И море ответило Лорду. Склонилось перед ним. И как в первый день творения, исторгла из себя человека. По нашим легендам, мы все вышли из морской пены. Трудно представить нечто, что могло заставить меня впасть в большее душевное смятение.

Из моря вышел он. Вестник моего поражения. Серый странник, что приходит вместе с чумой в города на континенте. Только в легендах это высокий бледный человек с котомкой, полной живых крыс, а в этот раз вестник погибели выглядел как высокий чернокожий мужчина.

Он вышел из морской пены, скалясь от переполнявшей его ярости и злобы. А за его спиной был мешок, полный колдовской травы.

Так я узнал, что все, убитые Гринривером служат ему и после смерти. Не пройдёт и суток, как преклоню перед Лордом колени, но в тот момент я не знал, как близок от падения…

Конец интерлюдии.

– Могучее белобрысый падла, что давай пенделя Великий Ы, любимый наложница Великий О, что раздвигая для Великий О булка мир, чтобы Великий О загоняй Дук-Дук в большое чёрный дырка и зачинай новая бога! – Радостно закричал чернокожий незнакомец, которого породила морская пена.

Он кинулся к Гринриверу обниматься.

Незнакомец нёс с собой мешок из грубой ткани, который одуряюще пах шаманской травой. А красные белки глаз незнакомца говорили о том, что трава не только в мешке, но и в госте.

– Ххххерля! Рад тебя видеть! – Придавлено пищал Ричард, пока указанный Херля, который габаритами превосходил даже Рея Салеха, его плющил и мял, оторвав от земли.

– Знакомьтесь, джентльмены, Херля, наш друг, это его народ, да и его самого, мы утопили в океане! – Рей отрекомендовал новое действующее лицо Мирою и Йозефу, которые с трудом сознавали реальность происходящего. Маг так вообще тайком ущипнул себя за руку.

– Привет тебе, о Стрёмная злобное одноногий ублюдка, что загоняй рука в глотка Великий Ы и вырви он кишка через рот! Твоя отрастить волос и стать красивая! Теперь моя не какай каждый раз, когда смотреть на твоя лицо! – Херля уронил придушенного Ричарда в морскую воду, и полез обниматься к Салеху.

– Здорова, здорова!
– Громила радостно гоготал, меряясь силой со старым другом. Трещали ребра.

– Моя хотеть бухать бухлищу и говорить весёлый разговора! – Херля огляделся. – Это землю твоих враги, которая будет залить их кровь?

– Типа того. Вы ещё не всех крабов сожрали? – Ричард потерял изрядную долю своих манер, общаясь с дикарём.

– У нас есть много крабов. Очень много крабов. Мы делать жах жах и кердык! Только потом земля и камень из мясо ковырять совсем не вкусный враг быть!

– Отлично, просто отлично! – Ричард облегчённо выдохнул. – Пойдём, тут замечательное вино!

– Вино? – Уточнил дикарь.

– Бухлища.

– Ура, бухлища! А ещё мы курить шаман трава и смотреть как жить любимый деть папа О, благословенные Ахаджара! Я взять наш письма и наш газета! – Херля похлопал ладонью по мешку, демонстрируя, где у него лежат те самые газеты. – Ваша все сильно любить и мала много скучать, где там наш белобрысая падла, поливать ли он свой маленький дук дук и расти ли у него он! Моя дарить потом твоя специальная припарка, от неё твоя дук дук быть длинная и шелковистая!