Ей же разговор о стрелах напомнил об одном обстоятельстве...

***

На ночевку они остановились возле сбегавшего со скал узкого ручья; у подножия он превращался в крoшечный журчащий водопадик и продолжался вновь ручейком - но уже лесным.

Сбросив рюкзак, Лесли подошла к Дрейку:

– Пойду пройдусь. Вернусь через час-полтора, посмотри, чтобы мне похлебки оставили.

Капитан кивнул - спрашивать, куда она уходит, не стал, знал, что если будет что-то интересное,то сама расскажет.

Свистнув собакам, Лесли пошла вдоль ведущего вглубь леса ручейка: по ее прикидкам, он впадал в среднее из трех лесных озер - именно до него она и хотела добраться. Расчет оказался верным - через полчаса впереди, между деревьями замаячила водная гладь.

зера эти она хорошо знала - когда-то ездила на них с Честером и Бобером; пока она собирала лекарственные растения, ребятишки ловили окуней, которых там водилось немеряно. Но сейчас ее интересовала не рыба; на берегу второго озера, в яме под выворотнем, Джед шесть лет назад спрятал ее рюкзак. Вот его-то Лесли и надеялась сейчас найти.

Конечно, она не была столь наивна, чтобы полагать, что все бывшие в нем вещи, целые и невредимые, лежат и ждут ее - большая часть их за эти годы наверняа сгнила. Но стрелы для арбалета должны быть целы, да и котелок со сковородкой тоже.

Но прежде чем заняться рюкзаком, она не выдержала искушения - по-быстрому искупалась и промыла волосы. Эх, жалко мыло взять не догадалась! Впрочем, пoчувствовать себя чистой и свежей и так было истинным удовольствием.

Вылезла, обтерлась майкой, оделась и свистнула; скомандовала подбежавшим собакам: - Искать!
– и повела рукой вокруг. Команду эту они знали - по ней полагалось, обнаружив что-то, что покажется необычным, позвать хозяйку.

Первый лай раздался буквально через минуту. Увы, Милорд по неопытности решил "порадовать" ее останками растерзанного фазана - лиса удачно поохотилась. Следующей затявкала с подвывом Юта - Лесли поспешила туда: уж эта умница на какую-то там дохлятину не клюнет!

Так и оказалось - собака копошилась у корней упавшей сосны.

– Ну-ку, ну-ка?
– нагнулась к ней Лесли.
– Надеюсь, это не какая-нибудь барсучья нора?

Словно поняв, о чем ее спрашивают, Юта фыркнула - "Вот еще!" - и заработала передними лапами, подкапываясь под выворотень: вон там интересное что-то есть!

Она была права - не прошло и пяти минут, как Лесли, уцепив за лямку, выволокла из ямы рюкзак, на первый взгляд ничуть не пострадавший, пусть даже испачканный землей и порядком отсыревший. Отнесла на маленький пляж, песчаным языком вдающийся в озеро,и принялась нетерпеливo разбирать.

Увы, хотя рюкзак и выглядел неплохо, на самом деле ткань его с одной стороны расползалась прямо под руками, на содержимое же нельзя было смотреть без слез: не считая тента из водонепроницаемой ткани и двух мешков из парашютного шелка, все остальные вещи заплесневели и сгнили: и одеяла, и одежда, и даже деревянный черпачок, когда-то вырезанный Джедаем. Уцелела лишь посуда, медный фонарик и дюжина восковых свечей. И - что, собственно,и было главной целью Лесли - разобранный арбалет и две дюжины стрел в задубевшем кожаном подсумке.

***

Все это, отмытое и оттертое песком, она и принесла в лагерь. Была встречена любопытными взглядами и репликой Клэнси:

– Миссис Лесли, ой, а что это у вас?! Еще один схрон, да?

– Да, - буркнула она. Объяснять подробности не хотелось - все сгнившие вещи она свернула в тугой узел и запихнула обратно в яму под выворотнем, пoутешала саму себя: "Ладно, это всего лишь старое барахло!", но настроение лучше не стало.

Следующим подкатился Кинг, заявил с любезной улыбкой:

– Миссис Лесли, я вам похлебки оставил - она сегодня удалась, покушайте, пока горяченькая!

Что это с ним - неужто попытка примирения? А может, он подсыпал ей в похлебку какую-то гадость? Мысли эти пронеслиcь в голове во мгновение ока - в следующий миг, ничем не выдав своих подозрений, Лесли кивнула:

– Спасибо, сейчас иду.

Признаться, первую ложку похлебки она подносила ко рту с некоторым душевным трепетом. Отхлебнула, посмаковала - никакого постороннего привкуса не чувствовалось - и проглотила; улыбнулась:

– Действительно удалась - ничего не скажешь.

Подумала: "Если ночью живот заболит - придушу гада!" - но обошлось без последствий; очевидно, это действительно была попытка примирения.

***

До места, где хребет изгибался, поворачивая на запад, они добрались к полудню следующего дня. Дальше дело пошло труднее - ведущие вверх едва заметные тропинки, проделанные в склоне кряжа копытами диких коз и вилорогов,то истаивали в осыпях, то обрывались, то просто исчезали непонятно куда.